Слова сына заставили холодок пробежать по спине Сун Мугэня.
Но чёрная кошка всё ещё была у подножия дерева. Отец с сыном и с волками-то справиться не могли — что уж говорить о яо, способной одним присутствием разогнать стаю.
Пока они молча и с тревогой наблюдали за происходящим, кошка ловко распугала волков, затем, изогнув спину, взлетела на дерево и приблизилась к ним.
Всего за несколько мгновений отношение Сун Мина к чёрной кошке кардинально изменилось — теперь он воспринимал её не иначе как ходячую беду.
Он сглотнул, сжал древко копья. Намерений яо он по прежнему не понимал, но был уверен: если та нападёт — он хотя бы не уйдёт без боя.
Он не знал, что чёрная кошка не подозревает о его готовности к отпору.
— Мяу-мяу! — подала голос яо, сделала несколько шагов, обернулась к ним и снова мяукнула. — За мной!
Сун Мин смысла не уловил, но почувствовал, как напряжение спадает: враждебности от кошки не чувствовалось.
Сун Мугэнь нахмурился, задумчиво уставился на зверя. Спугнула волков, не ушла, подошла… и не нападает.
Чёрная кошка начала нервничать. Она торопилась доставить этих двоих в деревню и получить награду от того божества — а они тормозят!
Не выдержав, она цапнула зубами Сун Мугэня за рукав и потянула наружу.
У старика глаза округлились от удивления.
— Ты… хочешь, чтобы мы пошли с тобой?
Кошка кивнула и мяукнула утвердительно.
Глупые смертные, ну наконец-то дошло!
Сун Мин недоверчиво округлил глаза, его дыхание участилось.
— Ты… ты хочешь отвести нас в деревню?.. Не заманиваешь ли ты нас в логово яо?
Кошка снова кивнула.
Отец с сыном обменялись потрясёнными взглядами.
Им доводилось слышать о многом, но такого — ни разу. Заблудились, попали в окружение волков… а тут вдруг — помощь от яо?
Первое потрясение прошло, и Сун Мугэнь с Сун Мином переглянулись, приняли решение.
— Благодарим тебя, уважаемая чёрная кошка! Если ты выведешь нас, поставим твой лик рядом с домашним алтарём и будем воздавать почести!
Кошка дёрнулась.
У Сунцзя в деревне уже есть свой бог… если они и её начнут почитать — этот точно в ярость впадёт!
Ну да ладно, главное — отвести людей, а там объяснится…
Кошка спрыгнула с дерева. Впервые за сутки отец и сын тоже спустились. И хотя туман в лесу ещё не рассеялся, но под проводничеством яо выбраться с Волчьей Головы было несложно.
________________________________________
Сунцзяцунь.
Глубокая ночь, час кабана.
В такое время в деревне обычно царила тишина — никакой тебе суеты, развлечений. Но в доме старосты по-прежнему горел свет, а в узком дворе под старым финиковым деревом толпилось с десяток человек.
Староста Сун Тяньчэн, закатав рукава и обливаясь потом, в молчании тянул сухую трубку.
Сун Сюсю, опираясь на мать, украдкой всхлипывала.
Остальные — тихо утешали:
— Тётушка, Сюсю, не плачьте вы так, себя ж загубите.
— Ай, у Мина с дядюшкой просто невезучий день был. Кто бы мог подумать, что в такую погоду поднимется туман с ядовитым испарением.
— Даже если завтра туман не развеется, мы всё равно пойдём — надо же искать. А вдруг…
Деревенские были просты и искренни. Все действительно переживали за Сун Мина и Мугэня.
Староста, наконец, выпустил струйку дыма, осипшим, но твёрдым голосом сказал:
— Хватит плакать. Да, дело серьёзное. Дашань, собери десяток надёжных, кто хорошо знает лес. Завтра, даже если туман не рассеется, пойдёте на поиски. Обязательно закройте носы и рты, двигайтесь в полдень — туман тогда чуть редеет. Будете внутри ровно полчаса — нашли не нашли, выметайтесь.
— Всё, что в силах деревни — мы сделаем. Остальное… пусть сами с судьбой разберутся.
Даже такой осторожный план стал для Сун Сюсю и её матери настоящим лучом надежды.
— Спасибо, староста! — сквозь слёзы благодарили они. — Мы вас уж точно не оставим без угощения, дома ещё осталась вяленая дичь и меха…
Сун Тяньчэн только махнул рукой:
— Ладно, всё, хватит. Расходитесь по домам.
Люди начали расходиться. Кто-то, выйдя за порог, вдруг замер и, прищурившись в темноту, потянул соседа за рукав:
— Эй, мне показалось, или там кто-то идёт?
— А? Где? Да быть не может, ночь же. Кто ж в такую пору по деревне шастает? Разве что вор какой?
— Пошли глянем!
Тени, мелькавшие у подножия горы, принадлежали вовсе не ворам — это возвращались Сун Мин и его отец. А слабое зелёное сияние — свет, отражённый от глаз чёрной кошки.
Из-за отравления туманом Сун Мугэнь не мог идти сам — его нёс на спине сын.
— Минцзы! Мугэнь! Это же вы?!
— Да как вы… в такую глухую ночь… сами выбрелись с Волчьей Головы?!
— А с Мугэнем что? Почему он без сознания?
— Эй! Все сюда! Сун Мугэнь с сыном вернулись!
Во дворе старосты стихли разговоры. Люди замерли.
Вернулись?!
Только что они ещё обсуждали, как пойдут искать их завтра…
А тут — раз, и оба дома?!
Спустя миг до всех дошло — радость вспыхнула на лицах, мать с дочерью кинулись к воротам.
Староста и остальные не отставали.
— Вернулись! Вот же чудо! Слава Небесам!
— Ох, ну слава богам, слава!
Кто-то из деревенских, уже успев немного отойти от шока, не утерпел:
— Минцзы, а как вам удалось выбраться? Там же туман стоит до сих пор! Никто раньше не возвращался!
Сун Мин, поддерживая отца, склонился, глядя вниз:
— Всё благодаря чёрной кошке…
Он вкратце рассказал, что произошло.
Люди заслушались. А когда дошло до того, что кошка оказалась яо — кто-то в ужасе отшатнулся.
Про яо они слышали немало, и в основном — всякие жуткие истории про людоедов и прочее.
Даже услышав, что это добрая кошка, и она никому не навредила, всё равно страшно.
Чёрная кошка облизывала лапку и скептически закатила глаза. Слабонервные смертные.
Вроде бы всех доставила, всё как надо. До самого храма не дотащила, но ведь и так сойдёт?
Можно же уже идти за наградой?
Кошка встала, потянулась — деревенские тут же отшатнулись ещё дальше.
Она презрительно фыркнула. Жалкие смертные.
Не обращая на них внимания, с достоинством прошла сквозь толпу — и направилась прямиком к храму Сюаньцина.
Деревенские: ?!!!
Обновлено: 20.01.2026