Вообще-то обезьянёнок, когда бил чёрного короля, нарочно придержал руку: хозяин ведь велел не убивать. Только сам не знал наверняка, не перестарался ли.
Он тут же обежал чёрных гигантов — и обнаружил, что шестеро из них ещё еле-еле дышат!
Обезьянёнок так и засиял:
«И-и-и! Хозяин проснётся, увидит, какой обезьянка молодец, — и наградит!»
— Ура! — обрадовалась и Сяодао. — Чжао Инь проснётся и нас наградит!
Обезьянёнок оторопел. А она-то тут при чём? Крыс он сам поймал. Эта девчонка только нюни распускать умеет — ей-то за что награда?
— Тащим их к шатру! — звонко скомандовала Сяодао. — Чжао Инь проснётся — со всеми заключит контракт!
Обезьянёнок взвалил чёрного короля на плечо и зашагал к шатру. Сяодао обвязала шестерым крысам хвосты лианами, и Бычара поволок их следом.
Скоро король и шесть чёрных гигантов лежали у входа в шатёр.
Сяодао достала ведро, набрала дождевой воды и отмыла всех семерых дочиста. Потом они со зверями сели сторожить.
Стоило какой-то крысе начать угасать — ей тут же совали несколько каштановых листьев. А если какая-то оживала слишком резво — обезьянёнок подскакивал и добавлял палицей.
---
Чжао Иню снился сон. Длинный-длинный.
Ему снилось, что родители вернулись. Каждый день мама кормит его горячим обедом, а перед сном отец говорит «спокойной ночи».
Оказывается, он тоже мог быть как все. Мог жить с родительской заботой. Зимой кто-то ворчал бы, чтобы он одевался теплее. А когда ему становилось одиноко, кто-то откладывал бы работу и просто был рядом.
Во сне он не остался один. Ему не пришлось рвать одну за другой все связи с роднёй, когда та нацелилась на его наследство. Даже с дедом и бабкой.
Ему не пришлось с пятнадцати лет расти без всякого присмотра.
Не пришлось от одиночества и нелюбви пускаться во все тяжкие и становиться тем самым гулякой и прожигателем жизни, о котором шепчутся за спиной.
Не пришлось ночами торчать в клубах, а по утрам просыпаться рядом с очередной незнакомкой, чьего имени он так никогда и не узнает.
Ему снилось, что ему двадцать два и никакого конца света не случилось.
Он женился на Су Хуань, и она родила ему сына и дочку.
Потом снилось, что он уже в годах, дела идут в гору, он известный в Гуанчжоу предприниматель. И, как всякий уважающий себя успешный человек, держит при кабинете секретарш — Цзян Синьэр и Нин Юэ.
Когда-то в зоопарке он купил обезьянку, а на бойне — буйвола. Эти двое стали любимцами господина Чжао...
— Хе-хе... хе-хе...
Через три часа Чжао Инь наконец проснулся — всё с той же глупой улыбкой.
Над ним был знакомый лазурный купол. Чжао Инь растерянно моргнул.
Затылок ныл.
Значит, это был только сон.
Он горько усмехнулся. Но смирился с явью в тот же миг — и рывком сел.
Смутно вспомнилось, что было, когда рисовое вино ударило в голову. Он посмотрел на грудь: там ещё розовел не до конца затянувшийся шрам.
Он жив. А спасти его могли только обезьяна и Сяодао!
Чжао Инь вышел из шатра. Под ливнем стоял Бычара, а у него под брюхом, как под навесом, сидели на корточках Сяодао и обезьянёнок, прячась от ветра и дождя.
Рядом рядком лежали чёрные крысы.
Обезьянёнок, как всегда, почуял хозяина первым и одним прыжком оказался перед ним:
«Хозяин! Хозяин, ты проснулся!»
— Чжао Инь!..
Сяодао выскочила из-под Бычары и с разбегу уткнулась ему в грудь.
— Дурак ты, Чжао Инь! Зачем ты так с собой? Ты хоть знаешь, как я перепугалась?!
Она колотила его кулачками в грудь. То ли просто капризничала, то ли только теперь по-настоящему испугалась.
Чжао Инь обнял её:
— Чего под дождём сидите? Почему не в шатре?
Сяодао давно не слышала, чтобы Чжао Инь говорил так нормально. Она подняла голову и ошарашенно на него уставилась.
«Хозяин, эти крысы живые! Это обезьянка их поймала!» — Обезьянёнок ткнул пальцем в семерых крыс.
Сяодао отпустила Чжао Иня, убрала со лба мокрые волосы, вытерла слёзы:
— Я боялась, вдруг что-нибудь случится. Вот и не стала заносить крыс в шатёр. Мы с обезьянкой и Бычарой их сторожили.
Только теперь Чжао Инь толком огляделся. Кругом валялись крысиные туши — и среди них шесть мёртвых чёрных гигантов и белый король.
