Глава 60 — Глава 60: Иллюзия

9-II Безмолвный город Глава 60: Иллюзия Переводчик: Чернильная черепаха  作者：邪灵一把刀 盗墓笔记续9 – II 无声之城 第六十章 幻象 ————————————————————————   Галлюцинация? Я не сразу осознал смысл её слов. На автомате потянулся к зажигалке, чтобы осмотреться, но, едва щёлкнув пару раз, почувствовал, как чья-то тёплая ладонь резко накрыла мою руку. Тут же раздался напряжённый голос доктора Чжан: — Не зажигай огонь. По положению её руки я примерно определил, где она стоит, и в темноте машинально потянулся в ту сторону — пальцы коснулись чего-то мягкого. Я мгновенно понял, что это, и поспешно отдёрнул руку, неловко хихикнув: — Простите, случайно. Чжан не ответила. Помолчав, она спросила: — Ты так орал… Что увидел? Тут до меня наконец дошло. Вспомнив её предыдущие слова, я переспросил: — Ты сказала «галлюцинация» … Это к чему? Неужели Молчун-упырь, которого я видел, ненастоящий? — Когда ты вошёл сюда, заметил странные узоры повсюду? Поразмыслив, я машинально кивнул, но тут же сообразил, что в темноте она этого не увидит, и добавил: — Да. Это связано с ними? — Хм, — продолжила она. — Слышал про абстрактную геометрию? Есть теория, предложенная пятьдесят лет назад шведским учёным-геометром, согласно которой сочетание определённых линий может влиять на зрительные нервы и вызывать в мозгу иллюзии. Хотя сама теория и сформулирована полвека назад, люди знали об этом эффекте и раньше. Например, человеческий глаз особенно восприимчив к зелёному цвету, а некоторые статичные узоры кажутся нам движущимися. Всё это — примеры того, как зрительное восприятие порождает галлюцинации. Когда я зашла, сразу заметила подозрительные узоры и поняла, в чём дело. Поэтому и потушила свет. Чем дольше на них смотришь, тем глубже они откладываются в памяти и тем дольше сохраняется эффект. Потушив свет, я потеряла ориентацию и оставалась на месте, пытаясь придумать решение. Не ожидала, что услышу твой вопль. Ты орал что-то вроде «не надо» и сорвал бы голос, не дай я тебе пощёчину. Эти узоры воздействуют на мозг через зрительное восприятие. Всё, о чём подумаешь, материализуется перед глазами. И контролировать это невозможно. Слова доктора Чжан заставили меня остолбенеть в темноте. Всё, что я видел до этого, — всего лишь иллюзия? Мысленно восстановив цепочку событий, я покрылся ледяным потом. Когда я провалился в дыру, сначала заметил узоры… Потом погасла зажигалка. Из-за страха темноты я машинально подумал: «А что, если сверху висит упырь?» И как только поднял голову, передо мной возникли висячие трупы. Ну а раз трупы, логично, что они должны ожить — и вот они уже скалятся мне. Я попытался успокоить себя, что мол, просто совпадение — и в тот же миг появились трупные жуки. Затем за мной гнались жуки, за мной гнался кровавый труп — всё самое жуткое, что доводилось встречать в гробницах, всё то, что оставило самые яркие впечатления. И под финал, когда кровавый труп почти настиг меня, я вспомнил о Молчуне — и он появился. А когда на ум пришли слова Вэньцзинь и проклятая из Трупной пещеры, Молчун и вправду превратился в упыря. От этой мысли у меня снова выступил холодный пот. Я испытывал и разочарование, и облегчение: разочарование от того, что Молчун так и не появился, и облегчение от того, что тот, кого я видел, был ненастоящим. Я поверил Чжан на слово — спрашивать, как она тут оказалась, даже не стал. С этой женщиной всё просто: спросишь — наврёт так, что и не поймёшь, поэтому сменил тему: — Что теперь делать? Есть способ отсюда выбраться? — Пока думаю, — её голос звучал спокойно и серьёзно. —  Но тебе лучше вообще ни о чём не думать. Твой мозг слишком восприимчив к этим узорам. Ты легко снова поддашься иллюзии. Советую поспать. Где уж тут спать! Сначала я обрадовался, увидев Молчуна, а потом он так напугал, что я чуть не обделался. Если сейчас спокойно усну, значит, точно поехала крыша. Хотя... Чжан говорит дело. У меня чересчур богатое воображение. Не возьму себя в руки — одна неосторожная мысль и вокруг соберётся толпа проклятых, да ещё и с морскими обезьянами в придачу! Как только это дошло, я торопливо постарался успокоиться, выкинул всю дурь из головы и сосредоточился на главном: как выбраться? Первое, раз за всё это время не смог найти выход, — значит, это тоже игра подсознания. За годы, что ворошу курганы, мне не раз приходилось сталкиваться и с призрачным мороком, и с хитроумными ловушками. Поэтому стоило спустится в этот огромный дворец — и сразу подсознание подкинуло мысль: «А не окажется ли он тоже без выхода?» Таким образом, этот ненормальный дворец и возник в моих галлюцинациях. На самом же деле я, вероятно, всё это время просто ходил кругами. Если дворец не так велик, как мне вообразилось, значит, выход где-то близко. Но сейчас мы застряли в темноте, и даже свет зажечь