Один человек — скучно, когда можно быть армией. Пока другие копят кристаллы вознесения по крупицам, десятки его клонов незаметно прибирают шахту к рукам, разыгрывая спектакль за спектаклем, чтобы вознестись так, что никто не заметит. Пятьсот лет он носил маску робкого горняка — идеальное прикрытие для ума холоднее руды. Теперь он бессмертный, а копии продолжают плести сети там, куда не ступала его нога. Сколько клонов уже скрыто в тенях чужих судеб — и какую власть они готовят хозяину?

Один человек — скучно, когда можно быть армией. Пока другие копят кристаллы вознесения по крупицам, десятки его клонов незаметно прибирают шахту к рукам, разыгрывая спектакль за спектаклем, чтобы вознестись так, что никто не заметит. Пятьсот лет он носил маску робкого горняка — идеальное прикрытие для ума холоднее руды. Теперь он бессмертный, а копии продолжают плести сети там, куда не ступала его нога. Сколько клонов уже скрыто в тенях чужих судеб — и какую власть они готовят хозяину?