Мало ли на свете людей с одинаковыми именами. Может, просто совпадение.
И всё же Чжао Инь решил взглянуть.
В этой, второй жизни он был один как перст. Людей, до которых ему было хоть какое-то дело, — по пальцам пересчитать. И если кто-то в этом коротком списке и значился, то Сун Сяодао — точно.
---
В полуобвалившейся кухне Ван Цюань допил протухшую воду, уселся на трёхногий стул и, прищурившись, уставился на девочку напротив.
Взгляд у него стал тяжёлым и липким, дыхание — шумным.
— Сяодао, иди-ка к братцу Вану, — хрипло позвал он. — Поближе.
Сяодао было всего двенадцать, но дети нынче растут с интернетом в руках. Что у него на уме, она поняла сразу.
— Если что-то надо — говори оттуда!
Лицо Ван Цюаня потемнело.
— Считаю до трёх. Не подойдёшь — пеняй на себя. Раз!
Тишина.
— Два!
— Три!
Сяодао вздрогнула и вжалась в угол.
— Ты же обещал брату, что позаботишься обо мне! Как ты можешь врать?
— Обещал? — Ван Цюань хмыкнул. — Это конец света, дурёха. Кому теперь нужны обещания? Не наври я ему — стал бы он сам лезть подыхать?
Он поднялся и шагнул к ней — и тут же споткнулся о бетонный обломок и рухнул лицом вниз.
Девочка, всё это время сидевшая тише мыши, вдруг вскочила, схватила камень и со всей силы опустила его Ван Цюаню на голову.
Бум!
Затылок прошило болью. Ван Цюань мотнул головой, стряхивая муть, и медленно поднял на неё налитые кровью глаза.
— Ты... меня ударила?
— Братец Ван... я... я нечаянно!
Она хотела его оглушить. Но сил в детских руках не хватило, и теперь она стояла с камнем в кулаке и тряслась всем телом.
Шлёп!
Ван Цюань наотмашь врезал ей по лицу. Щека тут же вспухла, в глазах поплыло.
— Сдохни, сучка!
Он словно взбесился. Бил и бил — пощёчина за пощёчиной.
— Да без меня вы с братом давно бы сдохли! А ты, блядь, ещё рыпаться вздумала?!
Из уголка рта у Сяодао текла кровь. Но она больше не просила. Просто смотрела на него — пусто, не мигая.
— Хрена ли уставилась? Глаза выколю, поняла?!
От этого взгляда у Ван Цюаня мороз продрал по коже, и тут же стало стыдно — до бешенства. Какая-то соплячка смотрит на него — а ему страшно. Будто в темноте на него уставился злой дух.
— Я тебе, блядь, гляделки-то повыковыриваю...
Он ткнул пальцами ей в глаза.
И в этот миг на его запястье сомкнулась ладонь размером с лопату. Сяодао показалось, что свет над головой разом заслонило что-то огромное.
По тёмной разгромленной кухне растеклась жуткая, давящая сила. Воздух будто застыл.
Ван Цюань медленно, деревянно повернул голову — и затрясся. Рядом с ним высился чудовищный зверь.
Золотые глаза — холодные, равнодушные — смотрели на него сверху вниз.
Р-Р-А-А!
Обезьянёнок взревел прямо ему в лицо. От рёва у Ван Цюаня взметнулись волосы на висках и перекосило щёки. У Сяодао зазвенело в ушах.
— Не... не убивай... — Ван Цюань обмочился и задёргал рукой, пытаясь вырваться.
Хрусь!
Обезьянёнок чуть сжал пальцы. Кости предплечья смялись, как сухие ветки.
— А-а-а-а!
Ван Цюань завизжал так, будто с него сдирали кожу. Обезьянёнок небрежно отшвырнул его. Тело пролетело метров пять-шесть, врезалось в стену и сползло по ней, оставляя кровавый след.
— Полегче. Рано ему ещё помирать, — раздался спокойный голос.
