Глава 99 — Небесный Белый Тигр

Не договорив, Гао Фэн отпрыгнул назад, развернулся и вместе с двумя уцелевшими эволюционерами бросился бежать. Чжао Инь не стал догонять. Он продолжал считать: — Три... два... один! Только тут выжившие опомнились. — Босс, не серчай! — заголосила какая-то тётка. — Я старая, соображаю туго! Сейчас-сейчас, уже встаю за тобой! — Это они нас заставили! Грот — мой дом, никуда я не пойду! — Босс, я с тобой в грот! Сотни людей в едином порыве хлынули к нему за спину. — Поздно, — тихо сказал Чжао Инь, стиснув зубы. По правде говоря, перебить их было проще, чем тащить обратно. — Обезьяна, Черныш, Бычара. Ко мне. Убивайте. Слова прозвучали ровно, а земля в ответ содрогнулась. Из-за холма, огромными скачками, по десятку с лишним метров за шаг, неслась обезьяна ростом с двухэтажный дом, с исполинским мачете в лапе. Следом мчался Черныш с Сяодао на спине, за ним — Бычара. Три громадных мутанта гнали перед собой ураган, за ними закручивались вихри. Миг — и они врезались в толпу. Один взмах обезьяньего мачете разметал в куски десяток с лишним тел. Но страшнее всех в такой бойне был Бычара. Там, где он проходил, в воздух взлетали десятки человек. Черныш шёл чуть медленнее, зато Сяодао у него на спине метала ветряные лезвия одно за другим, и в тридцати метрах вокруг не оставалось никого живого. Вопли, плач, мольбы о пощаде слились в один адский гул. Чжао Инь смотрел вслед Гао Фэну и двум его подручным. Бегать за ними было лень. Он достал давно не видевшую дела снайперскую винтовку. Думал, патронов к ней не осталось вовсе, — а в магазине нашлись три последних. Как раз. Он прицелился. Бах! Бах! Бах! Три выстрела — три головы разлетелись вдребезги. Чжао Инь убрал винтовку и обернулся. Звери и Сяодао уже закончили. Несколько сотен человек лежали вповалку. Земля была залита дымящейся кровью и завалена обрубками тел. Сяодао, обезьянёнок и Черныш собирали тюки из крысиных шкур. Кровь забрызгала шкуры, но то, что внутри, к счастью, не испачкалось. Чжао Инь шёл следом и убирал сложенные в кучи тюки в кольцо. Через полчаса с поля боя собрали всё. Обезьянёнок притащил оружие всех четырёх эволюционеров, а у Гао Фэна нашлась ещё и булочка с начинкой. Неожиданный подарок. Чжао Инь спрятал добычу, сел на Черныша и двинулся к гроту. Километра за два до пещеры впереди показалась прямая полоса пыли: навстречу во весь дух неслись шесть крыс. Вернувшись в грот, они обнаружили, что добро пропало, и кинулись по следам. Завидев хозяина, Крыс-Шесть, бежавший первым, встал как вкопанный и распластался по земле. Остальные пятеро, как нашкодившие дети, сбились у него за спиной, закрыли головы лапами и боялись поднять глаза. «Хозяин... Крыс-Шесть никчёмный... добро... добро потеряли. А из тех эволюционеров, что штурмовали грот, двух женщин Крыс-Три упустил». — Женщин? Чжао Инь сразу вспомнил сестёр из лагеря Ли. Лицо его потемнело. — Сегодня все без ужина! Куда подевались эти двое — неизвестно, а гоняться за ними у Чжао Иня не было времени. Если не дуры — уже убрались куда подальше и в здешних краях больше не покажутся. Черныш не сбавил шага и прошёл мимо шестерых крыс. Чжао Инь лишь скользнул по ним ледяным взглядом. Только когда Чжао Инь отъехал далеко, крысы, понурые, поплелись следом. У грота весь склон был усеян трупами. Крыс-Шесть подбежал к стене, задрал зад и принялся рыть землю. Вскоре из ямы показалась