Чжао Инь перевёл дух и опустил глаза. Обёртка от галеты и пустая бутылка «Нунфу» на полу рассыпались светящимися искрами и медленно таяли в воздухе.
В голове у него прояснилось — и он слегка опешил.
«Я же прекрасно знал, что она и без чудесной еды выкарабкается. Зачем тогда?»
Неужто пожалел?
Чжао Инь потёр лицо. Быть такого не может.
Все чувства, все слабости он отсёк в прошлой жизни — в тот миг, когда его настигла лапа Небесного Белого Тигра. Сердце у него давно каменное.
В конце света дольше живут только те, у кого сердце из железа, а руки не дрожат. Этого правила он держался с первого дня после перерождения.
Глупая ошибка, сказал он себе. Больше такого не повторится.
Он закурил, сел в сторонке и стал ждать, равнодушно поглядывая на Сяодао.
За последнее время девчонка изрядно загорела под солнцем и дождями и осунулась. Ресницы у неё во сне подрагивали.
— Братик... не уходи... не бросай меня...
Сквозь сон она всхлипнула, выдав то, что сидело в ней глубже всего.
Всё это время Сяодао держалась так, будто ей всё нипочём, и Чжао Инь думал, что она уже забыла. А сейчас, когда воля ослабла, правда вырвалась наружу.
Жалеть Чжао Инь ни о чём не жалел. Кинься он тогда спасать Сун Сяоцзяня — и сам мог бы там остаться вместе с обезьянёнком.
Он решил больше об этом не думать и занялся делом: переложил из кольца в живое пространство всё, кроме еды и листьев каштана.
Потом развёл огонь и взялся за готовку.
Через три часа Сяодао очнулась.
Чжао Инь включил «Око истины».
[Человек, женщина. Одарённая. Эволюционер E-ранга. Прогресс эволюции: 0/100. Сила: 29. Ловкость: 36. Выносливость: 23. Дух: 19. До конца жизни: 60 102 дня.]
Прибавилось лишь одно слово — «Одарённая». Какой именно талант, «Око истины» разглядеть не могло.
Зато ясно было главное: пробуждение прошло успешно.
— Чжао Инь, у меня получилось? Я теперь одарённая?
Секунду Сяодао растерянно моргала, а потом кубарем скатилась с одеяла.
Он кивнул:
— Иди опробуй, потом возвращайся есть.
Мясной бульон и каштановая каша уже сварились и исходили паром. Но он знал: пока девчонка не испытает свой талант, кусок ей в горло не полезет.
Сяодао рванула к выходу — и сама не заметила, как пустила в ход ветер.
Бум!
— Ай!
Она со всего маху влетела головой в стенку шатра и растянулась на полу, отчаянно растирая лоб.
— Шатёр мне не порви! — тут же предостерёг Чжао Инь.
— Ты вообще-то должен жалеть свою невесту! — Сяодао отряхнулась, вскочила и сердито на него уставилась.
— Лоб заживёт. А шатёр порвёшь — нового не будет.
— Шатёр — чудесное сокровище A-ранга! — возмутилась она. — Где уж мне его порвать!
— Не пойдёшь пробовать талант — позову обезьяну с остальными, и они всё съедят.
Сяодао прыснула и выскочила наружу.
Чжао Инь потёр щетину на подбородке. Не успели у девчонки крылышки окрепнуть, а она уже огрызается. Не к добру это.
Надо будет при случае хорошенько её проучить.
Полог Сяодао нарочно оставила откинутым — чтобы Чжао Инь прямо из шатра видел, что она делает.
— Обезьянка, обезьянка, поможешь мне опробовать талант?.. Ой, а зачем ты включил Гигантизм?
Сяодао озадаченно разглядывала обезьяну-громадину.
Обезьянёнок дремал и от этих слов сразу надулся. Кто тут что включил? Сама ты включила, и вся твоя родня включила!
Он закатил глаза, не глядя сгрёб Сяодао за шиворот, швырнул её в сторону Бычары, презрительно покосился на растрёпанную девчонку и снова задремал.
Сяодао поняла: обезьянёнок бросил её походя, одной лапой — и всё равно ей с ним не тягаться. Струхнув задним числом, она больше к нему не приставала и перевела взгляд на Бычару.
— Бычуля, а ты поможешь опробовать талант?
Бычара неторопливо поднялся и глянул на неё свысока, с откровенным пренебрежением. Кивнул: мол, давай, нападай.
Сяодао кольнула обида. Так он смотрел на неё в самую первую встречу.
Что они все, сговорились её ни во что не ставить?
Она выхватила клинок-коготь. Вокруг неё взвихрился ветер, окутал её с головы до ног — и она сорвалась к Бычаре.
