Глава 48 — Глава 48. Спуск с горы

Старший соученик Ню уже собирался что-то сказать, как вдруг неподалеку от горных врат послышались шаги. Там невесть откуда появилась человеческая фигура и теперь шла в их сторону. Ученики удивленно обернулись, и Шэнь Ло не стал исключением. По каменным ступеням, размеренно и неторопливо, к горным вратам поднимался юноша в одеждах школы Весны и Осени и плетеной бамбуковой шляпе. У него были черные как смоль волосы и довольно худощавое телосложение. Лицо по большей части скрывала шляпа, но даже по видимому контуру подбородка можно было судить о его необычайной красоте. От юноши исходило неземное, отрешенное от мирской суеты очарование. — Это еще кто? — прошептал кто-то рядом. — Почему он в одеждах нашей школы? Что-то я его не припомню… — с сомнением в голосе протянул другой. «Неужели это он?» — мелькнула у Шэнь Ло догадка, но он не стал произносить ее вслух. — Это Гу Хуалин, младший соученик Гу, — с несколько изменившимся лицом ответил старший соученик Ню. Он много лет охранял горные врата и, разумеется, узнал этого человека. — Гу Хуалин? Услышав это имя, все, включая Шэнь Ло, изумились. Он был одним из трех великих внутренних учеников, наравне с Дин Хуа и Бай Сяотянем, и самым загадочным из всех. Говорили, что Гу Хуалин круглый год проводит в уединенной медитации и крайне редко появляется на горе. Его наставником был тот самый дядюшка-наставник Ван, ровня даосу Ло и истинному Фэнъяну. За два с лишним года на горе Шэнь Ло так ни разу и не видел его, но много слышал о нем от Бай Сяотяня. По крайней мере, в глазах Бай Сяотяня этот человек заслуживал куда большего внимания, чем Дин Хуа. — Раньше ходили слухи, что школа разрешила ему в одиночку спуститься с горы, чтобы изгонять демонов и усмирять чудовищ. Неужели это правда? — не удержался от тихого вздоха ученик постарше. — В одиночку… Даже старший соученик Дин еще ни разу не спускался с горы один, а он… — произнес другой ученик. Пока все перешептывались, юноша подошел ближе, и ученики, умолкнув, почтительно поклонились: — Приветствуем старшего соученика Гу… — Младший соученик Гу… Гу Хуалин остановился, приподнял шляпу, открыв лицо, которому позавидовала бы любая женщина, и ответил на приветствие даосским поклоном. — Все старшие и младшие соученики собрались у горных врат. Неужели чтобы встретить меня? Право, мне даже как-то совестно, — произнес он с теплой улыбкой, словно шутя. При виде его все испытывали смешанные чувства: благоговение и восхищение, зависть и стыд. Никто не нашелся что ответить. — Кхм-кхм… Младший соученик Гу, вы впервые спускаетесь с горы. Каковы успехи? — кашлянув, с улыбкой спросил старший соученик Ню, который был с ним знаком чуть лучше остальных. — Обезглавил желтую мышь, у которой только-только пробудилось сознание. Ничего особенного, — с улыбкой ответил Гу Хуалин, похлопав по заплечной сумке. Услышав это, все внутренне содрогнулись. Впервые спустившись с горы, он сражался не с каким-нибудь порождением инь, а с нечистью, обретшей разум! Шэнь Ло невольно окинул его оценивающим взглядом. — Младший соученик Гу, вы и впрямь отважны. Восхищен, восхищен, — от всего сердца похвалил старший соученик Ню. Остальные тут же опомнились и наперебой принялись льстить ему. — Вы слишком добры ко мне. Если вы будете усердно совершенствоваться, неважно, быстро или медленно, но настойчиво, то непременно добьетесь успеха. Мне нужно вернуться и доложить наставнику о походе, так что я не буду вас задерживать, — Гу Хуалин вежливо и учтиво поклонился