Чтобы вышить этот кошелёк, ей пришлось изрядно потрудиться. Сперва она попросила господина Ин, приближённого Первого принца, разглядеть узор, когда тот сопровождал принца в передний дворец, а по возвращении набросать эскиз по памяти; затем сама упросила Циньэр тщательно вышить контуры — и лишь тогда получился готовый образец.
Должно хватить, чтобы обмануть принцессу Фучан.
Она как раз разглядывала кошелёк, когда вдруг услышала спокойный мужской голос:
— Этот кошелёк… не принадлежит ли молодому господину Ци?
Чжу Янь вздрогнула, ладонь будто обожгло, и она поспешно сунула кошелёк в рукав. Обернувшись, она увидела Пятого принца Ли Ло: тот неподвижно сидел в кресле на колёсах, которое катил господин Ин, и пристально смотрел на неё.
Сумерки сгущались, но глаза его словно отражали холодный снежный свет, отчего на них невозможно было смотреть. Чжу Янь отвела взгляд и лишь улыбнулась:
— Этот кошелёк я вышила для старшего брата. В сумерках Пятый принц, верно, ошибся.
Услышав это, Ли Ло на мгновение усмехнулся:
— Госпожа Чжу, не знаю, что вы задумали, но императрица Юй и род Ци — не я. Мне всё равно, а вот Ци будут считать каждую мелочь.
Казалось, он твёрдо решил, что у Чжу Янь дурные намерения, и потому говорил так колко. Но подобное отношение её ничуть не удивило — ведь она давно уже своевольничала во дворце вместе с принцессой Фучан, и люди из дворца Чандин её недолюбливали.
Чжу Янь не стала огорчаться и лишь ответила:
— Моя судьба — хороша она или плоха — какое до неё дело Пятому принцу? Тем более, этот кошелёк не имеет никакого отношения к роду Ци. Не стоит Вашему Высочеству унижать себя, говоря со мной такие пустые слова.
Речь её прозвучала дерзко, и даже господин Ин сморщил лицо от негодования. Однако Ли Ло не проявил ни гнева, ни досады, лишь равнодушно произнёс:
— Я просто пожалел тебя.
Чжу Янь остолбенела.
Она почти решила, что ослышалась.
Что только что сказал Пятый принц?
Он пожалел её?
Этот принц с недужными ногами, что день за днём проводит в кресле на колёсах, лишённый милости императора; эта тень, которую принцесса Фучан помыкает, кого весь дворец презирает, — осмеливается говорить, что она достойна жалости?
В душе её будто закипела вода, дыхание участилось. Всегда столь хладнокровная, сейчас она впервые познала, что может быть так взволнована.
Кто угодно мог сказать ей это — она бы не рассердилась. Но именно слова Ли Ло словно угодили прямо в самое уязвимое место.
Она сжала губы, сохраняя на лице вежливую улыбку, вся подчёркнуто учтива, но чёрные глаза пристально уставились на Ли Ло.
Тот и бровью не повёл — всё так же бесстрастен, весь — холодный ветер и отрешённая луна. Глядя на него, Чжу Янь вдруг вспомнила пожар во дворце Чандин, случившийся, когда ей было восемь лет, и того юношу, который без раздумий бросился в огонь, чтобы спасти ничтожную служанку.
— …Благодарю Ваше Высочество за заботу, — наконец сказала она, обретя самообладание, улыбаясь светло и сладко. — Если принц действительно жалеет Янь, то пусть забудет про этот кошелёк, чтобы мой старший брат не узнал и не возникло недоразумений.
Помолчав, она добавила:
— Банкет по случаю дня рождения во дворце Гуаньцзюй скоро начнётся. Янь вынуждена откланяться.
С этими словами она почтительно поклонилась и тихо удалилась.
Чжу Янь прибыла во дворец Гуаньцзюй как раз вовремя — празднество в честь дня рождения императрицы Юй вот-вот должно было начаться.
Принцесса Фучан сидела рядом с императрицей Чжу. Заметив мелькнувшую у боковой калитки тень Чжу Янь, она тут же повернулась к своей служанке Цайчжи:
— Ступай, проводи Янь, спроси, всё ли уладила?
Цайчжи низко склонилась:
— Слушаюсь.
И, опустив голову, засеменила прочь.
Вскоре она вернулась с сияющей улыбкой, украдкой сунула что-то в рукав принцессы и прошептала так тихо, что слышно было лишь им двоим:
— Всё удалось. Госпожа Янь передала прислужнику молодого господина Ци. Это кошелёк от него — условный знак для встречи в саду сливы.
Услышав это, принцесса Фучан обрадовалась, и по щекам её разлился румянец.
Она и знала — стоит поручить дело Чжу Янь, и всё непременно получится. Та никогда её не подводила.
Императрица Чжу заметила застенчивый вид дочери и поддразнила:
— Фучан, чему так рада? Уж не увидела ли что занятное?
Принцесса прикрыла алые губы и, покачав головой, тихо промолвила:
— Матушка, мне просто от жары нехорошо.
