Глава 32 — Глава 32. Ты ведь не хочешь, чтобы вы с братом вошли в историю как подлецы?

**Глава 32. Ты ведь не хочешь, чтобы вы с братом вошли в историю как подлецы?** Под звуки печальной песни Доукоу Линь Цзюэ медленно опустился на корточки. Он оказался прямо перед Тан Юаньюем, который, скорчившись на полу, продолжал давиться рыданиями. Внезапно Линь Цзюэ крепко обхватил запястье мужчины. От этого простого движения Тан Юаньюй вздрогнул всем телом, словно от удара током. — Ты… ты что еще задумал?! — вскрикнул он, вжимаясь в пол. — Я всё сказал! Всё, что знал! На этот раз — чистая правда, клянусь, чистейшая… Линь Цзюэ, не меняя позы, вдруг растянул губы в улыбке. Но этот оскал настолько не вязался с его ледяным взглядом, что Хозяин Тан в ужасе пополз назад, отчаянно загребая ногами по ковру. В его глазах Линь Цзюэ сейчас ничем не отличался от демона, восставшего из преисподней. — Ты… что тебе нужно? Линь Цзюэ продолжал улыбаться, наблюдая за жалкими попытками Тана отползти подальше. — Ну зачем же так нервничать, Хозяин Тан? Я не собираюсь вас больше бить. Право слово, я просто немного погорячился… Ай-яй-яй, надеюсь, я не сильно вас ушиб? Тан Юаньюй уже уперся спиной в резную ножку кровати. Его колотило. — Что тебе нужно?! — сорвался он на крик. — Говори прямо! Не подходи ко мне! Линь Цзюэ послушно замер. — Хорошо-хорошо, не подойду. Мне всего лишь любопытно, Хозяин Тан… насколько велик ваш корабль? Сколько человек он может вместить, помимо вашей драгоценной семьи? Глаза Тана округлились от изумления. — Ты… ты хочешь использовать моё судно для перевозки людей? Нет, это невозможно! Даже если у меня есть иностранный пропуск и флот демонических лис пропустит нас, это не значит, что они не поднимутся на борт с проверкой. Если они кого-то найдут, всем конец… Тан Юаньюй осекся. Он увидел, как улыбка мгновенно сползла с лица Линь Цзюэ, сменившись колючим, пронизывающим до костей взглядом. Мужчина судорожно сглотнул. — Если набить битком… — пролепетал он, — человек восемьдесят, ну, максимум сто. С учетом команды — еще человек пятьдесят влезет. Больше никак. Линь Цзюэ нахмурился, его голос зазвучал хрипло и вкрадчиво: — А если выбросить за борт весь твой товар? Тан Юаньюй скривился, готовый снова зарыдать. — Что?! Но он тут же проглотил все возражения. Линь Цзюэ протянул руку и подобрал с пола треугольный осколок того самого кувшина, которым только что разбил Тану голову. Края черепка были острыми, как бритва. Тан Юаньюй в ужасе прикрыл голову руками и заверещал: — Двести!!! Если выбросить все тюки и оставить только верхний слой пряжи, чтобы под ним спрятать людей… Двести человек — это предел! Клянусь, больше палуба просто не выдержит! Линь Цзюэ задумчиво вертел в пальцах острый осколок, прищурившись. — Двести душ, значит? — пробормотал он. — Что ж, по крайней мере, двести жизней теперь можно спасти. Он глубоко выдохнул, словно сбрасывая с плеч тяжелый груз, и снова изобразил подобие улыбки. Схватив Тана за плечо, он рывком поднял его на ноги. — Раз уж Хозяин Тан проявил такую щедрость, продолжать нашу «беседу» в прежнем тоне было бы невежливо. Однако для страховки… до тех пор, пока ваш корабль не отчалит от берегов Цзиньлина, вам придется составить мне компанию. Тан Юаньюй часто заморгал, не понимая. — В каком смысле? Линь Цзюэ по-дружески приобнял его за плечи, но при этом приставил острый край керамики к его горлу. — В самом простом… Хозяин Тан, я вас похищаю! Прошу в ближайшие три дня… нет, я просто требую — извольте во всём мне содействовать. Лицо Тана снова стало белым как мел. Он уже на собственной шкуре прочувствовал тяжесть кулаков Линь Цзюэ и ни на секунду не сомневался: этот безумец без колебаний вонзит осколок ему в шею. «Какая неудача! Какое чертовское везение…» — думал он. Говорят же, что нежные объятия красавиц — это могила для героев. Если бы он не застрял здесь из-за Доукоу, уже давно бы переправлялся через Янцзы. Тан Юаньюй из последних сил сдерживал слезы. Линь Цзюэ тем временем сосредоточился на системной панели, видимой только ему одному. **[Оставшееся время пребывания: 71 час. Прошло: 1 час.]