куча чудесного снаряжения. «Хозяин, это всё с тех эволюционеров. Всё принесли», — осторожно доложил он. Семнадцать предметов: оружие, по большей части F-ранга, пара E-ранговых клинков, одно оружие D-ранга, да ещё две вещи из одежды F-ранга. Чжао Инь сгрёб всё это вместе со снаряжением Гао Фэна и его людей и с добычей из лагеря Ли и швырнул в серый туман живого пространства. Пространство разом раздалось на сто сорок метров — примерно до восьмисот в поперечнике! Чжао Инь спешился и широким шагом вошёл в грот. Ещё издали он услышал детский плач. — Кто-то остался? Вскоре он увидел Ван Сяолэй. Девочка сняла с себя кофточку, завернула в неё что-то и, прижимая свёрток к груди, рыдала навзрыд. Рядом лежал У Сюэгуй. Он едва дышал, но глаза были широко раскрыты: держался на одной силе воли и никак не хотел умирать. — Старый хромец до сих пор жив? — удивился Чжао Инь. — Босс, пожалуйста, спаси Снежка! Спаси дядю У! — Ван Сяолэй вскочила, прижимая свёрток, подбежала к нему и расплакалась ещё горше. Чжао Инь опешил. Нашла себе спасителя. Он брезгливо отодвинул её, достал несколько листьев каштана, размял в пальцах и запихнул У Сюэгую в рот. Как-никак знакомы, и потрудился хромой на него немало. В конце света такие, как У Сюэгуй, наперечёт: умрёт один — одним станет меньше. До судьбы посторонних Чжао Иню дела не было. Жить так, как жил У Сюэгуй, он бы не смог — это бескорыстие он считал обыкновенной глупостью. И всё же где-то в глубине души ему почему-то не хотелось, чтобы старый хромец умер. Проглотит тот листья или нет — Чжао Инь проверять не стал и повернулся к дальнему залу. — Босс, спаси Снежка! Он ещё лекарство не пил... Пожалуйста, босс! Грязная ладошка вцепилась в край его одежды. Чжао Инь дёрнулся — не отпускает. Вцепилась так, что пальцы побелели. — Смерти не боишься? — спросил он. — Дядя У говорил, что ты не злой, — Ван Сяолэй смотрела на него покрасневшими от слёз глазами, но голос её вдруг стал спокойным и твёрдым. — Снежок умирает. Мне больше некого просить. Только теперь Чжао Инь обратил внимание на свёрток. Совсем маленький, с ладонь. Он-то думал, что Снежок — какой-то ребёнок. А из-под ткани торчал клочок белоснежной шерсти. Зрачки Чжао Иня сузились. Чутьё Владыки Контрактов сработало раньше мысли — он включил «Око истины». [Белая кошка, молодая особь. Зверь-мутант. Сила: 9. Ловкость: 23. Выносливость: 6. Дух: 12. Врождённый навык: Сверхскорость.] Чжао Инь застыл. Да это же, мать его, Небесный Белый Тигр! Тигр из прошлой жизни вырос из белой кошки. И первым его навыком тоже была Сверхскорость. Пусть «Око истины» зовёт его иначе — Чжао Инь ни за что не поверил бы, что в горах Давэй водятся два одинаковых мутанта. Он быстро забрал у Ван Сяолэй свёрток и развернул — так бережно, будто в руках у него была бесценная реликвия. Внутри лежал весь в крови белый котёнок. На спинке, прилипнув к шёрстке, безвольно распластались два кожистых крылышка. Котёнок не дышал. Сердце молчало. Зрачки медленно расширялись. Последние крупицы жизни уходили из крохотного тельца. Чжао Инь мгновенно выхватил булочку с начинкой, сунул в рот и разжевал. Потом раскрыл котёнку пасть и выплюнул туда кашицу. Не скупясь, открыл бутылку «Нунфу» и принялся понемногу вливать воду следом. Когда в котёнке оказалась целая булочка, животик у него раздулся шариком. И вот сердце дрогнуло, забилось — и котёнок слабо, едва заметно, задышал.