Белый Тигр неловко поднялся.
— По... подожди...
Он, всё еще пребывая в шоке, два или три раза щелкнул пальцами в воздухе. На самом деле хватило бы и одного раза, но то ли от растерянности, то ли от волнения пальцы всё время соскальзывали. Когда, наконец, после нескольких попыток раздался отчетливый щелчок, посреди комнаты появился его Капитан личной гвардии. Белый Тигр произнес отсутствующим голосом:
— Открой проход во Дворец Черного Дракона.
Казалось, на должности Капитанов личной гвардии специально отбирали людей, подобных глыбам — командир гвардейцев Белого Тигра по габаритам ничуть не уступал своему коллеге из Дворца Черного Дракона. Тем не менее, призывая врата, он действовал предельно осторожно и чутко. Пока он концентрировал духовную силу, Имэ повернулась к Черному Дракону.
— Где кошелек?
— Ж-е-е-е-нушка-а-а...
— Я спрашиваю, где кошелек, муженек ты мой?
Имэ принялась ощупывать Черного Дракона. Раз его не было под верхним халатом, значит, он спрятал его куда-то глубже. В конце концов она нашла кошелек, привязанный у шва штанов. Наблюдавшие за этим Белый Тигр и Алая Птица побледнели еще сильнее.
Черный Дракон, которого они знали, ненавидел прикосновения посторонних. О рукопожатиях или объятиях за плечи не могло быть и речи — он всегда держался на расстоянии от людей, словно ему было неприятно даже дышать одним воздухом с кем-то еще. Даже они, будучи такими же Божественными стражами, никогда не касались его. Хотя он был на несколько лет моложе Белого Тигра и Алой Птицы, по своей солидности и рассудительности он вдвойне превосходил их обоих.
Неужели алкоголь может так изменить человека? Черный Дракон, который лишь глупо улыбался с расслабленным лицом, пока Имэ ощупывала его с ног до головы, больше не походил на того, кого они знали.
— Заверните те вещи в одеяло.
Имэ снова повернулась к постели. Черный Дракон тут же крепко обнял её, не давая отстраниться. Давно оставив попытки отцепить от себя пьяного бога, Имэ даже не вздрогнула от столь сильных объятий. Она обратилась к Алой Птице:
— Положи это на стол.
Она достала немного денег и протянула их Алой Птице. Тот сделал всё, как она сказала: оставил деньги на столе, а сверток с саженцами и драконье одеяние Черного Дракона плотно замотал в одеяло.
— Давай сюда.
Когда Алая Птица попытался передать вещи в руки Имэ, Черный Дракон внезапно резко потянул её на себя.
— Нет.
Голос его стал таким холодным и низким, что присутствующие на мгновение решили, будто Черный Дракон протрезвел.
— Просто отдай мне, скорее, — поспешно протянула руку Имэ.
Однако Черный Дракон вскинул руку и отбил сверток, не давая рукам Алой Птицы и Имэ соприкоснуться.
Пристально глядя на Алую Птицу с холодным, непроницаемым лицом, Черный Дракон снова потерся носом о щеку Имэ.
— Не-е-ет...
«Да выбери ты что-то одно!»
Имэ яростно заскрежетала зубами. Казалось, к концу дня от её зубов останется лишь пыль.
— А, может, сделаем так?
Белый Тигр кивнул с видом человека, познавшего истину. Он взял завернутые в одеяло вещи, отступил на несколько шагов и бросил их Имэ. Она, хоть и не поняла смысла маневра, поймала летящий груз, словно мяч. Черный Дракон, видя это, промолчал.
— Хм-м.
Белый Тигр расплылся в улыбке.
— Открывайте.
В воздухе распахнулись врата, созданные из духовной силы. Капитан гвардии Белого Тигра отступил назад, приглашая войти. Имэ двинулась вперед, составляя с Черным Драконом единое целое, пока тот развлекался, накручивая кончик её косы на палец. Сейчас он напоминал черепаший панцирь, приросший к её спине.
— Идем.
Имэ шагнула в проход. Во дворе павильона Юнчжу, чистом и опрятном, уже догорали ранние сумерки. Как только она ступила на землю...
— Я пришлю письмо, — сказал Белый Тигр, словно ему было искренне жаль расставаться.
— Да-да, присылай, — небрежно бросила Имэ, возвращаясь к покоям, но внезапно замерла.
Во дворе собралось множество слуг. Судя по тому, как они размахивали метлами, это было время плановой уборки. Взоры придворных устремились к вратам, внезапно возникшим посреди воздуха, но главной проблемой был пьяный язык Черного Дракона.
— Женушка, я уже говорил тебе? — Голос Черного Дракона был мягким и нежным, как спелая хурма. — О том, как сильно я тебя дорожу? Этот дивный цвет, этот прекрасный облик...
— Не облик, а отход! Отступаем!
Имэ попятилась назад, возвращаясь в портал. Врата, созданные духовной силой, бесшумно рассеялись, словно легкий ветерок.
— Не могли бы вы открыть другой проход? Туда, где нет людей.
Капитан гвардии посмотрел на Белого Тигра, спрашивая разрешения. Тот кивнул и вдруг прыснул от смеха.