А у обезьянёнка осталась всего одна передняя лапа.
Чжао Инь погладил его по голове:
— Вскрою ещё целебный эликсир — вылечу и тебя.
Обезьянёнок запрыгал вокруг хозяина и тут же принялся подлизываться:
«Хозяин обязательно вскроет эликсир! Хозяин самый лучший!»
Потом взгляд Чжао Иня упал на Бычару. Оба глаза и рог — как новенькие. Ясно: его эликсира D-ранга больше нет.
Но он ничего не сказал. Живой буйвол стоил больше любого эликсира.
Он подошёл к чёрному королю, медленно присел на корточки, положил ладонь ему на голову и запустил контракт...
Прошло немало времени, прежде чем где-то в глубине сознания Чжао Инь ощутил слабое биение чужой жизни.
Контракт заключён!
Боец из чёрного короля был куда хуже, чем из покойного белого. Зато у него был Подземный ход, а это значило, что Чжао Инь проживёт дольше.
Пожалуй, для Чжао Иня этот король стоил даже больше белого. Не бросься он тогда спасать подругу — его не поймала бы и сотня обезьян!
Теперь нужно было подлечить короля. Чжао Инь потянулся к кольцу — и нащупал пустой палец.
— Чжао Инь, вот твоё кольцо! — Сяодао сняла кольцо со своего пальца и протянула ему. — Ты тогда отключился, а обезьянка и Бычара были так тяжело ранены, что мне пришлось...
Чжао Инь махнул рукой:
— Ты всё сделала правильно. Вскрою ещё одно пространственное кольцо — отдам тебе. В награду.
Сяодао радостно повисла у него на руке:
— Правда? Тогда вскрывай поскорее!
— Тут уж как повезёт, — Чжао Инь пожал плечами. — Может, тебе стоит утром и вечером молиться Будде.
Сяодао тут же выпустила его руку, опустилась на колени прямо в грязь, сложила ладони и зажмурилась. Что уж она там себе вымаливала — неизвестно.
Чжао Инь усмехнулся:
— Обезьяна, тащи сюда тушу белого короля!
Мясо высокоранговых зверей-мутантов действует на низкоранговых так же, как эликсир эволюции на людей: будит скрытые гены и поднимает силу выше потолка их ранга. Беда одна: есть его надо много и долго. До эликсира, который раскрывает потенциал человека разом, ему далеко.
Чжао Инь помнил, как чёрный король рвался к своей подруге. Теперь он его контрактный зверь — так что незачем свежевать белого короля прямо у него на глазах.
Обезьянёнок пискнул и помчался выполнять.
Скоро он приволок за хвост белого короля — почти две тонны весу.
Чжао Инь вытащил мачете и тут же, на месте, взялся за разделку. Первым делом он аккуратно, по суставам, отнял все четыре когтистые лапы.
Этими когтями король драл тяжёлый доспех D-ранга и чуть не загубил его мачете. Никак не хуже оружия C-ранга!
Чжао Инь бережно убрал их в кольцо и принялся снимать шкуру.
Вся Защита короля — восемьдесят два! — была в этой шкуре. У тяжёлого доспеха обезьянёнка Прочность была всего шестьдесят. Небо и земля!
Чжао Инь работал медленно и осторожно и снял шкуру целиком.
Белоснежная шкура вышла почти восемь метров в длину и почти пять в самом широком месте. Даже узкая полоса с хвоста была шириной сантиметров тридцать с лишним.
Самая ценная часть, со спины и боков, — четыре метра на три. Как огромная простыня!
Этого с лихвой хватит, чтобы сшить им с Сяодао по два-три кожаных доспеха, и ещё останется.
Убрав шкуру, Чжао Инь срезал мясо кусок за куском, разобрал кости и тоже сложил всё в кольцо.
Даже требуху он вычистил и отнёс в шатёр — утром сварить из неё похлёбку.
Когда белый король был разобран без остатка, место в кольце, только что освободившееся от плюсок, снова оказалось забито под завязку.
Только после этого Чжао Инь достал каштановые листья, велел Сяодао накормить чёрного короля, а сам подошёл к шести гигантам и заключил контракт с каждым.
Вскоре в сознании затеплились ещё шесть слабых огоньков чужой жизни.
Чжао Инь нарубил мачете ворох каштановых листьев, набрал дождевой воды и стал вливать эту кашу крысам в пасти.
Через полчаса начало светать.
Чёрный король и шесть чёрных гигантов-псевдомутантов очнулись.
«Хозяин...»
«Хозяин, хозяин, хозяин!..»
Голоса один за другим зазвучали у Чжао Иня в голове.
И он наконец не сдержал улыбки.
Мечта об армии зверей стала ближе на целый шаг. Все потери того стоили!
— Сяодао, обезьяна, Бычара! Берите крыс, прибирайте поле боя. Всё моё крысиное мясо — сюда, до последнего куска!
Обновлено: 09.10.2026