Глава 56 — Выжили

Чёрный король был уже близко. Разглядев, как изувечен белый, он жалобно, почти по-человечески взвыл. Чёрной молнией он в мгновение ока оказался у них за спиной. Но белый король к этому времени окончательно обезумел. Почуяв, что человек всерьёз грозит ему смертью, он включил Ускорение и рванул прочь, надеясь стряхнуть его с себя. Не вышло. Чжао Инь обхватил его за шею и оседлал, как коня. Чвак! Рог вошёл снова. Вторая дыра в шее. Кровь забила ключом. От боли король помчался ещё быстрее. — Ха-ха!.. Сдохни! — безумно хохотал Чжао Инь. Бедный чёрный король бессильно ревел, но ему оставалось только глотать брызги грязи из-под лап белого. Белый сам нёсся навстречу смерти, и помочь ему было нельзя. Тут подоспел и обезьянёнок — и снова увидел хозяина во всей красе. — И-и-и! «Хозяин крут!» — Волоча палицу единственной лапой, он восторженно заверещал: «Хозяин офигенно крут! Самый крутой хозяин на свете!» Он выжал из себя последние силы, раскрутил оба навыка до предела и бросился за чёрным королём. Ловкость у чёрного короля была восемьдесят семь. У обезьянёнка — сорок два. Но Гигантизм удваивал её, а Бешенство удваивало ещё раз. Так он обгонял даже этого зверя D-ранга! А по силе чёрный король ему и вовсе уступал. Вот что такое зверь-мутант с двумя боевыми навыками. Не попадись им белый, чей навык будто нарочно создан против обезьянёнка, отряд Чжао Иня никогда не оказался бы в таком жалком положении. Увидев погоню, чёрный король перепугался. Нырни он сейчас под землю — никто бы его не удержал. Но он не мог бросить подругу. И под землю не ушёл. Не обращая внимания на обезьянёнка за спиной, он из последних сил гнался за белым. А Чжао Инь тем временем устроился на белом короле покрепче, выдернул рог из крысиной шеи и принялся бить не глядя. Чвак! Чвак! Чвак! Раз за разом. В голове не осталось ничего, кроме убийства. Наконец под рогом хрустнула кость — и последний удар ушёл прямо в мозг. Белый король ещё летел вперёд, но тело его уже одеревенело. Он кувыркнулся и рухнул, подмяв под себя целую полосу кустарника. Бум! Чжао Иня отшвырнуло в кусты. — Ха-ха... ха-ха-ха! Из распоротой груди всё ещё хлестала кровь, а он лежал на земле и хохотал. В голове стоял туман. Какой нынче год, где он — Чжао Инь не знал. Над чем смеётся — тоже не знал. Просто ему было очень, очень весело! Пока он хохотал, чёрный король встал как вкопанный. Он смотрел на белое тело и чувствовал: в его подруге больше нет жизни. Он стоял неподвижно всего мгновение... Бум! Палица обрушилась ему на голову, и мир для него погас. Уложив чёрного короля, обезьянёнок рванулся было к хозяину — и остановился. Бой ещё не кончился! Одиннадцать чёрных гигантов почуяли, что белый король мёртв, бросили шатёр и во весь опор мчались сюда. — Р-р-ра! Весь в крови, обезьянёнок запрокинул голову и заревел в небо, выплёскивая скопившуюся ярость. И, волоча палицу единственной лапой, ураганом понёсся навстречу. В этот миг однорукий обезьянёнок был похож на бога войны. Чёрные крысы бежали вразнобой. Смерть короля свела их с ума, и они даже не попытались ударить все разом, как привыкли. Обезьянёнок разметал их с первого же натиска. Бум! Бум! Бум! По крысе на удар. Скоро на ногах не осталось ни одной. И тогда обезьянёнок тоже плюхнулся на задницу. Он тяжело хватал ртом воздух и с трудом повернул голову. Хозяин всё ещё глупо хихикал. — Хе... — Обезьянёнок растянул губы и тоже попробовал хихикнуть. Под проливным дождём он долго сидел и отдувался. С его шерсти текло — то ли кровь, то ли вода. Потом, опираясь на палицу, кое-как поднялся — и начал стремительно съёживаться. Стоило ему чуть