— Кажется, события принимают интересный оборот.
Имэ хотелось запустить в Белого Тигра столом, лишь бы заткнуть его рот.
— Если тебе так весело, сам его на себе тащи!
— Вряд ли ему понравится висеть у меня на спине.
Умные, блестящие глаза Белого Тигра внимательно оглядели Имэ.
— Хотя, теперь у меня язык не поворачивается называть тебя «крохотной фасолинкой».
Когда первое потрясение улеглось, он смог отчетливо разглядеть облик Имэ. Её вспыльчивый и дерзкий нрав ничем не отличался от того, каким он был в форме кролика, но внешность изменилась до неузнаваемости. Даже если обыскать весь Мир Красной Земли и Небесное царство, таких красавиц можно было пересчитать по пальцам. Белый Тигр подумал, что даже дочь Королевы-матери Запада, которую называют воплощением красоты, не выдержала бы сравнения с ней.
Тонкие и изящные черты лица в сочетании с вызывающим огнем в глазах способны были очаровать любого.
— Я же просила меня так не называть, — прошипела Имэ, услышав про «фасолинку».
— Теперь я и при всем желании не смогу, — усмехнулся Белый Тигр, пока создавался новый проход.
На этот раз Имэ сначала лишь приоткрыла створку. Издалека донесся тяжелый крик птицы. Это место было куда темнее и тише, чем двор Юнчжу.
— Теперь точно уходим!
Опасаясь, что их увидят другие слуги, Имэ нырнула в портал. Белый Тигр и Алая Птица медленно помахали руками исчезающим вратам.
Как только Черный Дракон и Имэ полностью скрылись, Белый Тигр повалился от смеха.
— Ох, надо было пойти за ними и посмотреть, что будет дальше! Ой, не могу!
Он хохотал так, будто у него сейчас отвалится пупок. Смех заразителен, поэтому Алая Птица тоже слабо улыбнулся, глядя на него. Однако, не совсем понимая причины такого веселья, он склонил голову набок.
— Почему ты так смеешься?
— Не понимаешь? Правда не понимаешь? — Белый Тигр продолжал хихикать, сидя на кровати без одеяла. — Вспомни, какими мы были, когда впервые встретили своих жен.
Внезапно он перестал смеяться как сумасшедший и посмотрел на Алую Птицу.
— Ах да, у тебя же был брак по сговору.
Алая Птица загадочно улыбнулся. Белый Тигр снова зашелся в хохоте, размахивая руками. Капитан личной гвардии придержал его, когда тот чуть не свалился с кровати. Белый Тигр со смехом хлопал гвардейца по плечу.
— Чувствую, скоро из Дворца Черного Дракона придут добрые вести.
Надо же было открыть врата именно здесь.
— Я просила место, где нет людей, но...
Нужно было отступить сразу же, как только она сделала первый шаг. Имэ стояла, понурив голову, посреди заднего сада, где грязь доходила ей до колен.
Людей здесь и правда не было. Точнее, не было совсем. Сегодня она побывала в Бипамоне, встретилась со старыми друзьями... А теперь вернулась в тот самый сад, с которого всё началось. Имэ чувствовала себя так, словно совершает путешествие по закоулкам памяти.
— И какой тогда был смысл снимать верхний халат?
В глаза бросились полы штанов Черного Дракона, глубоко погруженные в жижу. Имэ твердо решила, что тайком сожжет всё, что на нем сегодня надето: и халат в пятнах от соуса, и грязные штаны. Судя по гардеробной, халатов у него предостаточно.
— Смотрите под ноги, — сказала она и тут же пошатнулась.
Черный Дракон крепко держал её, поэтому она не рухнула в грязь, но лодыжку неприятно потянуло. Тонкая ножка, лишенная крепких мышц, выдержала ровно столько, сколько смогла.
— Нужно найти дорогу.
В какой стороне павильон Юнчжу? Имэ не знала пути из сада к покоям. Если вспомнить, в первый раз она просто бежала куда глаза глядят, лишь бы выбраться из этой грязи. Подальше от меча этого пьянчуги.
— Вы знаете, куда идти?
Черный Дракон наконец выпустил её прядь волос, которую всё это время перебирал. Его рука, крепко сжимавшая её плечо, тоже опустилась. Не дождавшись ответа, Имэ обернулась.
И поняла, что с Черным Драконом творится что-то неладное.
— Черный Дракон?
Это не было похоже на то, как он ластился и миловидничал. Он внезапно закрыл глаза ладонями, опустил голову, а его плечи поникли.
— Неужели...
Имэ кожей почувствовала, как внутри всё похолодело. Сердце сжалось от дурного предчувствия. И в этот момент плечи Черного Дракона начали мелко подрагивать.
Имэ не могла поверить своим глазам.
— Вы что... плачете?..
Почему этот день тянется так невыносимо долго?
Глядя на подбородок Черного Дракона, с которого капали крупные слезы, Имэ почувствовала, как её самообладание рассыпается в прах.
«Почему каждый раз, когда я оказываюсь в этом болоте, всё идет наперекосяк?»
Обновлено: 20.02.2026