Глава 72 — Глава 72: Древний труп (Часть 2)

9-II Безмолвный город Глава 72: Древний труп (Часть 2) Переводчик: Чернильная черепаха 作者：邪灵一把刀 盗墓笔记续9 – II 无声之城 第七十一章 古尸（上） ___________________________________________   После щелчка голова на полу яростно задёргалась. В воздухе раздались бесчисленные свистящие звуки. Яснее некуда: двигая объект в горле мумии, Чужак запустил ловушку в её животе. В следующую секунду спрятанные внутри самострелы залпом выпустили стрелы. И не понять, насколько свирепа была атака. Наконец голова перестала вибрировать. Чужак, подняв труп за шею, вытащил тело из дыры. Однако вытащенная мумия сохранилась лишь от головы до плеч. Всё, что ниже, было полностью отсечено и осталось внутри. Место отсечения — сплошная неровная мешанина свисающих ошмётков иссохшей багровой плоти. В сочетании с прямоугольным черепом зрелище выглядело крайне жутко. Некогда умиротворённое лицо мумии, потревоженное нашими действиями, искривилось и казалось по-звериному злобным. Сдерживая омерзение, я заглянул в отверстие. Прямо у входа —  жуткие завалы из кровавого месива костей и мяса, прошитых стрелами. Чёрные болты торчали из каменных стен: одни отскочили, другие вошли глубоко в камень. Маленькая пещерка внутри превратилась в сущий ад. Судя по фрескам на стенах, старикан явно занимал высокое положение. И я действительно не мог понять: к чему так измываться над собой перед смертью? Чужак, держа останки за шею, шлёпнул по макушке черепа — и штуковина из глотки мертвеца вывалилась, брякнулась об пол и покатилась в угол. В зеленоватом свете фонарика я присмотрелся... снова жемчужина цилиня! Её поверхность вся в каком-то липком чёрном веществе — видимо, в остатках предсмертных выделений из глотки покойника. Бусина тоже была ажурной, с витиеватым узором и сложными желобками. Я стянул с пояса Чужака перчатки для обыска трупов, поднял её и поднёс поближе. Если я прав, то эти желобки и есть ключ к активации механизма. Чужак небрежно отшвырнул голову покойника и подошёл к барельефу с цилинем. Постоял немного, потом поманил меня рукой: — Попробуй. Немка уже закинула рюкзак на плечи и с видом «Ну скорее же, сваливаем!» глядела на меня таким взором, будто я сейчас буду проводить священный ритуал. Встав перед барельефом, я приготовился вставить жемчужину в глазницу цилиня, как вдруг Чужак скомандовал: — Погоди. Он выхватил у меня эту штуку, а меня самого дёрнул себе за спину. — Я сам, — бросил он. Его поступок поверг меня в полное недоумение. Это ещё что значит? Если правильно понимаю, его действия продиктованы лучшими побуждениями. Ведь кто знает, что случится, когда механизм сработает — может, новый проход, а может, тайный самострел. Он что, защитить меня пытается? Странно же он себя ведёт, даже как-то не по себе. Честно говоря, по сравнению с другими я, У Се, и правда не боец, да и соображаю туго. Но я всё-таки взрослый мужик, и за все эти годы лазанья по гробницам так со мной поступал только третий дядюшка в самом начале — чуть что, сразу прятал за свою спину. Больше никто и никогда. А этот Ци... у него настроение меняется быстрее, чем книгу листаешь. После такого я уже начал подумывать, а не родственник ли он мне, часом? Я и додумать-то не успел, как он уже вдавил бусину в глазницу. Раздался щелчок — жемчужина встала как влитая. И… ничего не произошло. Я на подобном уже собаку съел. Затишье — наоборот, самое тревожное. Глянул под ноги — слава богу, пол на месте, проваливаться не собирается. Поднял голову — на потолке тоже никаких внезапных отверстий. Но не успел я опустить взгляд, как по всей комнате разнёсся оглушительный треск. И в тот же миг чудовищной силы хлопок отправил меня в полёт, швырнув вперёд. Прямо передо мной был лишь барельеф с цилинем, но в тот миг, когда меня швырнуло вперёд, я увидел, что на его месте зияет чёрный провал туннеля. «Бум!» — раздался глухой удар, и вокруг снова установилась тишина. Передо мной — одна темень, ничего не видно. Вдруг раздался вскрик, далее на меня обрушилась какая-то тяжесть, в спину упёрлась пара рук, и в довершение всего — панический крик немки. Видимо, её тоже зацепило и швырнуло следом. Не знаю, ей повезло или повезло моей спине, но приземлилась она прямиком на мой зад. Да, она женщина, но вес тела, летящего с размаху, — не шутки. Мой несчастный «младший брат» оказался прижат к полу под тяжестью её веса... Блин, я реально заплакал от боли. Кажется, если и выберусь