** «Всего один час?» — мелькнуло у него в голове. Ему казалось, что это время пролетело мгновенно. Никогда еще он так страстно не желал, чтобы стрелки часов замедлили свой бег. Ему нужно было успеть сделать как можно больше. Сделать хоть что-то, что могло бы изменить ход истории и спасти этот город. Линь Цзюэ глубоко вдохнул и обернулся к Юймо. — Найди чем перевязать голову Хозяина Тана! И пусть он выведет нас отсюда. Юймо коротко кивнула. Она подошла к Доукоу, которая всё еще не выпускала из рук пипу. — Доукоу, ты веришь мне? Глаза девочки мгновенно наполнились слезами, и она часто-часто закивала. — Верю, сестра Юймо. Ты всегда была добра ко мне. Юймо ласково погладила её по голове. — Тогда идем с нами. Я найду способ вывезти тебя из Цзиньлина! Доукоу растерянно моргнула. — Но матушка-хозяйка не позволит! Отец продал меня сюда, я еще не отработала свой выкуп. И потом… если я уйду из города, как я буду жить? В этот момент Линь Цзюэ резко обернулся и впился взглядом в юную певицу. — Даже если тебе придется просить милостыню на дорогах, это будет в сто крат лучше, чем остаться здесь. Когда придут демонические лисы, Цзиньлин превратится в ад… А для таких красивых девочек, как ты, это будет персональный ад. Он до боли закусил губу, не желая вдаваться в жуткие подробности. Доукоу, напуганная его тоном, расплакалась, и Юймо пришлось прижать её к себе, нашептывая утешения. Голос Линь Цзюэ, хриплый и глухой, прозвучал как приговор: — Мы обязаны покинуть Цзиньлин в течение трех дней! * Дворик «Башни Яшмовых Чернил» по-прежнему сиял огнями. Изящные девицы в ярких нарядах порхали между павильонами. Тан Юаньюй в своем костюме и глубоко надвинутой на глаза шляпе, скрывавшей повязку, шел к воротам. Линь Цзюэ, крепко обнимая его за плечи, создавал видимость пьяного дружелюбия. Юймо, крепко держа Доукоу за руку, следовала за ними тенью. Внезапно им преградила путь женщина лет пятидесяти в красно-черном халате. Слишком густо накрашенная и грузная, она так и сочилась фальшивым радушием. — Ой, Хозяин Тан! Куда же это вы собрались, да еще и прихватив наших красавиц, Юймо и Доукоу? Наши девочки принимают гостей здесь, в саду, у нас не принято уводить их со двора. Линь Цзюэ, не давая Тану раскрыть рта, первым пошел в атаку: — А разве Хозяин Тан — обычный гость? Посмотрите, что творится! Весь Цзиньлин держится на плечах его брата! Лучше быть разбитой яшмой, чем целой черепицей! Человек жизнью рискует ради города, неужели Хозяин Тан не имеет права забрать двух девиц, чтобы хоть на одну ночь забыться? Или ты намекаешь, что он собрался бежать? Может, хочешь, чтобы его брат прислал за ними конвой, а? Хозяйка борделя так и застыла с открытым ртом. Она растерянно заморгала и замахала руками: — Что вы, что вы! Я и подумать не смела… Я просто спросила… Зачем же так кричать-то, а? Линь Цзюэ, не удостоив её ответом, потащил Тана к выходу. Впереди, в морозном воздухе у входа в переулок, он заметил силуэт У Цюшэна. Облегченно выдохнув, Линь Цзюэ прошептал на ухо Тану: — Как только выйдем со двора, ты найдешь способ связаться с братом. Тан Юаньюй, ты ведь не хочешь, чтобы в летописях ваши имена стояли рядом с предателями и трусами?!