– Чтобы команда была всем довольна, я предлагаю испытать Гаррика Тихокрада в бою против одного из наших матросов. Если он победит, то мы возьмем его на борт корабля в качестве сопровождающего. А если нет, то… его место займет более достойный кандидат.
Команда взорвалась одобрительным ором. В мои плечи ударилось несколько локтей, и я подался вперед от возбужденных толчков. Даже слегка заболела спина и уши от их воплей…
– Ты готов оправдать ожидания моих ребят, Гаррик Тихокрад? – ухмыльнулся Зеленямс.
– Если так желает Капитан… – мрачно ответила Эсдес.
… Их полные эмоций голоса заглушили поднявшиеся над пещерой крики возбужденной толпы. Зеленямс расслабленно махнул людям и развернулся, отдавая немой приказ Ветроплету.
Ветроплет отошел к своими ребятам и подозвал к себе того самого Хэриса Острого клинка важным движением указательного пальца. И тот словно притянул последнего.
Власть этого типа в фиолетовой рубашке была неоспорима. И судя по всему, он заправлял этим небольшим «самоуправством» Зеленямса, который явно не хотел видеть на своем корабле незваных гостей.
И сейчас этим незваным гостем была Эсдес в облике печально известного Гаррика Тихокрада. Сразу видно, что люди Зеленямса его недолюбливали. Да куда уж там, даже обжигающие взгляды, бросаемые через мое плечо разбойниками Братства из числа Ван Клифа, намекали на потаенную ненависть и презрение.
Я успел наслушаться о Тихокраде разных сплетен. Включая те, в которых он считался последней мразью, не якшающейся резать в мясо даже своих приближенных. Он плохо поддавался командам, – и исходя из добытых слухов Юмэко, – слушался только напрямую Эдвина Ван Клифа.
То, как Гаррика попал в ряды Братства и вовсе мрачная Легенда – он перерезал глотку сотен стражников Штормграда. Хотя как по мне это нелепые слухи. Слишком уж жестко для правды и неправдоподобно…
Тем не менее, я стоило мне вспомнить тот день, когда Эсдес и Юмэко пришли ко мне, у обоих из них были серьезные раны в области живота и шеи.
Я бросил немой взгляд на Юмэко, в попытке добиться хоть каких-то намеков, ведь именно она заправляла всей ситуацией. И она же подговорила Зеленямса выбрать Гаррика.
Но Юмэко не ответила на мой взгляд и сосредоточенно наблюдала за тем, как Гаррик встает с одной стороны «арены», которая представляла из себя столпившуюся армаду Братства Справедливости. Ухмыляющиеся, смеющиеся, покрытые мощными мышцами, истекающие грязным потом, с множеством шрамов, разбойники и убийцы в предвкушении подвывали и призывали начать кровопролитный бой на славу их развлечения. И я был среди них, вдыхая весь смрад их кровавой жизни возбужденно вздымающейся грудью.
Эсдес встала ко мне спиной и достала кинжалы, которые висели у неё на спине. Плохо. Она не владела кинжалами также, как рапирой.
Её противник Хэрис Острый клинок сбросил с себя всю пелену неуверенности, которую показал парой минут назад, и обнажил то, что крылось за его наигранной слабостью: дикость, оскал, наглость, и подавляющую уверенность в себе. Могучая накачанная грудь была обнажена одним мощным движением мускулистой руки, когда он сорвался с себя черную рубаху. В руке тут же возникла острейшая сабля, которой он взмахнул пару молниеносны раз, словно обладал магией рассекать саму уверенность врага.
– И так, Гаррика Тихокрад, пора узнать, насколько слухи о тебе правдивы, – указал он на Эсдес так, словно его лезвие было указкой. Пафосно. Излишне важно. И в желании пустить его в дело как можно быстрее.
Даже я почувствовал его обжигающую жажду крови, учитывая, что он смотрел прямо в мою сторону через Эсдес. Казалось, я стал его противником, и должен был защищаться. Мое тело рефлекторно решило предательски оступиться, но я сдержал порыв и сохранил контроль к своему стыду, думая, что я один такой… но нет, краем глаза заметил ещё одного беднягу, и он шагнул назад… другие тоже не остались спокойны, кто-то сглатывал, кто-то вытирал пот, кто-то возбужденно вертел кинжал в руке, словно был готов залететь в бой и ответить наглостью на наглость.
А Эсдес… Эсдес осталась стоять как ни в чем не бывало, и не двигалась, хотя я и не видел её глаз с этой позиции.
