Глава 55 — Убить крысиного короля

Лишившись последнего глаза, Бычара только глухо охнул. Боль давно превратилась в тупое онемение. Он тяжело, со свистом дышал. «Хозяин... Бычара, похоже... не сможет больше за вами ходить». Он ослеп окончательно. Теперь треугольнику было не удержаться. Чжао Инь уже решил, что дошёл до самого края, — и тут в уши ему ударил крик. Кричала Сяодао, метрах в четырёхстах с лишним отсюда: — А-а-а! Помогите! Какая огромная крыса! Чжао Инь! Чжао Инь, где ты?! Он обернулся. Сквозь пелену дождя смутно виднелся шатёр-невидимка. А перед ним — чёрная крыса, ростом не меньше белого короля. Она бешено кидалась на шатёр. Серые крысы, которых Чжао Инь успел оглушить по дороге, лежали вокруг с размозжёнными головами. Одиннадцать чёрных гигантов, заметно мельче этой твари, стерегли её и тоже рвали шатёр. [Крысиный король. Зверь-мутант D-ранга. Сила: 75. Ловкость: 87. Выносливость: 58. Защита: 84. Дух: 10. Врождённый навык: Подземный ход.] Ещё один король. Сердце у Чжао Иня ухнуло куда-то вниз. Он и с одним-то не справлялся — а тут второй, тоже D-ранга! Утешало только одно: навык у чёрного короля был не боевой. Сойдись он с обезьянёнком один на один — с двумя боевыми навыками тот раздавил бы его, пусть и через ранг. Только пока рядом белый, об этом оставалось лишь мечтать. Беда к беде. Путь назад отрезан. Выхода не было. Никакого. Чжао Инь допускал, что умрёт в этом апокалипсисе. Но не думал, что так скоро. Этих двух королей кормили бесчисленные подданные — оттого они и доросли до D-ранга за какие-то полмесяца. С такой кормёжкой не сравнится ничто из того, что он мог дать своим зверям. И надо же было налететь на них именно сейчас! — Ёб твою мать! Отчаяние подняло в нём звериную злость. Он заорал обезьянёнку: — Хрен с ним, со строем! Иди и убей чёрного короля! Раз эта белая сука хочет нас угробить — я перед смертью хоть её муженька прикончу! И, подхватив мачете, Чжао Инь сам бросился на белого короля. В глазах обезьянёнка появилась решимость. Он глянул на умирающего Бычару и сбросил с себя изодранный доспех. Оба навыка на полную. Обезьянёнок сорвался с места и понёсся к чёрному королю. Белый король опешил: человек бежал на него сам. Этот человечишка ищет смерти? А потом он увидел, что делает обезьяна, — и всё понял. В крысиных глазах мелькнул испуг. Он только что на себе испытал силу этой обезьяны E-ранга. Два боевых навыка — чёрному её не одолеть! — Пи-и-и! Белый король криком предупредил чёрного и тут же принял решение: бросил Чжао Иня и молнией погнался за обезьянёнком. — Куда, блядь?! — Чжао Инь изо всех сил метнул мачете ему вслед. Мачете со свистом пронеслось по воздуху, но короля не догнало. Пролетело почти сотню метров и засело в валуне. Король даже не обернулся. В мгновение ока он оказался у обезьянёнка за спиной и полоснул когтями по хребту. Обезьянёнок понимал, что увернуться не успеет, и даже не пытался. Когти содрали у него со спины длинный лоскут шкуры. Но сила удара швырнула его вперёд, и он за один миг проскочил метров триста. Чёрный король был уже близко. Чжао Инь помедлил всего мгновение. Потом развернулся и снова бросил обезьянёнка. Он побежал со всех ног. Уйти отсюда — и он выживет. Один. Как погибнет обезьянёнок, доберутся ли крысы до Сяодао в шатре — об этом Чжао Инь думать не хотел. В апокалипсисе у каждого одна цель. Выжить. Выжить — вот и весь закон. Пока он бежал, в голове пронеслась тысяча мыслей. Была и вина, было и сожаление. Но он быстро отбросил их прочь. Главное — выжить самому. Но... разве такая жизнь чего-то стоит? Шаги Чжао Иня замедлились. И всё же ответ он нашёл быстро. Конечно, стоит. Были бы кости, а мясо нарастёт. У него ещё будут звери. И женщины