Глава 84 — Крыс-Шесть идёт на повышение

Перед глазами Чжао Иня сама собой сложилась картина. Где-то за полгода до конца света мать и дочь погибли — несчастный случай. Муж и отец, тот самый, чья голова сейчас висела у Чжао Иня в руке, не смог их отпустить. Он упрямо, с безумной одержимостью превратил их тела в мумии и оставил при себе. Верил, наверное, что так они останутся рядом — навсегда, и больше он их не потеряет. Чтобы никто не косился, он отыскал эту пещеру и спрятал их здесь. В ночь каменного дождя его, как назло, не оказалось дома, и он погиб под метеоритами. Через месяц встал мертвецом, пожрал несколько звёздных кристаллов — и в нём заново проснулся разум. А вместе с разумом — обрывки памяти и то, что не отпускало его даже после смерти. Он вернулся сюда и больше не уходил. Кроме жены и дочери, ему не было дела ни до чего. Живы его подданные снаружи или нет — всё равно. Лишь когда Чжао Инь выкосил почти всех мертвецов долины, король почуял угрозу и созвал оставшихся к себе... Даже талант у него пробудился защитный — Каменная кожа, а на краю гибели и Каменный панцирь. Потому что единственное, чего он хотел, — это сберечь. Сберечь то последнее, что осталось у него между жизнью и смертью. Чжао Инь тихо вздохнул. Сердце у него давно было как стоячая вода. И всё же по ней пробежала рябь. — Обезьяна, притащи безголовую тушу короля. Сожжём его вместе с ними. Обезьянёнок выскочил из пещерки и вскоре вернулся, взвалив на плечо тело короля. Никто не заметил, как в глазах отрубленной головы что-то отпустило — облегчение, благодарность. Веки медленно опустились и больше не поднялись. На лапе обезьянёнка вспыхнул огонь, и в следующий миг занялись все три тела. Жаркое пламя осветило лица одного человека и четырёх зверей. Звери не понимали, зачем хозяину это нужно. Чжао Инь ничего не объяснял. Добрые дела он делал редко, а в конце света — и того реже. Разве что когда это не задевало его выгоды и никак не грозило его шкуре. Да и тогда — не всегда. Высохшие тела матери и дочери быстро рассыпались пеплом. А туша короля лишь почернела снаружи. Огонь обезьянёнка погас — сжечь её так и не удалось. — Ну, король, я честно пытался, — сказал Чжао Инь голове. — Кто ж тебя просил отращивать такую, мать её, броню? В пещерку влетел Черныш с Сяодао в седле. — Чжао Инь, У Сюэгуй пришёл! Они уже собирают трупные кристаллы и звёздные! — радостно сообщила она. — Иди присмотри. Звёздные кристаллы выжившим не трогать — все собираешь сама. Сяодао надула губы: — Я только вернулась, а ты меня опять гонишь? — Ладно. Тогда в следующий раз пойдёшь в бой первой, а эту работу отдам обезьяне. Сяодао аж подпрыгнула: — Я... да разве я стану отбирать у обезьянки славу? И, спрыгнув с Черныша, пулей вылетела из пещерки. Чжао Инь забрался в седло: — Поехали отсюда. Когда они выбрались из зала, в конце хода уже полыхали огни. Видеть в темноте У Сюэгуй и его люди не могли, так что каждый держал горящую палку. С факелами дело шло куда медленнее, но иначе было никак. Неподалёку Сяодао, согнувшись в три погибели, пилила клинком-когтем голову мертвеца E-ранга... Чжао Инь выехал из пещеры, выбрал ровное место и развернул шатёр-невидимку. Он оглядел Бычару, Черныша и двух крыс: — Чудесную еду вы, я так понимаю, не трогали? Выкладывайте. Звери послушно выплюнули булочки и бутылки — обёртки были щедро обслюнявлены. Больше всего Чжао Инь опасался, что эти прожоры когда-нибудь втихую всё слопают. Подбирать мокрые свёртки ему было лень, и он велел обезьянёнку: — Держи всё у себя. Перед следующим боем раздашь. — И-и-и! «Хозяин, обезьянка ни крошечки не съест!» — поклялся обезьянёнок. Хозяин ему доверяет. Это же доверие! Это же любовь! Хозяина никак нельзя подвести! Он старательно обтёр каждый свёрток и уложил всё в большой карман на груди кожаного доспеха. — Обезьяна, со мной. Чжао Инь взял голову короля и вошёл в шатёр. Обезьянёнок и без приказа знал, что делать: забрал голову, положил на пол и принялся рубить. Чжао Инь курил, между делом подвесил котелок и поставил вариться мясо крысиного короля. Обезьянёнок