Глава 74 — Глава 74. Грех - Ярость. Город Туманов.

Глава 74   На Пустоши появился освещающий её центр луч света. Было непонятно, когда он появился и откуда пришёл, но это было неважно. Ведь единственным, кто смотрел на этот свет, был один-единственный Апостол, тёмный силуэт на фоне этой бескрайней пустоши. Чу сидела рядом с лучом, погрузившись во мрак, будучи молчаливой и непреклонной, при этом не отрывая взгляда от света. Она и сама не знала, почему попросила у голоса именно этот свет, но когда он пролился на землю, внутри неё возникли странные чувства — едва уловимая тишина и покой. Этот луч света был чистым и нетронутым, явно выделяясь среди всего, что её окружало. И даже если его сияние подчёркивало уродливую, опутавшую её тело тьму, она не могла отвести взгляд от этого устремлённого из неизвестности света. Луч падал на землю совсем близко, почти на расстоянии вытянутой руки, но Чу не пыталась его коснуться, она лишь молча за ним наблюдала. Хотела бы она до него дотронуться? В глубине души — да. Но всякий раз, когда она поднимала руку, её взгляд натыкался на её почерневшую ладонь. "Я слишком осквернена" — подумала она. Казалось, что ей вообще не следует прикасаться к этому свету, ведь он был чужд этому месту и не принадлежал ей, даже если и был ей дарован. Она сидела, обхватив колени, в стороне от света. Она оставалась неподвижной не только потому, что не осмеливалась коснуться света, но и потому, что её тело до сих пор её не слушалось. Выполнив задание B3068 и вернувшись на Пустошь, она снова прошла через усиление. Теперь же она, как и думала прежде, утратила способность чувствовать. Она более не ощущала ни тепла, ни холода, ни боли. Её тело полностью лишилось отклика на всё, что происходило вокруг. Теперь каждый её жест, каждое движение требовало контроля через нити зла, словно она была марионеткой, которой приходилось управлять самой собой.  На это требовалось время, чтобы привыкнуть. Однако неизвестный голос и его задания не оставляли ей много времени на адаптацию.  И вот, спустя множество дождей, вновь раздался голос, как всегда, принеся с собой новое задание: "Чу, новый призыватель обратился с просьбой. Ты готова?" Возможно, из-за отсутствия привычки или долгого бездействия, Чу медленно, с явным усилием подняла голову, и сделав паузу, глядя в небо, ответила: "Да." "На этот раз..." — продолжил голос: "Тебе нужно будет собрать грех ярости." Как только его слова затихли, перед Чу плавно возникла ведущая к греху дверь, раскрываясь уже в четвёртый раз... Город Туманов. Как и подсказывает его название, этот город укутан тонким слоем тумана. Здесь, из трехсот шестидесяти пяти дней в году, на триста шестьдесят он окутан влажной дымкой. Этот туман, словно лёгкая вуаль, скрывает собой город, придавая ему таинственность и неуловимость. И его характер действительно трудно предугадать. В этом городе есть богатство, слава, власть — почти всё, о чём люди могут мечтать. Но также здесь царят невероятный уровень преступности, жестокие убийцы, повсюду орудующие воры и бандиты, что ставит его особняком среди других мест. Город Туманов опасен своей непредсказуемостью: любой неверный шаг здесь может стоить жизни. Что уж говорить, даже полицейские не хотят работать в этом городе. Знаете, в этом месте есть одна широко известная достопримечательность — пустое здание полицейского участка. Полицейских здесь крайне мало, и они почти никогда не появляются на службе. Это земля беззакония, где можно увидеть всё то грязное и низкое, что скрыто за фасадом человеческой цивилизации. Перед тем, как войти сюда, стоит запомнить местную пословицу: ты никогда не знаешь, кто стоит перед тобой — так же, как и не можешь разглядеть, что скрыто за завесой тумана. Ведь днём и ночью город и его жители принимают два разных облика. Небо было хмурым, шёл мелкий дождь, и без того влажные от тумана улицы стали ещё более сырыми. Прохожие закутались в свои пальто и плащи, спешно шагая по мокрой мостовой. И лишь один человек шёл медленно, резко выделяясь среди толпы торопливых горожан. Это был мужчина средних лет, среднего роста и телосложения — ни высокий, ни низкий, ни толстый, ни худой. Для своего возраста он выглядел достаточно подтянутым: у него не было ни живота, ни следов излишнего веса. Его угловатое, слегка осунувшееся лицо с резкими чертами придавало ему холодный и колкий вид, словно предупреждая о его труднодоступности. А его щёки и подбородок покрывала щетина, делая его вид несколько небрежным. На нём было короткое пальто серо-коричневого оттенка, а на голову надвинута круглая шляпа с низко опущенными полями. Его руки были засунуты в карманы, а его голубые глаза с отстранённой неприязнью посматривали на спешащих мимо прохожих. Его звали Лоренс, он был недавно переведённым в этот город полицейским. Здесь, где полиция почти не работала, и его обязанности были минимальны. К тому же, по его сведениям, помимо него, в городе числились всего четыре офицера — каждый из которых проводил дни в безделье и апатии. Почему полицейский участок был закрыт? Потому что открывать его было опасно. В этом полном преступности городе, полиция оказалась наименее защищённой стороной. Если бы полицейский участок работал как полагается, его бы наверняка на следующий же день взорвал какой-нибудь безумец. Можно сказать даже так: в этом городе если ты полицейский, то можешь себя счастливчиком, если ты просто всё еще жив. Но Лоренс был не таким, как другие полицейские. В его сердце до сих пор жила вера в нечто, называемое справедливостью. Это было редкостью в наши дни — кто-то, кто всё ещё держится за это понятие.  Но именно его вера в справедливость порождала в нём невыносимую ярость. Ярость от бессилия перед этой гнилой городской действительностью, от того, что в подобном месте справедливость утрачивала свою силу. А как известно, - справедливость без силы вовсе не является справедливостью. Лоренс оглядывал прохожих, то и дело фыркая от раздражения. С того момента, как он прибыл сюда, он неустанно искал возможность навести порядок, но так и не добился успеха. Недавно он едва не достиг своей цели, но реальность беспощадно разрушила его планы. Ничего не изменилось. Более того, он едва не погиб, сломал руку, и теперь правая рука осталась навсегда травмированной. Лоренс подошёл к берегу реки. Под мелким дождём её поверхность казалась спокойной, но на ней всё время дрожали мелкие волны и рябь. Он посмотрел вдаль своим холодным взглядом, смотря на утопающий в тумане город. Никто не знал, сколько ярости кипело под его спокойной внешностью. Он собирался изменить этот город, изменить его ради своей веры в справедливость. ... Когда справедливость начинает искажаться, она превращается в настоящее зло...