Глава 98 — Пустышка

С такого расстояния Сяодао уже различала знакомых тёток и тюки из крысиных шкур у них на спинах. — Ах так! Эту вяленину мы с Бычулей коптили, я сама дрова рубила! — Она гневно свела брови. — Совсем обнаглели — наше таскать! Чжао Инь сразу выхватил взглядом четверых в середине колонны — Гао Фэна и его эволюционеров. [Человек, мужчина. Эволюционер F-ранга. Прогресс эволюции: 94,76/100. Сила: 17. Ловкость: 16. Выносливость: 15. Дух: 17. До конца жизни: 19 953 дня.] [Человек, мужчина. Эволюционер F-ранга. Прогресс эволюции: 1,01/100. Сила: 15. Ловкость: 16. Выносливость: 14. Дух: 16. Навык: стрельба, B-ранг. До конца жизни: 18 953 дня.] [Человек, мужчина...] Все четверо — F-ранг. Везучий этот лагерь или нет — Чжао Инь так и не понял. Он сам вскрыл целую гору кристаллов, добра набрал немало, а эликсиров эволюции F-ранга выпало всего два. У этих — четыре, и за такой короткий срок. Зато оружие у всех четверых F-ранговое, и ни одной чудесной одёжки. С удачей никогда не угадаешь. Как бы то ни было, для Чжао Иня четыре эволюционера F-ранга — мелкая шушера. И эта шушера посмела позариться на его добро. — Чжао Инь, я пойду их убью! — объявила Сяодао. Чжао Инь что-то прикинул и покачал головой. Он соскочил со спины Черныша и обернулся к ней и зверям: — Ждите здесь. Я сам схожу посмотрю. — Не убивать? — Сяодао вытаращила глаза. Неужто Чжао Инь ни с того ни с сего подобрел? — Принципов у меня, может, и нет. Но правила есть, — сказал он. — Предателям — смерть, всем до одного. Но эти люди несколько дней на меня работали. Если кого-то из них просто заставили — пусть живёт. Он убрал всё оружие, стянул кожаный доспех и переоделся в драное тряпьё. Оставил только шапку-псину — она не раз спасала ему жизнь. Теперь он походил на беглеца с проигранной войны. Понурый, он медленно побрёл навстречу колонне. — Это ж босс... Чего это он такой? — Какой он тебе босс? Этот Чжао! Мертвецы, видать, всех его зверюг перебили. Так ему и надо! — Да хоть бы и не перебили — Гао Фэн его всё равно прикончит! Тётки во главе колонны сразу его узнали. Сперва перепугались — а разглядев, какой он жалкий, принялись насмехаться. В гроте они видели только, как людей убивают его звери. Чтобы сам Чжао Инь брался за оружие — такого при них не бывало. Выходило, что даже если он эволюционер, то Гао Фэн и его трое раскатают его в лепёшку. Ветер трепал лохмотья на Чжао Ине. Он брёл, опустив голову, будто и вовсе не замечал колонны. — Гао Фэн! Вон тот — Чжао Инь! Весть наконец долетела до середины. Какая-то молодая баба тыкала пальцем в оборванца впереди. Гао Фэн прищурился — и рассмеялся: — А я-то думал, раз у него столько мутантов в подчинении, он там о трёх головах и шести руках. А это вот что. Трое эволюционеров при имени Чжао Иня было напряглись. Теперь, разглядев, как «жалок» тот, покатились со смеху, а следом загоготали и выжившие. — Не знаю, где этот пацан раздобыл такую удачу, что мутанты его слушались. А теперь один как перст — и прямо к нам в руки. Во невезуха-то! — Ха-ха! Столько зверья держал, а ни одной чудесной вещички не вскрыл. Пустышка, точно! — Может, он и не эволюционер вовсе. Вон как близко, а нас и не замечает. Тут Чжао Инь наконец поднял глаза. Остановился и спокойно посмотрел на подходящую толпу. — Что это вы делаете? Зачем притащили сюда моё добро? — Какое ещё твоё добро? Это всё теперь Гао Фэна! — Одна из тёток злобно скривилась; от прежней угодливости не осталось и следа. — Ещё и вернуться посмел, Чжао! — Ты хоть понимаешь, что тебе конец? — Покомандовал в гроте, покуражился — вот и доигрался! Ха-ха! Люди подлы. Хлебом не корми — дай посмотреть, как вчерашний небожитель летит с пьедестала. А Чжао Инь всегда считал, что в конце света добро достаётся тому, у кого сила. Это в порядке вещей: на их месте так поступил бы кто угодно. Он этих людей не убивал. Забрал вьюнок и рыбу — но взамен отдал им крысиные кости. Хорошим человеком Чжао Инь себя не считал. Но и особым злодеем — тоже. — А У Сюэгуй где? Тоже меня предал? — У Сюэгуй-то? Помер давно! Гао Фэн его застрелил! — злорадно сообщила тётка. — Спелся с тобой, скотина, туда ему и дорога! В глазах Чжао Иня проступил холод. Во всём гроте он признавал только одного человека — У Сюэгуя. Пусть упёртый, пусть наивный хромой вояка. Но таких, как он, по пальцам пересчитать — их и до конца света было меньше, чем панд, мать их! Если у этого мира ещё осталась надежда, то без Чжао Иня он как-нибудь обойдётся. А без таких, как У Сюэгуй, — нет. Тем временем Гао Фэн с тремя эволюционерами вальяжно подошёл ближе. Выжившие сами расступались перед ними. — Эй, пацан. Ты, значит, Чжао Инь? — Гао Фэн остановился в нескольких шагах. — Добро теперь моё. Ну, раз уж ты мне попался, не скажешь, что я шанса не дал: встань на колени, стукнись лбом три раза — возьму тебя в лагерь. Пусть этот Чжао Инь и ничтожество, но то, как он приручал мутантов, стоило разузнать. Чжао Инь спокойно перевёл на него взгляд: — Я тоже дам тебе шанс. Встань на колени, стукнись лбом три раза, отруби себе руку — и получишь минуту форы. — Чего-чего? Гао Фэн опешил — и расхохотался: — Ха-ха-ха! Пацан, да тебя мертвецы до сумасшествия напугали! Взгляд Чжао Иня вдруг стал острым. Он обвёл им толпу выживших: — У вас ещё есть шанс. Кто хочет вернуться со мной в грот — встаньте у меня за спиной. Даю десять секунд. И начал громко считать: — Десять... девять... восемь... Ни один не шевельнулся. Все стояли где стояли и глумливо пялились на него. — Ты ещё и пугать нас вздумал, урод? — Один из эволюционеров не выдержал, шагнул вперёд и замахнулся, чтобы влепить Чжао Иню затрещину. Бум! Никто толком ничего не увидел: Чжао Инь едва качнулся — и голова эволюционера лопнула. Мозги и белые осколки черепа разлетелись во все стороны вместе с алой кровью, забрызгав Гао Фэна и остальных с головы до ног. Все оцепенели. Вот так просто — и эволюционер мёртв! Гао Фэна и двоих уцелевших прошиб холодный пот. Никто из них даже не разглядел, как Чжао Инь ударил. Слишком быстро! Только теперь до них дошло: перед ними как минимум эволюционер E-ранга. А может... и D! — Н-не надо... брат... я слепой дурак, не разглядел...