Заместитель командующего Лю с нарастающим раздражением наблюдал за царящим на плацу хаосом. Строй рассыпался, солдаты галдели, дисциплина трещала по швам.
— Принцесса, — он нахмурился, пытаясь сохранить остатки авторитета. — Позвольте мне проводить Вас обратно. Я лично отберу для Вас новую группу людей, и уверяю, на этот раз Вы останетесь довольны. Этот сброд не стоит Вашего времени.
Сяо Ли даже не удостоила его взглядом. Она лениво скользнула глазами мимо офицера и протянула руку в сторону Ян Цзюня.
Тот понял без слов и немедленно вложил в её ладонь тяжёлый лук и стрелу.
Сяо Ли привычным движением наложила стрелу на тетиву и натянула лук, проверяя упругость.
— Ты готов? — бросила она, не оборачиваясь.
Ян Цзюнь крепче перехватил поводья, его лицо стало жёстким и сосредоточенным:
— Подчинённый готов.
— Слушайте все! — голос Сяо Ли, усиленный внутренней силой, разнёсся над полем. — Моя стрела — это сигнал. Как только она вылетит, вы бежите за этой лошадью. Тот, кто сможет добраться до финиша, когда конь остановится, победит.
Гвардейцы тут же подхватили её слова, громко повторяя условия состязания, чтобы даже в самых дальних рядах услышали приказ. Весть разлетелась по лагерю подобно лесному пожару.
Не давая толпе времени на раздумья и сомнения, Сяо Ли разжала пальцы.
Вжик!
Стрела со свистом ушла в небо.
В ту же секунду Ян Цзюнь ударил коня пятками и сорвался с места. Следом за ним, словно прорвало плотину, хлынула лавина людей. Кто-то бежал, охваченный азартом, кого-то толкали сзади, не оставляя выбора, но вскоре весь плац пришёл в движение.
Народу было много, но, к счастью, военный полигон был огромен, и места хватало всем.
Сяо Ли знала, что эта толпа очень скоро поредеет. Она развернула коня и направилась к городской стене, чтобы наблюдать за отбором с высоты крепостной башни.
Поначалу Ян Цзюнь задал высокий темп. Солдаты, полные сил, старались не отставать, но взрывная скорость — вещь недолговечная. Не прошло и половины стражи, как многие начали выдыхаться, хватая ртом воздух, как рыбы, выброшенные на берег.
Заметив это, Ян Цзюнь немного сбавил ход. Он держал такую скорость, чтобы бегущие видели его спину, но не могли догнать. Он был как морковка перед носом ослика, манящая и недосягаемая.
В гарнизоне Бинмасы числилось около пяти тысяч человек. Полигон был огромен, захватывая прилегающие луга и низины. Даже на лошади полный круг занимал четверть часа. Для пешего человека это было испытанием на грани возможностей.
Ян Цзюнь наматывал круги, методично изматывая преследователей.
Первый круг отсеял большинство. Из огромной, гудящей толпы осталось меньше тысячи человек.
Второй круг стал катастрофой для остальных. В строю осталось лишь около двухсот бойцов.
К третьему кругу бегущих можно было пересчитать по пальцам.
Заместитель Лю, стоявший рядом с Сяо Ли на стене, нервно теребил рукоять меча:
— Принцесса, если так пойдёт и дальше, никого не останется. Мы отсеем всех.
Сяо Ли осталась глуха к его словам. Её лицо было бесстрастным, как маска. Ей не нужна была сотня статистов для галочки. Ей нужны были те, у кого есть стержень.
Ян Цзюнь сделал в общей сложности четыре круга. Он намеренно замедлился, давая шанс самым упорным, и потратил на это целых два часа.
Наконец, всадник подскакал к подножию стены. На земле уже была прочерчена жирная белая линия.
— С этого момента, — объявил глашатай, — любой, кто пересечёт эту черту и попадёт в первую сотню, считается победителем!
Пространство перед финишем было пустым. Все затаили дыхание, ожидая первого героя.
Вскоре в поле зрения появился молодой солдат. Он был высок, широкоплеч, а его кожа от солнца и ветра стала цвета старой бронзы. Он тяжело дышал, грудь ходила ходуном, но в его движениях всё ещё чувствовалась сила. Он пересёк линию первым.
Писарь с кистью наготове спросил:
— Имя и происхождение!
— Деревня У, У Ле! — выдохнул солдат.
Писарь занёс данные в книгу. Второго пришлось ждать довольно долго.
— Деревня Чжан, Чжан Юли.
Третий, шатаясь, пересёк черту:
— Деревня... Деревня Хуайшу, Лю Эргоу.
Четвёртый:
— Усадьба Ду... Тянь Шэн.
Пятый... Десятый... Двадцатый...
Пятидесятый... Пятьдесят пятый...
Прошло ещё полчаса. Сяо Ли ждала, но горизонт оставался пуст. Больше никто не бежал.
До запланированной сотни не хватало почти половины.
— Достаточно, — Сяо Ли развернулась, взмахнув рукавом.
