Глава 12. Последний рубеж
Слово «отстойник» повисло в воздухе, густое и удушающее, как сам здешний запах. Оно звучало громче любого рева коллектора или сирены. Это был приговор, вынесенный самим устройством их мира. Они не просто где-то на дне. Они в кишках Левиафана. В месте, куда стекает все отвратительное, все, что город старается забыть и переработать.
Надежда, та хрупкая, испачканная сажей и кровью искра, что они несли в себе, погасла. Даже несгибаемый Гэлрион опустил голову, разглядывая свои обожженные ладони. Элсиэль перестала плакать. Она просто сидела, уставившись в стену, ее глаза были пусты. Фаэ обхватил голову руками, его плечи тихо тряслись.
Только Каэллор казался невозмутимым. Он подошел к панели, которую очистил Крис, и долго изучал полустертые линии. —«Очистные поля», — прочел он вслух. — Герметичные отсеки. Сток идет через них поэтапно. — Он повернулся к технику. — Значит, они не могут быть затоплены все сразу. Система сброса давления.
Крис молча кивнул, не в силах вымолвить ни слова.
— Если мы сможем пройти через них... — продолжил Каэллор, но его перебил Гэлрион.
— А если не сможем? — его голос был глухим, уставшим. — Мы уже едва держимся. Морвен при смерти. Ожоги... — он посмотрел на свои руки. — Что мы будем делать, если окажемся в ловушке между этими полями? Просто ждать, пока вода дойдет?
— Мы будем делать то, что делали все это время, — холодно парировал Каэллор. — Искать следующий шаг. Пока мы движемся, мы живы. Стоим на месте — мы трупы. Выбор прост.
Он посмотрел на каждого из них, и его взгляд, казалось, вливал в жилы ледяную сталь. В нем не было утешения. Не было ложных обещаний. Была только голая, неумолимая воля к жизни. —Крис. Где вход?
Техник, будто очнувшись от кошмара, тыкнул пальцем в темноту. —Там... должен быть люк... для отбора проб... или для аварийного сброса ила...
Они поползли дальше. Тоннель сужался, превращаясь в трубу, по которой приходилось продвигаться на корточках. Воздух становился все гуще, пахнущий теперь не только металлом и ржавчиной, но и чем-то органическим, сладковато-гнилостным.
Наконец, они уперлись в круглый гермолюк, похожий на иллюминатор. Индикатор на нем был мертв. Ручка механического открытия заржавела намертво.
Гэлрион, не говоря ни слова, уперся в нее плечом. Мускулы на его шее напряглись до предела, лицо покраснело. Раздался скрежет, и ручка сдалась, провернувшись на несколько сантиметров. Этого было достаточно. Каэллор и Рен подключились, и вместе они, с трудом преодолевая сопротивление древнего механизма, отдраили люк.
Он открылся внутрь с громким, шипящим звуком нарушаемого вакуума. Оттуда хлынул поток леденящего воздуха и запах — невыносимый, химически-едкий, от которого сразу слезились глаза и першило в горле.
За люком открывалась не комната, а огромное, темное пространство. Их фонари, казалось, тонули в нем, не в силах достичь противоположной стороны. Под ногами зияла глубокая, заполненная черной, маслянистой жидкостью чаша. А над ней, на высоте около трех метров, уходили в темноту узкие металлические мостки — сервисные трапы для обслуживания.
И прямо перед ними, между ними и первым трапом, зияла пропасть. Мостки начинались в нескольких метрах от люка.
— Нет... — простонал Квелдрис, второй делец, до сих пор хранивший молчание. — Нет, это все.
Но Каэллор уже действовал. Он сорвал с пояса альпинистский трос — стандартную экипировку стража. —Гэлрион, я — к мосткам. Ты — страхуешь здесь.
Он не стал ждать ответа, сделал петлю, раскачался и метким броском зацепил ее за перила ближайшего трапа. Проверил натяжение. Прочно.
— Кто первый? — он посмотрел на них. Его взгляд был тяжелым. — Тот, кто легче всех.
Все взгляды обратились к Крису. Техник затряс головой. —Я не смогу... я...
— Сможешь, — сказала Рен. Она подошла к нему и взяла за руку. Ее пальцы были обожжены, но цепкими. — Ты нас сюда привел. Ты и пойдешь первым.
Она помогала ему обхватить трос ногами и руками. Лицо Криса было искажено страхом, но он, зажмурившись, оттолкнулся от края и начал медленно, по миллиметру, перемещаться над черной, зловонной бездной.
Он был на середине, когда снизу, из маслянистой жидкости, вырвался огромный пузырь газа. Он лопнул с громким, влажным хлопком, обдав Криса брызгами отвратительной жижи. Техник вскрикнул, его хватка ослабла, и он сорвался.
Он повис на тросе, отчаянно болтая ногами над бездной, его крики эхом разносились под огромными сводами.
Гэлрион и Каэллор налегли на трос, не давая ему оборваться. Но они не могли поднять его обратно.
Рен, не думая, схватила нож и прыгнула на трос. Она скользила вниз, как по канату, обжимая его ногами. Добравшись до Криса, она обхватила его за талию. —Тащи! — закричала она наверх.
Ее добавочный вес заставил трос опасно натянуться. Металлические перила, за которые он был зацеплен, издали пронзительный скрип.
Но Гэлрион и Каэллор были сильны. Мускулы на их руках вздулись от напряжения. Медленно, сантиметр за сантиметром, они начали подтягивать их обратно.
Крис, обезумевший от страха, вцепился в Рен, его пальцы впивались ей в плечи. Она чувствовала, как ее собственные силы на исходе. Снизу на них поднимались ядовитые испарения.
И тут трос дрогнул. Не от их веса. Откуда-то издалека, сквозь металлические конструкции, прокатился глухой, мощный удар. Затем второй. Как будто где-то очень далеко произошел взрыв.
Перила, за которые был зацеплен трос, согнулись с ужасным скрипом и сорвались с одного крепления. Трос провис. Рен и Крис камнем полетели вниз, в черную, зловонную жижу отстойника.
Удар о поверхность был мягким, но отвратительным. Холодная, густая жидкость облепила их, проникая под одежду, заливаясь в рот и нос. Она была не просто водой. Она была отходами, химикатами, бог знает чем еще.
Рен отчаянно забилась, пытаясь выплыть, выплюнуть эту гадость. Рядом барахтался Крис, его движения становились все более судорожными.
Сверху, с края люка, в них светили фонари. Лица Каэллора и Гэлриона были искажены ужасом. Они что-то кричали, но звук тонул в гулком пространстве отстойника.
Рен почувствовала, как что-то длинное и скользкое коснулось ее ноги под поверхностью. Она вскрикнула и отплыла, сердце бешено колотясь.
И тут ее взгляд упал на стену прямо перед ней. Уровень жидкости в отстойнике был высок, но не максимален. И чуть выше ватерлинии, на гладкой поверхности стены, она увидела это.
Аварийный люк. Старый, ржавый, почти незаметный. И на нем, выбитая на металле, надпись: «Аварийный сброс. Верхние уровни. Только для персонала 1-го класса».
Они не в тупике. Они прямо под спасением. Но до него нужно было добраться. А вокруг, в черной, ядовитой воде, что-то шевелилось.
Обновлено: 25.07.2026