Внезапно она обернулась на меня и её глаз, заметивший меня, чуть приоткрылся. На губах возник оскал, злой, недобрый, и она с усилием обхватила кинжалы, тут же выбросив один из них прямо в Хэриса.
Блеснул в воздухе клинок, и раздался лязг. Хэрис одним движением отбил уготованный ему кинжал и издал смешок.
– Тут труп, – холодно сказала Эсдес, вставая в боевую позицию.
– Жду не дождусь посмотреть, на что ты будешь способен с одним кинжалом! – торжественно крикнул Хэрис, пиная лежавшее на песке лезвие обратно.
Эсдес не отреагировала на провокацию и рванула с низкой позиции, словно кошка, решившая взять низкий старт для убийства жертвы одним броском.
Мгновение.
Мои глаза закрылись и открылись.
И тут же по лицу ударила волна от столкновения двух клинков.
Голоса затихли.
Целая толпа замерла, словно время остановилось.
Лязг лезвий разорвал тишину.
И началась битва, от которой кровь в венах забурлила словно раскалённая магма. Будто не я смотрел, как они дерутся, а стал единым целым, и устремил оружие в глотку противника.
Этим боем пропитался сам воздух, нет, само пространство. Кровь… кровь лилась на песок при резких порезах, когда сабля Хэриса пролетела мимо плеча Эсдес и поцарапала её выгнувшую шею.
Зазубренный клинок прошел мимо ушедшей груди, затем резко повернулся, и последовал за ней в горизонтальном ударе. Лезвие преследовало цель, словно жало скорпиона в смертельной пустынной битве.
Слетали капли пота и крови с их тел. Обменивались ударами напряженные тела, плетущиеся в смертельном танце. Хэрис широко распахнул глаза, когда клинок Эдсес вспышкой оказался у него носа, но рефлексы матроса не подвели и выбросили вверх стальную саблю.
ЛЯЗГ.
Резкий толчок рукой, и Хэрис бросился на противника в свирепой атаке, демонстрируя всю остроту его клинка. В какой-то момент я перестал видеть его удары, а когда заметил последний из них, его клинок встретился с кинжалом Эсдес, и разрубил его на двое.
Острейшая атака из возможных обрушилась на плечо Эсдес, выпуская целый фонтан крови, который брызнул на сухой песок под ногами.
Эсдес рухнула на колено и еле удержала себя на месте, пока Хэрис возвышался над ней с тяжелым дыханием и бледным победоносным молчанием.
Сердце бешено билось в непредвиденнее грядущего.
– Эсдес… – прошептал я, шагнув вперед и тут же сдержав свое желание вмешаться тем, что ухватил себя за плечо.
«Тише… тише, она рискует здесь собой не ради того, чтобы ты взял и просрал все из-за спонтанного порыва эмоций», – холодно подумал я, злясь на себя, и обращая сдержанный взгляд вперед.
Если бы я сейчас вышел вперед, то мог бы подвергнуть смертельной опасности и себя, и Юмэко, и Эсдес, которая так старалась привести план в действие, – вмешательство сейчас это не вариант.
Не в силах оторвать взгляд от Эсдес и её оппонента, я краем глаза все же старался увидеть Юмэко. Она оставалась холодной и по-прежнему держала на устах слабую улыбку, от которой меня бросила в легкую дрожь раздражения.
Неужели она не понимает, что происходило?
Нужно было что-то делать. С меня хватало этого дерьма.
Эсдес продолжала стоять на одном колене со склоненной головой и тяжело дышать. На её плече была глубокая рана. По руке обильно стекала кровь. И при взгляде на это у меня сжималось сердце. Хэрис смирял её взглядом, словно бесполезный мусор, и его клинок не сдвигался с места.
Никто не решался нарушить это молчание, пока один из них не заговорил:
– Ты признаешь своего поражение или желаешь сдохнуть, Гаррик Тихокрад? – сказал Острый клинок.
Я приказал Эсдес не рисковать, значит сейчас она должна была отступить. Наш план был разрушен, но её жизнь была куда важнее…
… в момент моих сосредоточенных мыслей что-то мелькнуло в моем неосмысленном взгляде, а когда я уже сфокусировал внимание, голова Хэриса откинулась назад. Выплеснулся вверх фонтан крови. Рука Эсдес была поднята вверх… а её пальцы сжимали обагрённый клинок с алыми каплями.
– Ты слишком высокого о себе мнения…, – сказал Эсдес, срываясь в месте в резком рывке.
Её кинжал влетел в шею Хэриса подобно ожившей бритве, в непредвиденном и скользящем рывке, но даже ослабленный и шатающийся Хэрис смог выбросить саблю чтобы защитить себя. Однако ему это не помогло, поскольку следующим мгновением Эсдес ухватила его за шею окровавленной рукой.
