Хижина, подготовленная для Скади и её спутницы, не отличалась простором, но была разделена на две комнаты. В дальней стоял старый деревянный сундук — вероятно, чей-то ненужный подарок, который, впрочем, вполне годился для хранения их нехитрых пожитков.
Скади осторожно опустила спящую Кайю на кровать. Постель уже была застелена: одеяла пахли солнцем — верный признак того, что их просушили перед тем, как принести сюда.
Выйдя из спальни, Скади обнаружила, что деревенский староста уже ушёл. На столе у входа дымились свежеприготовленные блюда, лежала сушёная рыба и другая снедь.
Охотница решила сначала подкрепиться: ей нужно было как можно скорее привыкнуть к земной пище.
На вкус еда оказалась приятнее, чем специальные питательные батончики Глубинных Охотников, хотя и содержала куда больше примесей. Впрочем, это не вызывало отвращения. Сушёная рыба источала аппетитный аромат морской соли. Скади мысленно пообещала себе завтра же поблагодарить добрых жителей, принёсших еду и прибравшихся в доме.
Вспомнив, что Кайя, как и она сама, давно ничего не ела, Скади встала и приоткрыла дверь в спальню. Глядя на мирно сопящую на кровати кроху, она на мгновение заколебалась, но всё же решила разбудить её.
Длинные ресницы Кайи дрогнули, она медленно открыла глаза и села. Потирая кулачками заспанные веки, девочка осознала, что обстановка изменилась, и подняла взгляд на Скади.
По привычке она склонила голову набок, вопросительно глядя на старшую.
Скади взъерошила её серебристые волосы:
— Вставай, надо поесть кое-чего.
— Кое-чего... что? — озадаченно переспросила Кайя. Наблюдая за общением Скади со Стариной Зубом, она начала улавливать смысл некоторых слов.
— «Кое-чего» — это еда.
Кайя неуверенно кивнула. «Кое-чего» — это еда. Понятно.
Видя, что девочка продолжает сидеть истуканом, Скади легко подхватила её на руки и опустила на пол.
Ноги Кайи тут же подогнулись, и она шлёпнулась на доски. Подняв голову, она с недоумением посмотрела на Скади.
Охотница замерла. Ребёнок не умеет ходить? Последние дни она носила её в чехле для меча, но в море-то она плавала... Ладно, если не умеет ходить, придётся учить.
Она подняла Кайю с пола, поддерживая её ножки своими голенями, чувствуя, как девочка пытается опереться, и наблюдая, как та наконец выпрямляется.
Кайя смотрела на свои ноги. Что происходит? В воде ноги нужны, чтобы плыть, это знакомое чувство. Но здесь нет воды. Если напрячься, можно стоять?
Скади взяла её за маленькую ладошку и медленно повела по комнате. Кайя прислушивалась к силе, наполняющей ноги, и постепенно понимала, как передвигаться там, где нет воды.
Отпустив её руку, Скади подошла к столу и поманила девочку:
— Кайя, иди сюда.
Кайя поняла жест. В воде Глубинные ужасы и Наследники моря так же звали её, чтобы угостить чем-то вкусным.
Она медленно побрела к Скади. Шаги были неспешными, но уверенными — падать она не собиралась.
Подойдя к Скади, она задрала голову. Охотница погладила её по волосам и усадила на стул перед столом.
Мебели в доме было немного: маленький столик, два стула — побольше и поменьше, кровать да сундук средних размеров. Это всё, чем смогли поделиться жители.
Скади пододвинула к ней тарелку с густой белой ухой из рыбы и протянула ложку.
Кайя посмотрела на миску, потом на ложку, а затем снова перевела непонимающий взгляд на Скади.
Охотница прикрыла лицо рукой. Сестрёнка всем хороша, но немного глуповата. Даже есть не умеет.
Скади встала у неё за спиной, взяла её руку в свою и показала, как держать ложку, как зачерпывать еду и подносить ко рту. Затем она скормила ей первую ложку.
Кайя почувствовала вкус рыбного супа. Тёплое, приятное чувство, совсем не похожее на холодную сырую рыбу в море. Она довольно прищурилась.
Рыба была разварена до мягкости, чувствовалось, что улов свежий. Нежное мясо таяло во рту, а горячий бульон разливался внутри давно забытым теплом.
Кайя с сияющими глазами уставилась на уху, затем подняла взгляд на Скади. Охотница отпустила её руку, позволяя девочке самой, ложка за ложкой, отправлять еду в рот.
Рука у неё была твёрдая, подходящая для меча. Скади стояла позади и наблюдала за неумелыми, но уверенными движениями.
— Кха... кха... кха-кха!
Рука Кайи замерла, она закашлялась. Ощущение инородного предмета в горле заставило её инстинктивно потянуться туда пальцами.
Скади тут же перехватила её руку, другой рукой приподняла подбородок и открыла рот:
— Скажи «а-а-а»...
— А-а-а... — послушно повторила Кайя.
Скади быстро заметила застрявшую кость — она сидела неглубоко — и легко извлекла её.
— Забыла, что ты не можешь это есть, слишком много костей.
Скади легонько похлопала по спине всё еще покашливающую Кайю. Глупышка, подавилась рыбным супом. Как же она ела раньше?
«Конечно, глотала целиком. В форме Наследника моря рыба проскакивает без проблем».
Кайя потёрла горло, задумчиво посмотрела на уху, а затем схватила чёрную миску двумя руками и вгрызлась в её край.
Скади поспешно вырвала посуду из её рук и уставилась на девочку с немым вопросом.
Кайя, встретив недоумевающий взгляд сестры, указала на чёрную керамику:
— Сестра, сказала... еда.
Скади опешила. Она имела в виду то, что в миске!
«Срочно нужна помощь! Сестра путает посуду с едой! Что делать?!»
Охотница обречённо погладила Кайю по макушке. Она и подумать не могла, что девочка воспринимает всё настолько буквально.
Затем Скади зачерпнула ложкой кусочек рыбы:
— Еда — это то, что внутри.
Кайя снова склонила голову набок:
— Чёрное... нет?
Скади тщательно выбрала кости из мяса:
— Нет.
И отправила ложку в рот Кайи.
Пережёвывая рыбу, Кайя пыталась соединить то, что говорила Скади, со своими наблюдениями.
«В доме безопасно. Штуки, которые плавают, называются "рыба", их можно есть. А в Рое говорили, что есть рыба под названием "тунец", она ещё вкуснее! Сестра важна, как и друг. Люди снаружи тоже безопасны».
Это было больше знаний, чем она получила за всю свою жизнь. Контакт с волей Роя был слишком кратким, а в начале жизни она не получала никакой информации о быте, из-за чего оказалась оторванной от реальности. Проще говоря: «Староста! Мы наконец-то подключили интернет, правда, очень медленный!»
Обновлено: 03.02.2026