рубил. Удар — и мёртвое лицо корёжило. Ещё удар — ещё гримаса. Бум! Бум! Бум... Прошла вся ночь, а голова так и не поддалась. Обезьянёнок несколько раз выдыхался досуха, и Чжао Инь кормил его мясом крысиного короля. От такого количества мяса у обезьянёнка даже подросло несколько статов. Наконец, когда снаружи забрезжил рассвет, обезьянёнок в очередной раз опустил клинок — и раздался хруст. Чжао Инь сорвался с места быстрее молнии и, пока из черепа не хлынули мозги, пинком, как футбольный мяч, вышиб голову из шатра. Обезьянёнок так и замер с клинком в лапе, тяжело дыша: «Хозяин?..» — В шатре не гадить! Чжао Инь бросился следом. Голова пролетела метров семьдесят-восемьдесят. Посередине черепа зияла трещина, и из неё на траву натекла целая лужа чёрных мозгов. Он поднял голову, достал клинок-коготь и выгреб через щель всё, что было внутри, — кристаллы вместе с мозгами. Он перебрал месиво с небывалой тщательностью. Четыре звёздных кристалла и один трупный кристалл C-ранга! Наконец-то. Он достал из кольца пачку салфеток, насухо обтёр каждый кристалл и вернулся в шатёр. Только он собрался давить звёздные кристаллы, как вошла Сяодао. Она перевернула над полом рюкзак из крысиной шкуры. Со стуком посыпались трупные кристаллы, большие и маленькие, вперемешку с кроваво-красными звёздными, — выросла целая горка. — Чжао Инь, всё собрали. Трупных F-ранга — пять тысяч шестьсот восемьдесят два, E-ранга — тридцать четыре. И звёздных тридцать четыре. Вот. В кольце ещё лежало три тысячи пятьсот шестьдесят два F-ранга и одиннадцать E-ранга. Всего выходило девять тысяч двести сорок четыре F-ранга и сорок пять E-ранга. Чжао Инь прикинул в уме и сказал: — Позови Крыса-Шесть. Сяодао сразу поняла, к чему он клонит, и выскочила наружу. Вскоре за ней вошла крыса-гигант, с ног до головы в чёрной крови. Чжао Инь выбрал из горки тридцать четыре звёздных кристалла. Потом высыпал туда все F-ранговые из кольца, отсчитал обратно сорок четыре, а из E-ранговых оставил в куче только восемь. Девять тысяч двести F-ранга и восемь E-ранга — ровно столько, сколько нужно зверю E-ранга, чтобы шагнуть на D-ранг. Остальное он убрал в кольцо. Только тогда он взглянул на крысу: — Крыс-Шесть, знаешь, зачем я тебя позвал? Глазки у Крыса-Шесть бегали: он то и дело косился на горку кристаллов. За эти два дня хозяин поднял до D-ранга и обезьянёнка, и Бычару — обе крысы E-ранга извелись от зависти. «Хозяин хочет, чтобы я эволюционировал?» — нетерпеливо выпалил Крыс-Шесть. Чжао Инь собирался было потянуть интригу, но этот балбес подыгрывать не умел совершенно. Неудивительно, что годится только на пушечное мясо. — Крыс-Шесть, ты очень сообразительный. Из всех псевдомутантов я больше всех ставлю на тебя! — Чжао Инь изобразил самую добродушную улыбку. На самом деле шесть крыс были похожи как две капли воды. Чжао Инь всегда держал их за рабочий инвентарь, а в обычное время даже словом с ними перекинуться ленился. Какое уж там «ставлю». — По-моему, псевдомутанты ничем не хуже настоящих мутантов. Раз небо создало такое племя, значит, для чего-то вы ему понадобились. Так что не смей себя принижать! Чжао Инь напустил на себя величавый вид: — Ты угадал. Сегодня ты станешь моим первым псевдомутантом D-ранга! Крыса-Шесть затрясло от волнения. Так вот оно что — хозяин, оказывается, так высоко его ценит! Крыс-Шесть принялся мысленно себя корить: не слишком ли он ленился, когда служил хозяину? «Хозяин!..» Чжао Инь отмахнулся: — Ничего не говори. Впитывай кристаллы. И надеюсь, дальше ты будешь только стараться и станешь лучшей крысой из всех. «Крыс-Шесть готов умереть за хозяина!» Крыс-Шесть распластался на полу, вытянув передние лапы. Звери под контрактом преданы на все сто, но у каждого есть своя голова на плечах — и полениться они тоже не прочь. Так что иной раз их надо и подбодрить. Отработав положенную порцию красноречия, Чжао Инь больше на Крыса-Шесть не смотрел. Он достал флакон с эликсиром таланта S-ранга. Даже у него в руке эта вещица казалась непривычно тяжёлой. — Ну а ты иди пей свой эликсир, — сказал он наконец Сяодао.