Старейшая госпожа Кан не управляла поместьем и внутренним двором напрямую, но была прекрасно осведомлена обо всем, что там происходит. Еще до того, как госпожа Шэнь добралась до ее двора, ей уже сообщили обо всем, что случилось во дворе Сюаньтин.
В прошлом она бы не стала уделять этому слишком много внимания, но в этот раз вопрос затрагивал ее сына, так что ей пришлось выяснить досконально, в чем дело. Узнав, что проблема заключается в Пэй Юаньси, в ее мудрых и спокойных глазах мелькнула тень сложных эмоций.
Наложница Чжао со своей дочерью Юаньжу также присутствовали. Эта пара из матери и дочери часто посещала двор старейшей гсопожи, двор Чанхуэй. С тех самых пор, как она попала в поместье, наложница Чжао никогда не сражалась за благосклонность мужа. Большую часть времени, не занятого воспитанием двух детей, она проводила со старейшей госпожой Кан.
Несколько лет назад Пэй Цзи переехал в передний двор, так что мать и дочь много времени проводили во дворе Чанхуэй. Естественно, когда служанка доложила о споре, они тоже это услышали.
– Бабушка, – заговорила Пэй Юаньжу, – я несколько раз встречалась с третьей сестрой. Хоть она и простовата, она никогда не прикасалась к чужим вещам без разрешения. Неважно, как ей хотелось съесть лакомства на столе, она никогда не брала их без спросу.
Простота третьей сестры всякий раз при встрече вызывала у нее глубокое сочувствие. Иногда она угощала девочку, и видя, как та радуется несложным закускам, радовалась сама – делать что-то для наивной третьей сестры было приятно. Но если она не сказала «Можно», третья сестра даже не пыталась тянуться к угощениям, хоть бы тарелка стояла перед самым ее носом. Пэй Юаньжу не верила, что третья сестра способна на воровство, не говоря уже о том, чтобы ложно обвинять кого-то.
– Ты хорошая девочка, все еще заботишься о третьей сестре, – сказала госпожа Кан, наградив ее задумчивым взглядом. – Неважно, насколько она наивна, третья барышня все равно моя собственная внучка, как и все вы, сестры.
– Госпожа Кан, – тут же ответила наложница Чжао, – вероятно, случилось некоторое недопонимание. Вторая барышня всегда была разумна, она не стала бы обвинять собственную сестру безо всякой причины. Что до третьей барышни, по своей детской природе вряд ли она способна на ложь. Вероятно, к спору привело недопонимание между ними.
Не успела она договорить, как во дворе Чанхуэй появилась госпожа Шэнь.
Она опустилась на колени и объявила:
– Матушка! Я, твоя невестка, требую развода!
Госпожа Кан поперхнулась чаем. Если госпожа Шэнь лично требует развода, ситуация необычайно серьезная! Но дело было всего лишь в мелкой ссоре между сестрами, как оно достигло такого размаха?
Наложница Чжао также была потрясена и побледнела, как соль.
– Быстро поднимайся, дорогая, и обсудим все разумно. Нет нужды в таких резких мерах, – сказала госпожа Кан. Ее доверенная служанка, Юнь, поспешила помочь госпоже Шэнь подняться на ноги. Но та отказалась вставать, на ее лице отражались глубочайшие скорбь и отчаяние.
– Матушка, в этом доме не осталось больше места для нас, матери и дочери. Мою Юаньцзюнь, законную дочь хоу, несправедливо сочли обманщицей, напавшей на ее собственную сестру. Меня, ее мать, глубоко ранило это обвинение, я не могу его вынести. Это моя некомпетентность как матери позволила людям так ее опорочить.
Взгляд госпожи Кан потемнел: у нее явно требовали справедливости.
Она, мать хоу Сюаньпина, прекрасно знала, какой у него характер. Ссора между Юаньцзюнь и Юаньси возникла из-за нефритовой подвески: одна настаивала, что ее украли, тогда как вторая утверждала, что это был подарок. Хотя ее сын высоко ценил Саннян, он не позволил бы ей бессовестно лгать.
Саннян была дурочкой, так что разобраться в этом деле было правда не просто. Госпожа Кан обратилась к момо Лао, которая следовала за своей хозяйкой:
– Где сейчас хоу?
Момо Лао пошевелилась, явно не желая отвечать. Госпожа Кан нахмурилась еще сильнее.
– Отвечай мне, где он?
– Господин повел третью барышню в Водный Павильон. Он сказал, что хочет, чтобы она жила там.
По комнате пронесся вздох, сильнее всех поразилась наложница Чжао. Водный Павильон стоял пустым несколько десятков лет, но все равно в нем регулярно прибирались и содержали двор в идеальном порядке, словно в нем все-еще жил кто-то важный.
Все в поместье знали, что это место запретное, никому из барышень и наложниц не разрешалось входить туда, только матриарху. Отведя туда третью барышню, подумал ли хоу о чувствах своей матери?
Но неважно, насколько злилась госпожа Кан, ругать сына прилюдно было непозволительно.
Она временно отложила это дело, решить вопрос между ее внучками и успокоить невестку было сейчас куда важнее. В какой знатной семье невестка добровольно потребует развода? Если такая появится, это будет значить, что ее свекровь невыразимо жестока, и она подвергнется несправедливым обидам и критике со всех сторон.
– Вторая и третья барышни поспорили. Пусть обе придут ко мне, я лично разберусь в этом деле.
Обновлено: 16.01.2026