расслабиться, как навыки перестали держаться. И вот он снова стал тощим, щуплым обезьянёнком. Только весь залитым кровью, а из обрубка левой лапы торчала белая кость. Шатаясь, он побрёл к хозяину. — У-у-у... Сзади раздался плач Сяодао: — Чжао Инь... Чжао Инь, тут столько больших крыс... Чжао Инь, где ты? Мне страшно... Она осеклась на полуслове: увидела однорукого обезьянёнка и крысиные туши, разбросанные повсюду. Даже холодный воздух был пропитан запахом крови. Сяодао догнала обезьянёнка, хотела что-то сказать — и тут увидела Бычару, который лежал на земле и еле дышал. — Бычара, что с тобой?.. А Чжао... Чжао Инь где? — Лицо у неё стало белым как мел. Она схватила обезьянёнка за единственную лапу. Обезьянёнок показал на заросли вдалеке. Только теперь Сяодао различила сквозь шум дождя смех Чжао Иня: — Ха-ха... ха-ха-ха!.. Он всё ещё смеялся. Ливень хлестал его по лицу и смывал кровь. Распоротую грудь заливало дождём. Но живучесть эволюционера не давала ему умереть. Только смех становился всё слабее. Сяодао бросилась к нему. Увидев смертельную рану у него в груди, она скривила губы и разревелась в голос: — Чжао Инь, не умирай! Что с тобой? Почему ты не лечишься? — Хе-хе... — Чжао Инь, похоже, разучился делать что-то кроме как хихикать. — И-и-и! Шатаясь, подошёл обезьянёнок и ткнул пальцем в кольцо на руке хозяина. Говорить с Сяодао мысленно он не мог и объяснялся жестами. Всё, чем можно лечиться, лежало в кольце. Обычно Чжао Инь не позволял Сяодао даже прикоснуться к кольцу. Но сейчас Сяодао было не до запретов. Она уже поняла: с головой у Чжао Иня что-то не так. И спасти его может только то, что лежит в кольце. Она сняла кольцо с его пальца — и растерялась. Как им пользоваться, она понятия не имела. — Обезьянка, ты знаешь, как оно работает? Обезьянёнок помотал головой. Пространственным снаряжением из звёздных кристаллов могут пользоваться только люди. Делать нечего. Сяодао, подражая Чжао Иню, надела кольцо себе на палец — и тут же ощутила всё, что лежало внутри. Горы каштанов, каштановые листья, сорок восемь початков кукурузы. Куча трупных кристаллов. Три бутылки «Нунфу» — раз в два-три дня одна уходила на то, чтобы не засох корень каштана. Одна банка говяжьей тушёнки, две пачки лапши, две банки тунца. А ещё оружие, патроны, луки со стрелами и всякие обычные припасы, которыми Чжао Инь очень дорожил... Наконец Сяодао нашла целебный эликсир D-ранга! Она вытащила флакон и уже хотела влить его Чжао Иню в рот. — И-и-и! Обезьянёнок вцепился ей в руку и замахал единственной лапой. Сяодао поняла: он велит кормить Чжао Иня каштановыми листьями. Потом он показал на Бычару, закатил глаза и вывалил язык. И это Сяодао тоже поняла: Бычара вот-вот умрёт, и спасти его может только этот единственный эликсир D-ранга. — Чжао Инь так тяжело ранен, — насупилась Сяодао. — Это вообще-то его эликсир. А если листья ему не помогут? Для неё ничто на свете не стоило жизни Чжао Иня. Даже самый маленький лишний риск для него был недопустим! Обезьянёнок снова изобразил дохлого Бычару, а потом — горюющего хозяина. Сяодао подумала. Медлить было нельзя. В конце концов она согласилась: Чжао Иня кормим листьями, но эликсир Бычаре — только когда Чжао Иню станет лучше. Она вытащила ворох каштановых листьев. Они с обезьянёнком набили полные рты. Обезьянёнок разжевал первым, раздвинул Чжао Иню челюсти и уже собрался выплюнуть кашицу ему в рот. Сяодао дёрнула его назад и закатила глаза: — Ты свои раны лечи! Чжао Иня я сама накормлю! Обезьянёнок так и не понял, почему у людей с этим столько церемоний. Подумал немного — и всё равно: тьфу! — выплюнул хозяину в рот.