В шатре Чжао Инь прищурился.
Ветер разгонял Сяодао почти до скорости белого крысиного короля с его Ускорением. Просто она пока была лишь на E-ранге, и со стороны это выглядело не так впечатляюще.
Бычару в тот же миг с головы до хвоста затянула чешуя. Он поджал хвост и даже не дёрнулся, позволив клинку-когтю хлестнуть по себе.
Дзынь!
Брызнули искры. Бычара и с места не сдвинулся, а у Сяодао онемели руки.
Силы были несопоставимы!
Она отскочила на несколько шагов. Бычара смотрел на неё с откровенной насмешкой. Обезьянёнок и Черныш глядели так же ехидно.
— Ах так, вы все надо мной смеётесь! — Сяодао вспыхнула от злости. — Ну, Бычуля, сейчас узнаешь!
Она резко вскинула руку. С ладони сорвались три ветряных лезвия и, со свистом рассекая воздух, понеслись к Бычаре, будто порывы урагана.
Бум! Бум! Бум!
Невозмутимый Бычара выпучил глаза, но увернуться уже не успел. Лезвия ударили в него и оставили на чешуе три глубокие царапины. Огромную тушу качнуло.
Обезьянёнок и Черныш, которые смотрели на всё это как на забаву, разом переменились в мордах.
Чжао Инь в шатре усмехнулся. Бычара сам виноват — расслабился.
Его слабое место — скорость.
А ветер — это прежде всего скорость и множество приёмов. Не то что Ускорение белого крысиного короля: чуть медленнее, зато бить можно по-разному.
Сяодао мигом раззадорилась:
— Вот тебе, противный Бычуля! Я к тебе всегда по-хорошему, а ты смеяться? Вот тебе, вот тебе!
Ветряные лезвия полетели одно за другим. Бычара заметался, уворачиваясь. Всерьёз ранить его они не могли, но больно же!
А главное — позор-то какой! Хозяин ведь смотрит!
Наконец Бычара улучил момент и бросился на неё тараном. Но навстречу ему, прямо в глаза, уже неслось ветряное лезвие.
Пришлось сбросить разгон и увернуться. А когда он снова кинулся следом, Сяодао уже метнулась в другую сторону.
Тут Бычара взялся за дело всерьёз. В ход пошла даже прибавка к скорости от шлема, и наконец он оказался быстрее Сяодао. Хлёсткий удар хвостом —
Бум!
Хвост врезался в стену ветра. Удар выдохся, стена рассыпалась, а Сяодао успела отскочить подальше.
— Стоп, Бычуля, я больше не играю! — вдруг громко закричала она.
Бычара остановился и недоумённо уставился на неё.
Сяодао, тяжело дыша, плюхнулась на землю:
— Ой, как я устала... Бычуля, ты такой сильный!
Талант S-ранга она пока не могла раскрыть и наполовину — и всё равно за считаные минуты выдохлась досуха.
Сил она беречь не умела: едва научившись, тут же выложила самое мощное, на что пока была способна.
Только теперь до неё дошло, почему Чжао Инь так неохотно пускает в ход молнию.
Чем сильнее талант, тем быстрее он высасывает силы!
— Всё, все сюда, есть! — крикнул Чжао Инь из шатра. — У нас потом ещё дела.
Три зверя тут же ломанулись к шатру. Больше всего на свете они любили похвалу хозяина, а сразу после неё — поесть!
Сяодао отдышалась, кое-как поднялась и, едва волоча ноги, поплелась в шатёр.
— Чжао Инь, а Бычулю я так и не победила.
— Дорастёшь до D-ранга — там ещё посмотрим, кто кого. Бычара — зверь-мутант. От природы он намного сильнее любого эволюционера, а два боевых навыка — это вообще один на десять тысяч. Ты держалась очень хорошо. Хотя будь ты ему врагом — он бы тебя уже раз десять прикончил. Так что скажи ему спасибо, что щадил.
Когда ребёнка стоило подбодрить, слов Чжао Инь не жалел.
Сяодао снова просияла:
— Чжао Инь, а теперь я достойна быть твоей невестой?
— Ешь давай! Обезьяна теперь жрёт вдвое больше — не успеешь, ничего не останется!
Сяодао мигом забыла про всякую невесту, схватила миску и влилась в ряды обжор.
Когда все наелись, Чжао Инь убрал в живое пространство шатёр-невидимку и весь нехитрый скарб. У Сюэгуй с двумя крысами-гигантами давно уже ушли к гроту.
Чжао Инь посмотрел на север долины.
Там стоял обрыв.
Где-то на середине этого обрыва, в пещере, он в прошлой жизни и нашёл Небесного Белого Тигра.
Обновлено: 09.10.2026