Бег был тестом не на скорость, а на выносливость и силу воли. Ей было всё равно, как быстро они бегут, главное — чтобы не сдавались. Даже если бы кто-то полз к финишу, она бы это засчитала.
Но дорога была пуста.
Пятьдесят пять человек. Возможно, после проверки биографии их станет ещё меньше. Но лучше иметь пятьдесят львов, чем пять тысяч овец.
Сяо Ли спустилась со стены. Победители уже выстроились в пять неровных шеренг. Среди них были высокие и низкие, мощные и жилистые, но у всех в глазах горел тот самый огонь, который она искала.
Ян Цзюнь передал ей список. Как она и ожидала, все они были выходцами из бедных деревень в окрестностях столицы. Только люди, знающие цену нужде, готовы рисковать жизнью ради награды. И только они способны сражаться не на жизнь, а на смерть.
— Сворачиваемся, — скомандовала Сяо Ли, легко запрыгивая в седло. — Выдвигаемся обратно.
Она уже развернула коня, когда сзади раздался громкий крик:
— Принцесса! Подождите!
Один из солдат указывал рукой вдаль:
— Там ещё один!
Сяо Ли, сидя верхом, имела хороший обзор. Она прищурилась и действительно увидела чёрную точку, медленно движущуюся к финишу.
Даже с такого расстояния было видно, что это крупный, мощный мужчина. Но двигался он странно — его походка была ломаной, неровной. Он сильно хромал.
Но он бежал. Упрямо, стиснув зубы, он продолжал движение.
— Это инструктор Жун! — закричал кто-то из строя.
— Принцесса, это Жун Цин! Он не сдался!
По рядам пробежал шёпот. Очевидно, этот инструктор пользовался огромным уважением среди солдат. Больше половины из пятидесяти пяти победителей смотрели на приближающуюся фигуру с надеждой и тревогой.
Заместитель Лю подъехал ближе, его лицо скривилось в презрительной гримасе:
— Принцесса, не стоит тратить время. Этот Жун Цин — калека.
— Калека? — Сяо Ли перевела на него холодный взгляд. — Как же калека может быть инструктором в армии?
Один из солдат, набравшись смелости, выкрикнул из строя:
— Докладываю Принцессе! Инструктор Жун — внук генерала Чанвэя, Жун Яо! Он единственный наследник техники сабли семьи Жун. Он учит нас фехтованию!
Лицо Лю потемнело. Он злобно зыркнул на говорившего:
— Не слушайте этот вздор, Принцесса. Жун Цин повредил ногу, он бесполезен как телохранитель. Он упрямится только ради Вашей награды, это просто жадность.
Сяо Ли ничего не ответила. Она просто сидела на лошади и смотрела вдаль, ожидая.
Её молчание стало приказом. Все взгляды устремились к одинокой фигуре.
— Инструктор Жун, давай! — прошептал кто-то.
— Поднажми!
Шёпот превратился в гул, а гул — в скандирование.
— Инструктор Жун! Инструктор Жун!
Сяо Ли приподняла бровь и щёлкнула хлыстом по воздуху:
— Что вы там бормочете? Каши мало ели? Громче!
Солдаты, получив разрешение, заревели во всю глотку:
— Инструктор Жун, вперёд!
— Не сдавайся!
Сто метров. Такое короткое расстояние для здорового человека, и такая бесконечная пропасть для того, чьи силы на исходе.
Его мощное тело шаталось. Каждый шаг давался ему с видимой мукой. Он споткнулся и тяжело рухнул на землю. Толпа ахнула. Но он, опираясь на руки, поднялся и снова пошёл. Упал. Встал. Упал.
Сердца зрителей сжались.
Наконец, до финиша осталось меньше десяти метров. Победа была так близка, что можно коснуться рукой.
И тут он упал снова.
На этот раз он не встал.
Его массивное тело распласталось на пыльной земле. Спина, бугрящаяся мышцами, ходила ходуном от судорожного дыхания. Было видно, что он не просто устал — он испытывает адскую боль.
— Инструктор Жун... — крики стихли.
Над полигоном повисла звенящая тишина. Никто не смел издать ни звука, боясь сбить его концентрацию. Все ждали. Это была безмолвная молитва сотен людей.
Прошло несколько мучительных мгновений.
Вдруг его рука шевельнулась. Он медленно поднял её и с силой вонзил пальцы в твёрдую землю. Мышцы на руке вздулись, вены, казалось, готовы были лопнуть.
Он подтянул своё тело вперёд.
— Гх... — кто-то громко сглотнул в тишине.
Под прицелом сотен глаз он поднял вторую руку.
Хлоп!
Ладонь ударила о землю. Пальцы скрючились, цепляясь за грунт. Рывок.
Его повреждённая нога, похоже, окончательно отказала. Он просто волочил её за собой, как мёртвый груз.
Десять метров. Три-четыре широких шага для обычного человека. Для него это был путь через ад.
Он прополз пять метров.
Его ладони были содраны в кровь. Штанина на больной ноге пропиталась красным, оставляя за собой багровый след на пыли.
Обновлено: 22.01.2026