– Гаррик схватил его раненной рукой!
– Во дает!
– Монстр!
Эсдес, Кровавый Генерал Империи. Она была рождена как кровожадный охотник, была воспитана кровопролитной битвой, и затем полностью расцвела в бесконечных войнах за свою Империю. Тысячи врагов пали от неё, даже когда бой должен был быть проигран.
И вот она вновь вырывала победу из самых печальных ситуаций, ведя себя к невозможному возвышению.
Пальцы Эсдес быстро переместились к глазам Хэриса и вошли в его глазницы со смачным чавканьнм. Матрос заорал от боли на всю бухту, и потеря контроль над своими извивающимся в судорогах теле. Эсдес не стала медлить. Пнула его в пах, повалила на землю, и униженного разрубила на две половины используя его же саблю.
– Это судьба любого ничтожества, решившего перейти мне дорогу, – бросила Эсдес, подняв саблю Хэриса окровавленной рукой.
Её мрачный, кровавый вид, вонзила неописуемым и ужасающим образом в глазах и сердцах каждого собравшегося матроса и бандита.
С этих самых пор легенды о кровожадности и силе Гаррика Тихокрада разнеслись среди всех членов Братства Справедливости, а затем и дальше, по Западному Краю, за пределы Элвинского леса.
Вопреки моего желанию помогать им… сам того не подозревая, я укрепил репутацию своих же врагов, и сделал их сильнее.
… Но это была необходимая жертва для того, чтобы приблизиться к победе на Эдвином Ван Клифом и сокрушению планов Ониксии.
– Н-нгх-х… – процедил раздраженный Зеленямс, и вскоре расслабленно выдохнул, приведя себя в абсолютный порядок. Стоило отдать Капитану должное, он умело контролировал себя. Впрочем, подобное лицемерие было свойственно всем гоблинам. – Прекрасно-прекрасно! Ты показал себя воистину достойно, друг мой. Даже несмотря на то, что чуть ли не помер, битва была замечательная!
Гоблин хмыкнул в лицо стоявшей над ним Эсдес. Сбоку от них молчаливо стоял Ветроплет и держал в руках небольшой сундук с драгоценностями. Он открыл его, и там показалось красное зелье, которое напоминало мне об его исцеляющих возможностях.
Однако Зеленямс не спешил отдавать зелье Эсдес, некоторое время пронзая её острым взглядом.
– Мой Господин… – обратилась к нему Юмэко в облике Эрика Тенеплета.
– Да знаю я! Раз обещал, значит сделаю! Давай сюда!
Ветроплет опустил сундук с зельем на уровень Зеленямса, и тот взял его в когтистую гоблинскую руку. Затем протянул это зелье Эсдес и дождался, пока та возьмет его с достоинством Капитана.
Хотелось бы я выдохнуть, обрадовавшись этой победе, но ведь дело ещё не закончено. Мы ещё даже не были на корабле.
Я… все ещё оставался за его бортом, пока Зеленямс не признает меня одним из сопровождающих. И судя по всему, отбор уже заканчивался.
Когда раненная Эдес выпила зелье, то её рана на руке начала стремительно заживать, оставив лишь обнаженную часть груди. Благо, она была мужская, и никто не глазел на неё…
Отойдя в сторону, она скрылась в толпе, среди замолкнувшей в почтении и уважении толпы пиратов и бандитов. Больше никто не сомневался в силе и достоинстве Гаррика Тихокрада. Остались только мы с Юмэко. И я ещё не был приглашен на борт корабля.
– Хм… – задумчиво склонил голову я, пытаясь понять, что же делать дальше.
Эсдес так отчаянно вырвала себе пропуск на палубу, что теперь я будто должен сделать не меньше.
Пошептавшись о чем-то с Ветроплетом, Зеленямс вновь обернулся к своей команде и улыбчиво хлопнув в ладоши. Тем временем прямо у его носа двое накачанных бандита тащили труп Хэриса Острого клинка по земле…
– И так, одним меньше, одним больше. Разве кто-то мог усомниться, что чемпион нашего горячо любимого лидера будет слабаком?! – с вызовом бросил Зеленямс, и с наслаждением вслушивался как ему ответили возбужденным хором «НЕТ!»
Даже проиграв в своей тираде и маленькой игре, Зеленямс смог перевернуть все в свою пользу. Теперь он убеждал свою пиратскую команду, что мощь их Братства и объединения куда сильнее, чем они могли представить! А уж Альянс Штормграда и подавно не знает, на что они были способны!
