Приказ угас. Ментальная связь с создателем, ещё мгновение назад бывшая путеводной звездой, превратилась в едва различимый шёпот, а затем и вовсе смолкла. Щит остался один.
Внутри его новорождённого сознания не было места для страха или растерянности. Были лишь две гранитные плиты, на которых была высечена его суть. Первая — приказ: «Защищай Клыка. Сокруши Врага». Вторая — инстинкт, проросший из самых глубин его гоблинской души: «Стая — это всё».
И враг стоял прямо перед ним.
Щит издал рёв — звук скрежета тектонических плит — и бросился вперёд. Это не была тактическая атака. Это был обвал. Он не использовал оружие; его руки, превратившиеся в каменные молоты, были лучшим оружием. Он нанёс удар сверху вниз, нацеленный на то, чтобы превратить человека в мокрое пятно на полу.
Кай не отступил. Он шагнул навстречу. В тот момент, когда каменный кулак начал своё неумолимое движение, воин скользнул в сторону, пропуская смертоносный удар в сантиметрах от своего плеча. Кулак Щита врезался в пол с оглушительной силой, выбив облако каменной крошки и оставив в плите глубокую выбоину.
Пока рука монстра была внизу, Кай нанёс ответный удар. Его меч со свистом рассёк воздух и ударил Щита в бок.
Звон. Сноп ярких оранжевых искр. И ничего больше. На каменной коже осталась лишь тонкая серебристая царапина, похожая на след от грифеля.
Щит, казалось, даже не заметил этого. Он вырвал руку из пола и нанёс второй удар — размашистый, горизонтальный, нацеленный на то, чтобы снести всё на своём пути. Кай пригнулся, пропуская удар над головой, и нанёс два быстрых, почти слившихся в один, укола в спину монстра. Снова тот же эффект: звон, искры, нулевой урон.
Это был танец самого быстрого клинка с самой несокрушимой скалой. И скала проигрывала.
Щит был силён, но он был предсказуем. Каждое его движение было телеграфировано за секунду до начала. Он не умел драться этим новым телом, он просто использовал его как таран. А Кай... Кай был мастером. Он не пытался противостоять силе. Он использовал её. Он позволял Щиту промахнуться, тратя колоссальные силы на удар по пустоте, а затем наказывал его быстрыми, бесполезными, но проверяющими ударами.
Он искал слабость. И инстинкт Щита сам указал ему на неё.
В один из моментов Кай, уклоняясь, оказался слишком близко к тому месту, где раненый Клык пытался отползти в тень. В то же мгновение поведение Щита изменилось. Его бессмысленная ярость сфокусировалась. Он издал особенно громкий рёв, и его глаза-угли вспыхнули ярче. Он перестал атаковать Кая и вместо этого шагнул так, чтобы загородить собой Клыка. Он встал между угрозой и своей стаей.
Кай замер, и на его лице появилась холодная, понимающая улыбка. "Вот оно".
Он нашёл трещину. Не в камне. В разуме.
Он перестал атаковать. Вместо этого он начал кружить, постоянно держась на расстоянии, но всегда оставаясь на линии между Щитом и раненым гоблином. Щит, подчиняясь своему защитному инстинкту, неуклюже поворачивался на месте, пытаясь постоянно держать Кая перед собой и не открывать спину. Он был привязан к одной точке. Он стал неподвижной крепостью. А неподвижная крепость — идеальная мишень.
— Глупый зверь, — прошептал Кай.
Он сделал обманный выпад влево. Щит качнулся, чтобы встретить угрозу. В то же мгновение Кай резко изменил направление, рванувшись вправо. Он проскользнул под занесённой для удара рукой монстра и оказался сбоку. Его целью была не спина и не грудь. Его целью было колено.
Он не рубил. Он вложил всю свою силу в один-единственный колющий удар, направив острие меча точно в то место, где каменные плиты бедра и голени сходились.
Раздался не звон. Раздался тошнотворный, скрипящий треск.
Меч не пробил броню, но чудовищного давления хватило. В прочном каменном суставе появилась тонкая, как волос, трещина. Щит взревел — на этот раз не от ярости, а от острой, пронзительной боли. Он попытался сделать шаг и его левая нога подкосилась. Он рухнул на одно колено с грохотом, от которого задрожали стены.
Несокрушимый щит был пробит.
Обновлено: 21.01.2026