Громадина отступила в сторону, и из-за неё вышел Чжао Инь. Он остановился перед девочкой и внимательно её разглядел.
— Тебя зовут Сун Сяодао?
Лицо у неё так распухло, что не узнать.
Сяодао подняла глаза — и в них плеснул ужас. Этого человека она узнала сразу.
Она видела его дважды. Первый раз — когда он проходил мимо торгового центра. Второй — когда он вдалеке заживо резал на куски другого мужчину.
Сильный, непонятный, беспощадный — вот кто сейчас стоял перед ней.
— Язык проглотила? — нетерпеливо бросил Чжао Инь.
— Д-дяденька... я... меня зовут Сун Сяодао.
— Дяденька?
Чжао Инь опешил и потёр подбородок, заросший месячной щетиной.
Неужто он так постарел?
Хотя для двенадцатилетней девчонки двадцатидвухлетний небритый мужик — и правда дяденька.
— Вставай. Дай-ка на тебя посмотреть.
— Дяденька, что вы хотите... не надо, пожалуйста... — Сяодао в ужасе поползла назад.
Чжао Инь раздражённо ухватил её за хвостик и одним рывком поставил на ноги.
— Пусти! — Не помня себя, Сяодао впилась зубами ему в запястье.
Руку обожгло. Чжао Инь нахмурился ещё сильнее — но не отпустил.
Объяснять что-то ему было лень. Он развернул её боком и чуть отогнул край драной футболки. На худом боку, над поясом, розовело родимое пятно в форме бабочки.
— Твою ж мать, и правда ты!
Он отпустил её и выругался в голос.
Это была та самая Сун Сяодао.
В прошлой жизни он не расспрашивал её о детстве — к тому времени, как они встретились, она давно выросла. А сейчас он вдруг понял, что всё это время упускал очевидное: он вернулся на семь лет назад. Нынешней Сун Сяодао — двенадцать.
И эта чумазая пигалица перед ним внезапно здорово его разозлила.
«И что теперь? Удочерять её, что ли?»
Сяодао растерянно смотрела на него, ничего не понимая.
— Дяденька... а вы... вы меня знаете?
Фр-р-р!
Обезьянёнок шумно фыркнул и сунул свою огромную башку прямо ей под нос.
— А-а! Помогите!.. — Сяодао рванула прочь.
Чжао Инь снова поймал её за хвостик, дёрнул назад, а обезьянёнку отвесил подзатыльник:
— Не пугай её!
Обезьянёнок живо убрал голову и встал у хозяина за спиной — само послушание.
Сяодао дрожала, переводя взгляд с человека на чудовище и обратно.
— Дя-дяденька... что вам от меня нужно?
— Спасти тебя, — хмуро отрезал Чжао Инь.
Она застыла, не в силах это переварить.
Чжао Инь оглядел её одежду: сплошные лохмотья, заскорузлые от грязи, будто их обмазали глиной. Он достал из кольца белую футболку и бросил ей:
— Надень.
Сяодао вообще перестала что-либо понимать. Чего хочет от неё этот страшный человек? Она торопливо, не поднимая глаз, схватила футболку, отвернулась и натянула её поверх лохмотьев.
Ростом она не дотягивала и до ста шестидесяти, и мужская футболка повисла на ней мешком, до колен.
Чжао Инь перевёл взгляд на Ван Цюаня, который всё ещё выл на полу.
— Убивать приходилось?
Сяодао не сразу поняла, что спрашивают её.
— Н-нет... не приходилось.
Перед глазами встало, как этот человек расправлялся с Линь Тяньфэном, и её снова пробрала дрожь.
— Он вот так с тобой обошёлся. Ты не думала, что с ним сделать?
Сяодао прикусила губу.
— Дяденька... может, вы его убьёте? За меня?
Дзынь!
Чжао Инь рывком выдернул танский меч из ножен и метнул. Клинок вонзился в пол прямо у её ног, рукоять мелко задрожала.
— У тебя рук нет? — холодно спросил он. — Или меча?
Обновлено: 09.10.2026