Мать с дочерью перешёптывались, словно вокруг никого не было. Эта сцена, естественно, не укрылась от императрицы Юй, вызвав в ней неудовольствие. Ныне её день рождения, и главной героиней должна быть она. А принцесса Фучан нарядилась столь вызывающе, что затмила хозяйку, — отчего в душе императрицы Юй зашевелилась досада.
Пусть и не первой молодости, императрица Юй всё ещё была соблазнительна и полна, черты её вызывали сочувствие. Все в роду Ци обладали светлой и изящной внешностью, и молодой господин Ци — не исключение. В этот момент Ци Чжиян чинно сидел за пиршественным столом, отбивая такт палочками для еды, и с наслаждением наблюдал за придворными танцами.
Он и впрямь был красив, утончён, от него веяло учёностью, к тому же он был одарён — немудрено, что принцесса Фучан тайно ему предалась.
Яства подавали одно за другим: утку с морским огурцем, тофу «Восемь сокровищ» с грибами сянгу, тушёную свинину с рисовой лапшой… Танцы и музыка лились непрерывно, одна мелодия сменяла другую. Видя, как масло в лотосовых светильниках понемногу убывает, принцесса Фучан прикинула, что время встречи в саду сливы приближается, и, перекинувшись с Чжу Янь взглядом, собралась улизнуть.
— Матушка… — вдруг простонала она, приложив руку ко лбу. — У меня… голова кружится… Хочу выйти, подышать ветерком…
Услышав это, императрица Чжу с удивлением встрепенулась. Она уже собиралась заговорить, как вдруг увидела служанку, что спешно подошла, опустив голову, прямо к императрице Юй. Та склонилась к уху императрицы и что-то прошептала, отчего нежное лицо той мгновенно переменилось.
Императрица Чшу, хоть и была озадачена, всё же думала о дочери:
— Пусть Цайчжи будет сопровождать тебя, пока ты прогуляешься. Если головокружение не пройдёт, сходи в императорскую аптеку, позови лекаря.
В глазах Фучан блеснула радость, но выказать её она не посмела, лишь изобразила, что вот-вот упадёт в обморок, и, опершись на руку Цайчжи, осторожно вышла.
В этот момент императрица Юй томным голосом воззвала:
— Ваше Величество, мой племянник Ци Чжиян издавна искусен в сочинении стихов и прозы. Если Вы не сочтёте за труд, пусть останется сегодня при дворе и сочинит стихи к банкету, чтобы избавить учёных мужей Академии Ханьлинь от лишних хлопот.
Услышав это, император заинтересовался:
— О? Племянник императрицы — это тот самый Ци Чжиян? Я и впрямь слышал о его славе! Раз уж он здесь, пусть же проявит своё искусство и возьмёт на себя труды Академии.
Ци Чжиян сиял от гордости и поспешил, подобрав полы, припасть с благодарностью.
Удостоиться чести сочинять стихи для дворцового пира — значит предстать перед очами Его Величества, великая это честь.
Пока Ци Чжиян благодарил за милость, стоявшая за дверью принцесса Фучан чуть не скривила лицо от злости.
Вот же отец! Зачем именно Ци Чжияна заставлять сочинять стихи? Это же дело Академии! Теперь он будет прикован к императрице Юй, упражняясь в сочинительстве, а как же их встреча в саду сливы?
Принцесса Фучан, раздосадованная, лишь кусала губы за дверью, поглощённая своим возмущением. Как вдруг рядом раздался голос Чжу Янь:
— Ваше Высочество, боюсь, молодой господин Ци не сможет прийти.
Принцесса фыркнула, обратив свой гнев на императрицу Юй:
— Вот неудача! Кого угодно могла выбрать императрица, так нет же — именно Ци Чжияна!
Чжу Янь огляделась и, приникнув к уху принцессы, тихо молвила:
— Не вините императрицу. Слышала, одна служанка в её покоях вознамерилась в этот вечер, воспользовавшись визитом молодого господина Ци во дворец Гуаньцзюй, к нему подольститься. Императрица разгневана! Потому и держит племянника при себе, дабы в своих же покоях беды не натворили — и стыд не навести, и перед своей семьёй не опозориться.
Принцесса Фучан изумилась:
— Правда?
Чжу Янь ответила:
— Так толкуют служанки при императрице — может, и ложь.
Но Фучан твёрдо заявила:
— Непременно правда! Такой прекрасный, как Ци Чжиян, какая девушка перед ним устоит? — И тут же её негодование с императрицы перекинулось на ту дерзкую служанку, что вознамерилась соблазнить Ци Чжияна. — Хорошо сделала императрица, что удержала его! Если бы эта никчёмная дрянь преуспела, я бы с ума сошла от злости!
Чжу Янь улыбнулась:
— Жаль только, Ваше Высочество, что вам не сходить на встречу в сад сливы. После такого, даже ради вашей репутации, молодой господин Ци едва ли посмеет снова заикнуться об этом свидании.
