Глава 6

— Тётушка, это всё я виновата, не вините Чаояна! — пролепетала Бай Мэнмэн, приняв вид невинной овечки. «Определённо, это “зелёный чай” высшего разряда, — подумала Цзян Юань, — маме с такой не справиться». — А ты заткнись! — неожиданно рявкнула Цинь Юэ. — Шлюха, которая голая греет чужие постели, какое ты имеешь право со мной разговаривать? — Что ты такое говоришь… — Бай Мэнмэн вспыхнула от ярости. Вокруг было столько людей, она не знала, куда деться от стыда. — Что я говорю? — не унималась мать. — Сколько лет твоему сыну? Ты приклеилась к женатому мужику, пока его жена была беременна! Настолько отчаялась найти себе кого-то? Цзян Юань мысленно показала матери большой палец. Как же точно сказано! — Мама, наши с Цзян Юань отношения в прошлом. Пожалуйста, не нападай больше на Мэнмэн, — вмешался Ся Чаоян. Он был очень самолюбив. Сейчас, когда все вокруг перешёптывались и показывали на них пальцами, он едва сдерживался. — Ах ты ж! Раз ты знаешь, что с нашей Юань-юань у тебя всё кончено, чего ты сюда припёрся? Ся Шимэй*, тьфу! Цинь Юэ с презрением сплюнула прямо в лицо этому «Ся Шимэю». Цзян Юань смотрела на это с нескрываемым удовольствием! — Чаоян, ты в порядке? — Бай Мэнмэн тут же принялась разыгрывать роль заботливой жены, спешно ища салфетку, чтобы вытереть его. — Пап, мам, пойдёмте отсюда, — сказала Цзян Юань. Ей не хотелось ввязываться в эту грязь. Хотя прошло уже много дней, и она научилась контролировать свои эмоции, она не была уверена, что сможет сдержаться и не наброситься на них с кулаками, если это затянется. — Цзян Юань, хватит уже! Как бы там ни было, я отец Сяо Нуань, ты не можешь так со мной поступать! — возмутился Ся Чаоян. «Да как у него только язык поворачивается такое говорить?» — с отвращением подумала она. — Тебе не стыдно называть себя отцом Сяо Нуань? С тех пор как мы вошли, ты хоть раз о ней спросил? — Ты выгнал нас из дома, и за всё это время хоть раз позвонил ей? — Ты купил ей хоть что-нибудь? — Я просто не понимаю, откуда у тебя столько наглости. Ся Чаоян от её слов потерял дар речи. Но тут снова влезла Бай Мэнмэн: — Сестрица Цзян Юань, Чаоян очень скучает по Сяо Нуань. Мы скоро переезжаем в «Лушань Яцзюй», так что малышка сможет приходить к нам в гости. Надо отдать должное, Бай Мэнмэн довела свой образ «зелёного чая» до совершенства. Она говорила так, будто заботится о благе Сяо Нуань, но это слово «в гости»… Оно было не чем иным, как заявлением о своих правах. Разве к себе домой ходят «в гости»? — Не говори мне, что Ся Чаоян купил тебе квартиру в «Лушань Яцзюй»? — с ледяным спокойствием спросила Цзян Юань. — Это было давно, — смущённо ответила та. — Отлично! Изменял в браке, да ещё и поселил любовницу в том же жилом комплексе. Ся Чаоян, ты просто гений! «Что ж, пусть живут поближе, — злорадно подумала Цзян Юань, — так мне будет интереснее наблюдать за их концом. Это куда увлекательнее, чем смотреть в монитор». — Сестрица Цзян Юань, в последнее время так жарко, вот мы и решили переехать сюда. Ты не обижайся, ладно? Цзян Юань взглянула на телефон. Было уже половина десятого. Ей не хотелось больше тратить время на эту парочку. — Делайте что хотите, какое мне до этого дело? Дорогу! Её родители были встревожены. Никто из них не ожидал, что Ся Чаоян купит любовнице квартиру, да ещё и в их комплексе. Теперь становилось ясно: когда он выходил «выбросить мусор» или «сходить в магазин», он, скорее всего, бегал на тайные свидания. Молодёжь, что тут скажешь, умеет развлекаться! Но за всё в этой жизни приходится платить. Рано или поздно наступит день расплаты. — Юань-юань, ты в порядке? — спросила мать, когда они отошли. «Кто? Что случилось?» — мысленно передразнила она. — Я в полном порядке, мам, не волнуйся. Лучше давай подумаем, что ещё купить в супермаркете! Какие могут быть шутки? На пороге