всем. Ученики, словно удостоенные великой чести, поспешно поклонились в ответ. Шэнь Ло не мог не признать, что Гу Хуалин, один из трех великих внутренних учеников, в отличие от необузданного Бай Сяотяня и заносчивого Дин Хуа, действительно умел расположить к себе простых учеников. Даже когда его фигура скрылась из виду, все еще ощущали себя так, словно их овеял весенний ветерок. Но когда они пришли в себя, Шэнь Ло уже незаметно покинул горные врата. Он не покидал школу Весны и Осени больше двух лет, и даже человек с его выдержкой не мог не ощутить пьянящее чувство свободы. Прибыв в городок Туцзи, он первым делом зашел в трактир «Хунъюнь», заказал себе стол, полный яств и вина, и досыта наелся. Затем на рынке он потратил двадцать лянов серебра на крепкого вороного коня. Заготовив воды и еды в дорогу, он вскочил на коня, покинул городок и, подняв облако пыли, умчался прочь. … Округ Дэнпин включал в себя более десяти уездов разной величины. Уезд Чуньхуа, с его равнинной местностью и плодородными землями, считался самым богатым. Расположенный к востоку от него уезд Тяньпин, напротив, был самым бедным из-за горной цепи Цзюлян, занимавшей большую его часть и оставлявшей мало места для полей. Уезд Сунфань, граничивший с уездом Чуньхуа на западе, благодаря протекающей через него реке Луаньшуй, стал небольшим перевалочным пунктом для водного транспорта. Торговля здесь процветала даже больше, чем в уезде Чуньхуа. В это время в знаменитом на весь уезд Сунфань трактире «Циньян» Шэнь Ло в длинном синем халате сидел у окна на втором этаже. Перед ним стояло несколько изысканных блюд, от которых еще шел пар. Однако три дня пути, полные тряски, отбили у него всякий аппетит. Он взял палочки, тут же положил их, затем схватил чашку и сделал небольшой глоток чая. Мимо его столика проходил суетливый работник трактира, и Шэнь Ло окликнул его: — Эй, парень. Слуга, перекинув полотенце через плечо, заметил, что еда на столе почти не тронута, и невольно приподнял бровь. — Господин, что прикажете? — спросил он, подойдя и расплывшись в улыбке. — Позволь тебя кое о чем спросить, — сказал Шэнь Ло. — Спрашивайте, господин, что знаю – все расскажу, — ответил слуга. Услышав, что гость не собирается придираться, он заметно расслабился. — Скажи, на здешнем отрезке реки Луаньшуй есть переправы? Услышав вопрос, слуга на миг замер, а затем с улыбкой ответил: — Ну что вы, господин, у нас в уезде Сунфань целых три пристани, а переправ, больших и малых, наберется с десяток. — Так много… — нахмурился Шэнь Ло. Он покинул школу Весны и Осени под предлогом визита к родне и направился прямиком в уезд Сунфань не за чем иным, как за «Безымянной небесной книгой», которую предок Юй Мэна нашел в реке Луаньшуй. Если все, что было во сне, — правда, то, судя по времени, предок Юй Мэна еще не нашел эту книгу, и весьма вероятно, что она все еще покоится где-то на дне реки Луаньшуй под грудой камней. Шансы Шэнь Ло получить «искусство меча чистого ян» в школе Весны и Осени были ничтожно малы, а спасительное бессмертное лекарство и вовсе было несбыточной мечтой. Поиски этой небесной книги, описывающей бессмертные техники, стали его последней надеждой на спасение. Даже если бы он не смог овладеть описанными в ней техниками, он мог бы обменять книгу в школе Весны и Осени на бессмертную яшму или другие пилюли, восполняющие жизненную энергию. — Послушай, а знаешь ли ты, есть ли среди перевозчиков на этих переправах семья по фамилии Юй? — немного подумав, спросил Шэнь Ло. ( Конец главы )