Завтрак на следующее утро был из блюд шотландской кухни: мясной пудинг, сосиски и маленькие сконы с беконом, много яиц, тосты. Парящие свечи в воздухе остались висеть там с прошлого дня. Зал освещало яркое солнце, лучи которого проникали через окна под потолком, а над головой расплывалось ярко-голубое небо. Сверху летали почтовые совы, которые доставляли посылки и письма ученикам и даже профессорам. Гермиона на ориентационной встрече не смогла поверить (или просто не захотела), что вся система доставки тут держится на волшебных птицах… Но теперь становилось сложнее это отрицать.
Гермиона снова села рядом с Перси. Другие Уизли сидели в разных частях стола. Перси ответил на несколько вопросов других первокурсников, прежде чем МакГонагалл подошла к нему.
— Мистер Уизли, держите расписание для первокурсников, — сказала она ему.
— Спасибо, профессор. — Он начал раздавать расписания остальным ученикам.
МакГонагалл прикоснулась к плечу Гермионы и, понизив голос, сказала:
— Мисс Грейнджер, ваш первый урок — Трансфигурация, со мной, в классе 1б на первом этаже. Пожалуйста, подойдите пораньше. Нам нужно обсудить ваше расписание наедине.
— Хорошо, мэм, — ответила девочка, в голове уже прокручивая все возможные сложности. Не дай бог что-то помешает её планам!
Из размышлений её вырвал один из второкурсников, прошептавший на ухо другому:
— Смотри, вон там, рядом с Уизли.
— В очках? — уточнил его друг. Очевидно, они говорили про Гарри Поттера.
— Да, это он!
— Я не могу разглядеть его шрам. Ты его видел?
— Да, в форме молнии, прямо как все рассказывали.
— Это не очень-то вежливо, знаете? — прервала их Гермиона. Оба удивлённо посмотрели на неё. — Невежливо говорить о других за спиной.
— Это Гарри Поттер, — сказал мальчишка, как будто это всё объясняло.
— И? Он здесь, чтобы учиться, как и все мы.
Мальчик справа закатил глаза.
— Ты магглорожденная, да?
— Ты считаешь, это что-то плохое?
— Нет! — быстро воскликнул второй мальчик. — Ты просто не понимаешь, насколько Гарри Поттер важен для всех нас.
— Ну, он тоже не представляет. Я познакомилась с ним вчера в поезде, и он сказал, что его воспитывали магглы-…
Мальчишки разом сосредоточились только на ней, с шумом отбросив свои столовые приборы.
— Ты с ним общалась?! Какой он?
Она застонала про себя:
— Знаешь, ты тоже мог бы поговорить с ним как с нормальным человеком! — она вернулась к своему завтраку и ускорилась. Это спасло от новых вопросов, да и уже пора было бежать в общежитие, чтобы взять учебник по Трансфигурации. Она сначала хотела просто взять все учебники, чтобы не возвращаться в комнату, но тогда она бы просто не затащила все учебники вечером вверх по лестнице. Местные книги — тяжеленные.
Она нашла класс 1б без пятнадцати девять и стала первой, кто пришел на уроки (несмотря на затруднения с поиском класса). Между жилыми и административными помещениями на первом этаже была единственная в замке разделительная стена. На других этажах можно было свободно пройти из одного крыла в другое, так что ей пришлось идти через нулевой этаж. Когда она зашла, профессор МакГонагалл уже ждала её.
— Мисс Грейнджер, отлично, — тихо сказала профессор. — Ваше расписание у меня. Есть только одно небольшое затруднение. Арифмантика у третьих курсов совпадает с совместной Историей Магии у Гриффиндора и Равенкло. Сейчас я внесла в ваше расписание совместное посещение со Слизерином и Хаффлпаффом. Если вы, разумеется, согласны?
— О, эм, да, разумеется, профессор, — скомкано ответила Гермиона, с запозданием поняв, что от неё ждали ответа.
— Хорошо. Я передам об изменении состава учеников профессору Биннсу. Однако, его память уже не так остра после 1954 года, и он не поспевает за всеми изменениями внешнего мира. Сразу же обращайтесь ко мне, если возникнут какие-то проблемы с допуском на урок.
Да уж, звучит обнадеживающе.
— Хорошо, мэм.
— Тогда вот ваше расписание, мисс Грейнджер. Я также напишу профессору Квиреллу записку, чтобы вы успели взять книги для его урока.
— Спасибо, мэм. — Гермиона села и раскрыла пергаментный свиток. Сегодня у нее будет еще Защита от Темных Искусств, Гербология и История магии — нужно не забыть перчатки, когда она пойдет за книгами, — а завтра Чары и Арифмантика. Она очень удивилась Астрономии в четверг — урок заканчивался в два часа ночи, а на следующее утро Чары были в 10.30. Первый урок Зельеварения был только в пятницу, но всё, что она узнала о профессоре Снейпе, не заставляло её ждать урока с нетерпением.
Другие студенты начали заходить в класс, в том числе её знакомые с Гриффиндора и Хаффлпаффа. Ханна и Сьюзен помахали ей после того как сели на места. А вот Рон и Гарри прибежали в класс одновременно с громким звоном колокола.
Когда все были на месте, профессор МакГонагалл обратилась к классу.
— Прекрасно. Пять очков Гриффиндору и Хаффлпаффу за то что все пришли вовремя. — У неё, должно быть, великолепная память, если она смогла запомнить каждого ученика ещё до первого дня учёбы и запомнить, куда он попал после Распределения, — подумала Гермиона.
— Трансфигурация — это один из самых объёмных и опасных видов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе. Любой, кто начнет баловаться в этом классе, покинет мои уроки навсегда. Запомните это. Сегодня мы изучим самые важные правила, без которых вы в дальнейшем не справитесь с обучением, фундаментальные правила трансфигурации нужно знать наизусть и хорошо понимать. Потому что это тот предмет, где чаще всего «что-то идет не так». — Она написала большими буквами на доске: «Некоторые виды трансфигурации конечны, а некоторые — вечны».
— Некоторые виды трансфигурации конечны, а некоторые — вечны, — повторила она вслух.
Гермиона кивнула себе, записывая эти слова в тетрадь. Это было подробно описано в первой главе «Трансфигурации для начинающих», но было достаточно важной деталью, чтобы не полениться и записать во второй раз.
— Для примера конечной трансфигурации, — МакГонагалл взмахнула волшебной палочкой в сторону стола, и тот превратился в свинью. Класс начал шептаться, а кто-то даже рассмеялся. Макгонагалл подняла руку вверх, и в кабинете мгновенно наступила тишина. — Это была конечная трансфигурация, — повторила она. — Если мы оставим всё как есть, то через несколько часов свинья превратится обратно в стол. Строго говоря, этот конструкт и вовсе не является свиньей, а только преображается в соответствии с моими представлениями о внешнем виде и повадках свиньи. В любой трансфигурации — конечной и вечной — результат зависит от того, как хорошо вы представите его себе.
Она отменила превращение, и свинья-стол вернулась к своему прежнему виду. Профессор взяла мел со стола и написала на доске цифру один.
— Сейчас мы запишем самые важные положения техники безопасности в трансфигурации. Во-первых, трансфигурированная еда не съедобна. Повторите вместе со мной: трансфигурированная еда не съедобна. Вы никогда не попытаетесь трансфигурировать еду в этом классе или за его пределами. Мы не будем сейчас обсуждать, почему.
Обновлено: 21.01.2026