– ДА!!! – кричали хором бандиты.
– Хм… – я чувствовал их возбуждение на своей коже и сдерживал накатывающую ухмылку от влияние обезумевшей толпы.
Их жажда крови и победы буквально пронизывала меня насквозь.
Даже если бы я сейчас сказал, что я предатель – меня бы не услышали. Так они были увлечены.
Закончив успокаивать свою команду после неудачного поражения их матроса, Зеленямс умело управлял настроением толпы и парой красноречивых предложений создал нужный настрой.
Теперь мы вновь могли обсуждать следующий избранных, которые отправятся на борт «Тёмного Маршала», излюбленного корабля самого Ван Клифа. Он же отправится в Пиратскую бухту для передачи руды пиратам, где мы получим кучу золота.
Попасть на него я должен был любой ценой, иначе весь наш план будет разрушен.
Зеленямс продолжил перечислять тех, кто отправится на борт уже этим вечером:
– Бром Скользкий, Зарок Морской волк.
Пираты усмехались и проходили вперед, словно им была уготована великая судьба, и встречали одобрение братской толпы. Их били по плечам, по-дружески насмехались, и желали оттрахать побольше шлюх в Пиратской бухте.
Список близился к концу. Зеленямс выбирал последние роли задумчиво, словно от этого зависела какая-то тайная часть его плана.
Юмэко в образе Эрика Тенеплёта наклонилась к нему и что-то сказала. Зеленямс задумчиво выгнул бровь и покосился, казалось бы, на меня.
Исходя из обычной логики, если Юмэко собиралась сопровождать Зеленямса в отплытии к Пиратской бухте, значит возле неё должен быть и я. Ведь я был её правой рукой. Других вариантов просто быть не должно.
Я уже почти почувствовал успех, как вдруг Зеленямс отвернулся и сделал запись на потрепанном пергаменте с помощью пера.
– Я хочу, чтобы впредь тебя сопровождали избранные личной мной люди, – сказал Зеленямс, и его голос было не сложно расслышать, ведь для гоблина Капитана он был весьма горластым и не стеснялся своей команды.
Юмэко его ответ не понравился, впрочем, она не выдала и тени эмоций, – я просто чувствовал, как и во мне закипала кровь.
«Что это значит?»
Как такое вообще могло прийти ему в голову? Я ведь правая рука Эрика Тенеплёта.
Дивясь столь нелепому повороту событий, я не мог поверить в услышанное.
Юмэко старательно пыталась что-то объяснить Зеленямсу, но тот слушал её в пол уха, должно быть раздосадованный проигрышем Острого клинка. И видимо теперь он отыгрывался на мне, или точнее на Тенеплете.
У гоблинов всегда был мерзковатый нрав… но чтобы вот так?
– Мои друзья из Пиратской бухты хотят посмотреть на способности завербованных мною магов. Этот парень не будет вписываться в общую компанию. К тому же он ничего из себя не представляет. Я не помню… его, – заявил Зеленямс без доли совести.
Юмэко замолчала.
Этого мы не рассчитали.
Я уже упоминал, что Эрик Тёнеплет объявился в Братстве справедливости совсем недавно. А его напарник Себастьян, следовательно, возник вместе с ним. Но если первый успел стать известным благодаря своем могуществу темной магии, то Себастьяне не представлял из себя ничего, кроме «близкого знакомого».
Да, он был членом команды Зеленямса, но отдаленным и ему ещё предстояло заслужить себе имя… впрочем, о чем это я, он был уже мертв. Я просто заменял его, приняв чужую личину.
Сглотнув, я шагнул вперед и замер на месте… заметив на себе давление чужого внимания, но я не отступил, продолжая идти дальше.
– Эй, ты куда? – спросил меня рядом стоявший пират, схватив меня за руку.
– Что там ещё? – спросил Зеленямс.
Юмэко бросила на меня взгляд, в котором мерцала непонятная тьма. И не понять, чего она хотела.
Но я уже начал… назад дороги нет.
– Я хочу продемонстрировать свои способности, чтобы доказать свою пользу Капитану, – сказал я, – тут же отталкивая руку матроса на одних лишь волевых… и сдерживая накатившую волну волнения.
Я сдерзил, черт подери.
– О-о… а у тебя дерзкий напарник, да, Эрик Тенеплёт? – усмехнулся Зеленямс, покосившись на молчаливую Юмэко.
– Верно… Господин, – ответила она.
– И как же ты хочешь доказать свою пользу? Хочешь устроить ещё один смертельный поединок?
Обновлено: 18.01.2026