не можем. Как его найти? И тут вспомнился труп того старого гробокопателя. Неужели он тоже галлюцинация? Я машинально потрогал висящие на поясе перчатки для обыска трупов, которые специально повесил вверх ногами, сложив туда красную пилюлю и фарфоровый пузырёк, найденные на теле. Сейчас на ощупь они были на месте — значит, тот покойник не плод моего воображения. Он существовал на самом деле. Наконец я понял, почему он умер именно так. Скорее всего, его либо свела в могилу собственная паранойя, либо он, как и мы, осознав причину, погасил свет, но не сумел найти выход и скоропостижно погиб. Меня ждёт его участь? Интересно, можно ли положиться на красную пилюлю? Не стану ли я через пятьсот лет снова молодцом-удальцом? Пока я предавался этим беспочвенным размышлениям, меня внезапно осенило, и я спросил у Чжан: — Раз галлюцинации от узоров, что будет, если мы сделаем их нечёткими? — Мои слова прозвучали сумбурно, и я поспешил пояснить. — Ну, типа... зажжём свет, но глаза прикроем полупрозрачной тканью. Крупные объекты в зале останутся видимыми. Доктор Чжан цокнула языком. — Идея рабочая. Но есть ли у тебя подходящая ткань? Ткань-то была. Вот только это мой последний рубеж обороны, и я скорее умру, чем расстанусь с ним. Да и если отдам, вряд ли Чжан согласится её использовать. Мысль о том, как эта аскетичная женщина будет щеголять в моих недельных трусах, вызывала у меня одновременно смех и озноб отвращения. — Нету. Чжан помолчала, затем сказала: — Подожди. Тут же послышался шорох одежды, а вскоре — звук рвущейся ткани. Внезапно Чжан схватила меня за руку и что-то протянула. — Держи, надевай. Я ощупал ткань — длинный лоскут, на ощупь напоминающий кружево. Меня это удивило: Чжан ведь всё время в экспедиционном снаряжении. Где там у неё кружево? Не припомню такого. Не мудрствуя лукаво, я натянул ажурную тряпочку на глаза и мгновение спустя перед ними возникло мутное красноватое марево. Я поморгал и осознал: кружево, видимо, ярко-красного цвета, поэтому всё виделось в багровой пелене. Сквозь размытую пелену обзора я разглядел Чжан — она, так же повязав на глаза красную ткань, в одной руке держала включённый фонарик, а за её спиной висел рюкзак. Целый рюкзак со снаряжением! От одного его вида я сразу стал дружелюбным и покладистым. Очевидно заметив, что я фактически голый, Чжан замерла, будто на мгновение опешив, затем покачала головой и сказала: — Давай проверять. Я перевёл взгляд на пол. Раньше там были узоры, но из-за ткани они совершенно неразличимы. Вся поверхность перед глазами стала багряной, и даже самые толстые линии просматривались с трудом. Доктор Чжан выглядела довольной. Она одобрительно кивнула: — Хороший метод. Пойдём искать выход. Мне, конечно, дико интересно, как эта женщина сюда попала, но она всегда появляется и исчезает, как призрак, и ни одному её слову нельзя верить. Решил не тратить время — сначала выберемся из этой проклятой дыры. Так мы и поплелись вперёд, словно пара близоруких с минус восьмью диоптриями, полагаясь на расплывчатое зрение. Теперь дворец в моих глазах перестал быть бескрайним. Впереди и позади по-прежнему не видно конца, но в свете фонарика по обе стороны уже проступали каменные стены. Эффективный радиус освещения этого фонарика — около пятнадцати метров. Иными словами, ширина помещения — минимум тридцать. Пространство хоть и огромное, но всё же укладывалось в рамки архитектурных норм. Похоже, это не иллюзия. Мы шли вперёд и вскоре в свете фонарика показалась сидящая спиной к нам фигура. Я сразу понял: это тот самый труп старого гробокопателя. Он всё так же тих и неподвижен. Видимо, прошло недостаточно времени, и пилюля упокоения не успела подействовать — покойник ещё не поднялся. Тут мне вспомнились три карты перед ним, но с повязкой на глазах их толком не рассмотреть. Я пересказал Чжан их содержание. Из-за замутнённого зрения её реакция была плохо различима. Она, кажется, замедлила шаг. Сквозь туманную дымку её лицо казалось... каким-то разочарованным. Неужели этот гробокопатель — родня? Только я об этом подумал, как Чжан сухо бросила: — Если выход на карте имеет Г-образную форму, значит, впереди должен быть ещё один поворот. Но раз этот человек погиб здесь, этой информации нельзя полностью доверять. Я кивнул — её мысли совпали с моими. — Проверить всё равно стоит, — сказал я. Чжан согласилась. Мы снова двинулись вперёд, и вскоре действительно вышли к повороту. Перед нами оказалась стена, покрытая рельефными изображениями. Крупные фигуры я различал — всякие цилини и другие благоприятные мифические существа из древних легенд. Мелкие детали из-за мутного зрения рассмотреть не удавалось. Перед каменной стеной возвышалась платформа, на которой стоял круглый треножный котёл. Судя по всему, бронзовый. ————————————————————————