Принцесса Фучан на мгновение задумалась и с грустью признала правоту Чжу Янь.
Если бы Ци Чжиян снова пришёл в сад сливы и их случайно увидели, не ровен час, её, благородную принцессу Фучан, в пересудах уравняют с той подлой служанкой. Если Ци Чжиян благоразумен, он должен сделать вид, будто ничего не было.
— Ваше Высочество, не печальтесь, — утешила её Чжу Янь. — Вы столь прекрасны, столь участливы и понятливы, к чему спешить?
Принцесса Фучан вздохнула, поправила накидку и сказала:
— Раз уж в сад сливы не попасть, вернёмся к матушке.
Стоявшая позади Цайчжи отозвалась:
— Слушаюсь.
Принцесса Фучан с Цайчжи вошли внутрь. Чжу Янь смотрела им вслед и тихо, с облегчением, выдохнула.
История с приглашением Ци Чжияна в сад сливы, наконец, разрешилась.
Ночной ветерок был прохладен. Она откинула прядь волос за ухо, как вдруг услышала звонкий и мужественный мужской голос:
— Двоюродная сестрица Янь, что ты здесь делаешь? Снаружи холодно, не простудись.
Чжу Янь поняла, что это Первый принц Ли Чунь. В глазах её мелькнула лёгкая радость, и она склонилась в поклоне:
— Приветствую Первого принца.
Ли Чунь, увидев её радость, почувствовал удовольствие.
— Когда людей вокруг нет, к чему церемонии? Мы ведь двоюродные брат с сестрой, зови меня просто «братец».
Он спрятал руки в рукава, говоря весьма сердечно:
— Кто в этом обширном дворце не знает, что мы из одного рода?
Слова эти были слишком вольными. Чжу Янь лишь застенчиво улыбнулась, не смея принять их.
— Первый принц, Янь не посмеет переступить черту.
Эта её слегка стеснительная улыбка тоже нравилась Ли Чуню. Красавица с фарфоровой кожей, глаза — будто заключают в себе отблески тысячи звёзд, очаровательная и пленительная. Сейчас она ещё молода и не способна сразить наповал, но, когда полностью расцветёт, непременно станет первой красавицей столицы.
Чем дольше он смотрел на неё, тем сильнее щемило в груди. Вспомнив обещание матери, он счёл, что заполучить Чжу Янь — дело верное, рано или поздно она станет его, и в голосе его послышалась лёгкая развязность, исчезла былая сдержанность.
— Двоюродная сестрица Янь, тебе скоро совершать цзицзи. Дядюшка уже подыскивает тебе женихов? — спросил Ли Чунь.
Услышав это, Чжу Янь внутренне удивилась.
Хотя они и двоюродные брат с сестрой, заговаривать о таких делах, как брак, было несколько бесцеремонно.
Но чем бесцеремоннее он был, тем ближе казалось место принцессы-супруги Первого принца.
Она покачала головой и тихо ответила:
— О делах брачных родители со мной ещё не говорили, говорят, я ещё мала.
— А у двоюродной сестрицы Янь есть возлюбленный? — снова настойчиво спросил Ли Чунь.
Чжу Янь отвернулась, не желая говорить прямо, и промолвила неясно:
— Первый принц, о таких вещах нельзя говорить легкомысленно.
Чем уклончивее она отвечала, тем настойчивее становился Ли Чунь. Хотя её уделом должна была стать лишь боковая невеста, даже боковая невеста должна быть ему всецело предана.
Но как бы он ни допытывался, Чжу Янь лишь молча качала головой.
На душе у Ли Чуня стало тяжело, и скрыть это на лице он не смог — в глазах его читалось нетерпение. Чжу Янь видела это и внутренне тихо смеялась.
Именно этого она и добивалась.
Рано или поздно она станет принцессой-супругой Первого принца, затем — наследницей трона, и, наконец, подобно своей тётке-императрице, обретёт единственную в своём роде власть над девятью небесными дворцами.
Пусть сейчас она лишь делает шаг за шагом, рано или поздно она достигнет цели.
А Ли Ло посмел назвать такую её жалкой?
Просто смешно!
Когда она осуществит свою мечту, посмотрим, посмеет ли он ещё сказать, что она достойна жалости!
— Двоюродная сестрица Янь, так у тебя и впрямь есть возлюбленный? Какой он? — Ли Чунь вновь принялся допытываться.
Чжу Янь уже собиралась ответить, как из-за поворота галереи донёсся лёгкий скрип колёс. Затем послышался спокойный голос Ли Ло:
— А, это не вторая госпожа Чжу? Кошелёк, что подарил тебе молодой господин Ци, всё ещё при тебе?
Это одно спокойно произнесённое слово заставило лица Ли Чуня и Чжу Янь мгновенно перемениться.
Ли Чунь нахмурил брови:
— Ци… Ци Чжиян подарил тебе кошелёк?
Чжу Янь обернулась, увидела фигуру Ли Ло, и в душе у неё всё затрепетало от ненависти.
Обновлено: 22.01.2026