конец света, у кого есть время на любовь и сантименты, тем более фальшивые. Они снова накупили кучу всего, но крупы и масло больше не трогали. Взяли много лапши быстрого приготовления — удон, гречневую, соба. Кроме того, набрали свежих овощей и фруктов, а также различных бытовых мелочей, особенно много средств от комаров. На выходе у них снова было шесть огромных пакетов, по два на каждого. В супермаркете было много людей, но все они бродили по рядам с расслабленным видом. Никакой паники и массовой скупки товаров не наблюдалось. Казалось, люди были даже спокойнее, чем во времена пандемии. Цзян Юань знала: это лишь затишье перед бурей. Чем безмятежнее сейчас, тем безумнее будет потом. Вернувшись домой, она сразу повела Сяо Нуань в душ, а родители занялись разбором покупок. Жилой комплекс «Лушань Яцзюй» находился на окраине города. Вокруг было мало крупных зданий, зато много частных домов, парков и усадеб. Температура здесь всегда была на несколько градусов ниже, чем в центре. Так что выбор Бай Мэнмэн был вполне объясним. Цзян Юань снова включила камеры в старой квартире. Дома никого не было. Видимо, старик со старухой тоже ушли за покупками. К бывшим свёкру и свекрови она не испытывала ни капли симпатии. Они были не просто эгоистами, но и обладали отвратительными бытовыми привычками. Они никогда не закрывали дверь в туалет, ходили по дому в чём попало, не обращая внимания на присутствие посторонних, и совершенно не заботились о чистоте. Дом, который она прибирала, превращался в свинарник буквально за один день. Свекровь была отдельной историей. Она входила в их спальню без стука, была до неприличия бесцеремонной, всё трогала, а если ей что-то нравилось, просто забирала себе, не спрашивая разрешения. Она пользовалась вещами Цзян Юань как своими собственными, не зная меры. Однажды, когда Ся Чаоян был в туалете, она просто вошла туда. Цзян Юань сделала ей замечание, на что получила в ответ сто отговорок. «Я его родила, я могу смотреть, а ты мне не указ». С такой, как Бай Мэнмэн, они, скорее всего, тоже не уживутся. Её манера закатывать скандалы на пустом месте вызывала омерзение. Но больше всего Цзян Юань выводило из себя их пренебрежение к девочкам. Она настояла на том, чтобы самой сидеть с ребёнком, только потому, что боялась, что Сяо Нуань будут обижать. И такие случаи уже были. Ся Чаоян всегда защищал своих родителей. Каждый раз он твердил ей, как тяжело им было растить его и давать ему образование. Даже если бы он не изменил, их развод был лишь вопросом времени. Раз уж эта парочка собиралась поселиться по соседству, нужно было следить за их передвижениями. Она не знала, в каком именно корпусе жила Бай Мэнмэн, но воспоминания о преследованиях в прошлой жизни были слишком сильны. Эти двое были способны на всё, так что следовало быть начеку. Если представится возможность, она хотела бы своими руками прикончить этих двух бесстыдников. В конце концов, когда рухнет порядок, такие вещи станут обыденностью. — Мама… — Что, моя хорошая? Она взяла дочку с кровати. Такая маленькая, мягкая, тёплая. Какая же она милая! — Мы больше не будем с папой? — с любопытством спросила девочка, подняв на неё глаза. Цзян Юань не знала, что ответить. Как ни крути, она звала этого человека папой полтора года. — Сяо Нуань, папа совершил ошибку, и теперь он должен быть наказан. — Давай сыграем в игру, хорошо? Мы больше не будем с ним разговаривать. Если увидим его, сразу убежим. — И расскажем об этом маме, или бабушке с дедушкой, договорились? — Угу. — Какая ты у меня умница. Пойдём, съедим арбуз! — Ура, арбуз, арбуз! Цзян Юань не была уверена, что дочка всё поняла. Но она твёрдо решила, что Ся Чаоян больше не приблизится к Сяо Нуань. С этого момента она будет брать её с собой повсюду. Она больше никогда не хотела испытать боль от потери дочери.