Логика абсурда. Акт двенадцатый: Две полоски, или Кризис перенаселённости вселенной
Вернувшись из Непала с просветлёнными чакрами и новым бизнес-планом по монетизации просветления, наши герои решили, что настало время для нового стратегического проекта. Личного. Очень личного. И, разумеется, составленного по всем канонам корпоративного планирования.
Клише номер двадцать два: «Неожиданная беременность».
Однажды утром Алиса, вместо того чтобы лететь в офис, опрокинув вазу с «денежным деревом», замерла на пороге ванной с маленьким пластиковым предметом в руке. На её лице застыло выражение, среднее между паническим ужасом и бездонным умилением.
— Катя, — прошептала она в телефон, — тут… тут тест. На нём… знаешь, эти полоски. Их… две. Это же… это значит…
— Это значит, что вам срочно нужна встреча с гинекологом, а не с шаманом, — отрезала я, уже чувствуя приближение нового витка абсурда.
Но было поздно. Новость, как корпоративная рассылка, разлетелась мгновенно. Первым, естественно, узнал Олег Сергеевич. Он не стал поздравлять. Он закрыл глаза, протянул руки над животом Алисы и объявил:
— Да. Я чувствую. Сильная энергия. Новый лидер. Очень мощный приток… творческой энергии. Но есть помехи. Западный сектор офиса неблагоприятен. Нужно срочно менять планировку!
Артём Варгос отреагировал с присущим ему хладнокровием. Он не упал в обморок и не закричал от радости. Он достал свой планшет и открыл новый файл.
— Проект «Наследник», — объявил он мне. — Нужно составить дорожную карту. Фаза первая: медицинское сопровождение. Фаза вторая: оптимизация пространства. Фаза третья: стратегическое образование. Катя, найдите лучшего врача в городе. И… зарезервируйте палату в роддоме. На сентябрь. Нет, лучше на август, с учётом возможных форс-мажоров.
Клише номер двадцать три: «Гиперопека и странные причуды».
С этого дня офис превратился в питомник для суррогатной планеты. Лидия Ивановна ежедневно привозила кастрюли с кашей из топлёного молока и целебными отварами, которые пахли так, что коллеги из отдела информационных технологий начинали плакать от ностальгии по больной бабушке. Олег Сергеевич ежеутренне «очищал ауру» Алисы кристаллами и проводил ритуалы на плодородие, попутно пытаясь определить пол ребёнка по эффекту маятника над её животом.
Артём же действовал системно. Он нанял диетолога, нутрициолога и специалиста по фэншую, которые, постоянно споря друг с другом, составляли идеальный рацион и схему расстановки мебели. Он запретил Алисе подходить к принтерам («вредное излучение») и заставил всю бухгалтерию перейти на бессолевую диету «в знак солидарности».
Самым эпичным стал момент, когда он собрал совет директоров и представил им трёхлетний план развития компании… с учётом будущего наследника.
— К его совершеннолетию, — вещал Артём у экрана с графиками, — мы должны выйти на рынки Юго-Восточной Азии. Это будет его первый стратегический объект. Также прошу предусмотреть в бюджете статью «Раннее развитие: основы менеджмента и медитация для младенцев».
Директора кивали с окаменелыми лицами. Лев Исаакович, финансовый директор, тихо спросил у меня: «Катя, а у него уже есть идентификационный номер налогоплательщика? Или это позже?»
Клише номер двадцать четыре: «Ссора из-за глупости».
Однажды Артём обнаружил, что Алиса тайком ела солёные огурцы с клубничным вареньем, купленные в ближайшем магазине. Это был не просто проступок. Это был саботаж всей тщательно выстроенной системы!
— Это нарушает кислотно-щелочной баланс! — гремел он, держа в руке злополучную банку. — Это не согласовано с нутрициологом! Здесь же сплошные консерванты! —Но я хочу! — плакала Алиса. — Он там требует! — она тыкала пальцем в свой живот.
Они поссорились. Артём уехал ночевать в офис. Алиса рыдала в подушку. Казалось, магия дала трещину. Но клише требовало примирения.
И оно случилось. В четыре утра Артём, изучавший на своём диване исследования о влиянии солёных огурцов на внутриутробное развитие, наткнулся на форум для будущих мам. Он прочёл сотни сообщений о странных вкусовых пристрастиях. И его бизнес-мозг, наконец, обработал информацию не как угрозу, а как данные.
Он помчался домой. Не с цветами. С целым пакетом всего солёного, кислого и сладкого, что нашёл в круглосуточном магазине. Он вывалил это на кровать перед изумлённой Алисой и сказал:
— Прости. Я неверно проанализировал спрос. Рынок диктует свои условия. Вот. Выбирай. Но… обещай, что заешь это пробиотическим йогуртом. Ради… синергии.
Они помирились. Теперь в холодильнике Артёма лежат банки с огурцами рядом с контейнерами органического киноа.
А я? Мне поручено новое задание. Найти архитектора, который спроектирует детскую комнату с учётом законов фэншуя, энергетических потоков и с возможностью проведения видеоконференций. И заказать новые кружки для офиса: «Я создаю не наследника. Я ращу генерального директора» и «Беременность — это не болезнь. Это новый виток монетизации».
Элеонора Васильевна, узнав новость, прислала с посыльным антикварную серебряную ложку и записку: «Для будущего акционера. Пусть растёт достойным». Кажется, даже вечная мерзлота начала таять.
Мы все ждём. Ждём нового члена нашей корпоративной семьи. Я уже вижу, как Олег Сергеевич пытается вычислить, в какой день зачатия был максимальный всплеск солнечной активности, чтобы предсказать характер ребёнка.
Иногда мне кажется, что я сплю. Но потом я слышу, как Артём и Алиса спорят о том, будут ли они учить ребёнка сначала Excel или сначала мантры, и понимаю — это наша новая реальность. И в ней, как ни странно, есть своя, совершенно сумасшедшая гармония.
Обновлено: 16.01.2026