живым из этой проклятой Ябуды, то стану первым евнухом новой эры. Взвыв от боли, я перекатился, спихнув с себя немку, и, скорчившись в темноте, принялся растирать ушибленное место. И тут до меня дошло... что-то не так. А где же этот тип? Почему от него ни звука? — У, как грубо! — посетовала недовольно немка и включила фонарик. Лишь теперь я разглядел невесть откуда взявшегося Чужака. Он сидел, прислонившись к стене, а по его правую руку, прямо передо мной... чёрт побери, опять стена с барельефом цилиня. В свете фонарика окружающая обстановка просматривалась чётко. Хоть стена с цилинем не претерпела изменений, окружение несомненно изменилось. Мы втроём сидели в каком-то бесконечном туннеле. Позади — тот самый барельеф. Если предположения верны, жемчужина запустила стену-перевёртыш. Мы и опомниться не успели, как она крутанулась, вышвырнув нас сюда. Ну ладно, я и немка попались. Но чтобы Чужак тоже? Да ещё вид у него, будто при смерти. — Ты как? Ранен? —спросил я. Не то чтобы я беспокоился о нём, просто он должен привести меня к Молчуну. Его карта запросто избавит от лишних хлопот. Он помотал головой, но при этом из уголка его рта потекла кровь. Я испуганно подскочил и быстро присел рядом: — Тайное оружие сработало, когда механизм запустился? Чёрт! Куда ранен? Мне действительно стало неприятно на сердце. Приведи я тогда в действие устройство, тот, кто сейчас харкал кровью, был бы я. Этот Ци... он что, правда псих с раздвоением личности? Не знаю почему, но меня раздражало: кто-то знает о тебе всё, а ты о нём — ни черта. Ужасно унизительно. Он тяжело дышал. Медленно стянул перчатку, стёр кровь с губ бледными пальцами. — Нет, — выдохнул он. — Лекарство перестало действовать. Что будет дальше... не знаю. Впервые в его голосе я услышал настоящее отчаяние. А потом он выкинул такое, отчего я вообще обалдел. Он протянул руку и... дотронулся до моего лица. Меня аж передёрнуло. Мурашки засновали по телу — волна за волной. Это... это ещё что за спектакль? Даже если помирать собрался, совесть взыграла и решил перейти на светлую сторону добра... зачем разыгрывать душещипательную сцену со мной, с мужиком-то?! Я дёрнулся в сторону, уклоняясь, и его рука безвольно упала. Он пробормотал, едва ворочая языком: — У Се… у тебя… есть своё лицо. У меня — нет. Я всё время думаю, может, у всех людей на лицах маски… Его слова ошеломили. Что, чёрт возьми, несёт этот парень? Почему называет себя безликим? Я уставился на его тёмные W-очки и вдруг почувствовал дикое желание сорвать их. Неужели под ними… нет лица? Я представил себе подобную картину и ужаснулся — это похлеще любого кровавого мертвеца. Пока он говорил, кровь из уголка его рта потекла сильнее. Он сказал — лекарство перестало действовать. Подумав, что мы все трое в одной ситуации, сразу стало не до его странных поступков. Я схватил его за плечи: — Есть какой-то способ?.. Надо продержаться, пока не выберемся. Я не хочу тут сдохнуть. — Есть, — кашлянул он. — В кармане… ещё одна доза. Вколи мне ещё раз. Я видел всяких: А-Нин, Чёрный Слепец… безжалостные, готовые на всё ради своей цели. Но несмотря на готовность пожертвовать кем угодно, когда дело доходит до собственной жизни, всяк трясётся за свою шкуру. Бывали и такие, кто ради спасения подставлял под пули товарища. Тогда, во дворце Лу, когда Да Куя покусал трупный жук, он мёртвой хваткой вцепился мне в ногу. И в тот момент я в него выстрелил. Эту сцену мне никогда не забыть. А Чужак… говорит мне: «Вколи ещё раз». Я вдруг потерял дар речи. В этот момент меня накрыло дичайшее любопытство. Кто он такой? Кроме Угрюмого Молчуна, ещё никто и никогда не вызывал у меня такого жгучего желания докопаться до сути. Какова его цель? Прекрасно зная, что этот путь — верная смерть, почему продолжает лезть на рожон? Словно не заметив, что я завис, он дрожащей рукой полез в карман, вытащил и протянул мне маленькую коробочку: — Открой. Внутри лежала ампула. Ярко-красная. Даже жидкость в ней была кровавой. Ещё одна струйка крови стекла с уголка его губы. Он вытер её тыльной стороной ладони. — Побыстрее, — поторопил он. В итоге я выудил из рюкзака немки шприц и всадил ему иглу в руку. И в эту секунду я почувствовал себя последней сволочью. Потому что, вкалывая ему лекарство, я думал не о том, выживет он или умрёт. Первой мыслью было: «Так он протянет дольше. Может, успеет довести меня до места». _________________________________________