будут. Много! Он — Владыка Контрактов. Однажды он вернётся и отомстит этим королям за обезьянёнка и остальных! Он не замечал, что прошло уже восемь минут и рисовое вино начало брать своё. В голове плыло всё сильнее, и только что принятое решение зашаталось. Чжао Инь вдруг вспомнил, что в прошлой жизни обезьянёнок погиб за Линь Тяньфэна. А в этой погибнет за него. Не слишком ли паршивая судьба для одной обезьяны? Вспомнил Сяодао. В прошлой жизни он её не уберёг. И в этой вот так просто дал ей умереть? И Бычара. Ничего хорошего он от хозяина так и не получил. А теперь, умирая, ещё и казнится, что не сумел его защитить. Глаза у Чжао Иня медленно покраснели. Где-то внутри шевельнулось то, что давно, казалось, умерло. Кажется, это называется совестью. Жажда убийства закипела в нём. Вино жгло грудь. В этот миг Чжао Инь не боялся уже ничего. — Сдохну — да и хуй с ним! — прохрипел он. — А не сдохну — буду жить вечно! Он развернулся и бросился обратно. Серые крысы у кустарника уже стряхнули с себя шипы и ждали приказа королей. Увидев бегущего человека, вся стая заверещала. А оба короля, сцепившись с обезьянёнком, про серых напрочь забыли. В руках у Чжао Иня появилась снайперская винтовка. С налитыми кровью глазами он стрелял, перезаряжал и снова стрелял. Бах! Бах! Бах! Каждый выстрел — одна мёртвая крыса. Дисциплина у серых оказалась невероятная. Товарищи падали рядом, но без приказа короля ни одна не сдвинулась с места. Так и стояли — тупо, покорно. Скоро последние патроны кончились. От стаи осталось крыс тридцать-сорок. Они растерянно пищали, топчась на месте. — Пищите, суки? Сдохните все! Обезьянёнок к этому времени был изодран в клочья: шкура висела лохмотьями, левая лапа сломана. Но он упрямо махал палицей, и чёрный король не смел подступиться. Только белый, со своей скоростью, раз за разом вырывал из него куски мяса. Белый давно мог бы его прикончить. Но не хотел. Ему нравилось убивать медленно. Такая уж она, крысиная натура, — жестокая и подлая. Наконец белый король заметил Чжао Иня. С обломком бычьего рога в руке тот добивал последних серых крыс. — Пи-и-и! Короля затрясло от бешенства. Серые крысы кормили обоих королей. А их почти не осталось! Он бросил обезьянёнка и ринулся на Чжао Иня. Этот человек выводил его из себя снова и снова — и теперь король потерял голову от ярости. А Чжао Инь ничего не замечал. Рисовое вино доживало последнюю минуту, в голове был полный кавардак. Всё тело захватила жажда убийства. Чвак! Рог вонзился в голову последней серой крысы. Чжао Инь выдернул его — вместе с мозгами. Он, как машина, повернулся искать следующую. Но искать было некого. Белый король был уже совсем рядом и заносил когти. И тут Чжао Инь развернулся к нему и уставился налитыми кровью глазами. Король опешил. Человек не боялся. Он смотрел на него так, как охотник смотрит на добычу. Почему-то королю стало не по себе. И лапа ударила на долю мгновения медленнее. Когти вырвали у Чжао Иня с плеча огромный лоскут кожи с мясом. Но Чжао Инь тут же поймал эту лапу и прижал к себе. Король дёрнулся, чтобы освободиться, — и понял, что человек держит его с чудовищной силой. Правая рука Чжао Иня ударила бычьим рогом — и пробила лапу насквозь. — Пи-пи-и-и! Впервые с начала конца света король получил такую рану. Он завизжал, как самая обыкновенная крыса. И в бешенстве пробил Чжао Иню грудь когтями. Грудина разошлась. Показалось сердце — оно бухало, толчок за толчком. Но Чжао Инь ничего не чувствовал. Рог по-прежнему торчал в лапе короля и держал его намертво. Свободной рукой Чжао Инь вцепился ему в загривок и пригнул белую голову к земле, прижимая коленом. Выдернул рог — и ударил снова. Чвак! Бычий рог пробил крысиному королю шею насквозь.