Глава 39 — Глава 39

Глава 39 Если в Академии и есть какой-то толк — помимо того, что она высасывает деньги и время как любой другой универ — так это возможность завязывать связи. В прошлой жизни я об этом только слышал — учился в захудалом колледже посреди нигде, чтобы не утонуть в долгах. Зато теперь я, блять, богат. А значит, могу якшаться с другими богатеями и заниматься всякой богатейской хуйней. Ржать над нищебродами. Ныть про высокие налоги и обсуждать, кого подмазать, чтоб их снизить. Ну и, конечно, менять геополитику так, чтобы десятки тысяч жили или подыхали. Короче, всё как полагается богатым мудакам. В общем, я спешил на встречу с будущей правительницей Нежити, когда до меня дошло очевидное. На меня пялились. Толпа зевак тащилась за мной и моей свитой по коридорам, а мои стражи и Чемпионы только добавляли зрелищности. И раз уж слухи здесь разлетаются быстрее света, то вместо приватной беседы у покоев нашей цели явно намечались публичные дебаты. Сука. Убеждать кого-то и так геморрой, а при толпе зрителей — вдвойне. — Приветствую, Леди Адил! Я прибыл обсудить ужасающий слух! — начал я с максимальным пафосом. Все, у кого были уши и мозги, знали правду. Объявление войны с условиями разошлось несколько недель назад. По словам Ханроу, Ригерт едва удержал орков от немедленного марша. Теперь наши войска двигались к землям Нежити, пока я из кожи вон лез, чтобы сделать их ненужными. — Я слышал нечто немыслимое о том, что благородные Стражи якобы объявили войну ни в чём не повинным Завоевателям! Приходилось разыгрывать драму на публику, но, блять, как-то слишком легко получалось. Не толпа — та само собой ловила каждое слово — а именно драматизм. Годы притворства способным правителем явно вскружили мне голову. Надо быть осторожнее, а то ещё прикончат посреди пламенной речи. Селия вышла вперед в полном доспехе, фланкированная стражей. Признаю, два десятка вампиров в серебряных доспехах и алых плащах, плечом к плечу — охуенное зрелище. Хоть обои делай. Но их безупречный строй играл мне на руку. Чем официальнее и собраннее они выглядели, тем более отчаянной казалась наша разношерстная компания, хотя по огневой мощи мы не уступали. — Это не слухи, Король Мудрости, — отрезала Селира. Или не Селира? Точно не Сельдерей. Может, Серия? Чем дольше она говорила, тем отчетливей я понимал, что забыл её имя. Хотя точно помнил — наследница Дома Адил! Да ладно, я не создан для управления. Я задрот, который любит сидеть в тёмном углу, чтобы никто не доёбывался. — Не вам одним владеть такой силой на континенте. После этой войны либо Завоеватели, либо Стражи сравняются с вами в могуществе. — Но зачем кому-то равняться со мной? Разве не направил я мощь Цитадели лишь на мир и процветание моих земель? Разве не стремился я к счастью своего народа, делая всё возможное, чтобы не причинить несчастья другим? — я изобразил крайнюю обеспокоенность. После постоянного страха за жизнь крокодильи слёзы были плёвым делом. Стыдно ли притворяться плачущим? Да похуй, пара слезинок — малая цена за предотвращение войны. — Прошу, поделитесь своими истинными целями! Уверен, вместе мы можем достичь всего без насилия. Те времена позади. Мы способны процветать сообща, позволив старым обидам забыться. Пиздёж, конечно. Вся эта игра была настроена так, что мир — не вариант, и даже самые верные союзники в итоге всадят нож в спину. Все участники конфликта настолько травмированы прошлым, что компромисс для них немыслим. Каждая фракция намерена воплотить своё видение будущего, и никто не собирается прощать старые обиды без воздаяния, если не полного уничтожения врагов. Но я мог делать вид, что мир возможен, особенно после недавних открытий. Прежде чем Селе-хуй-пойми-как-её-там успела заговорить, я обратился к толпе, формально продолжая речь к ней. — Истина открылась нам. Древние пали от сил, превосходящих их, и мои разведчики, достигшие самых дальних уголков континента, собрали доказательства их существования. — Я оглянулся через плечо: Айя уже была наготове. Одетая служанкой, она медленно следовала за моей свитой с накрытой тележкой и охраной. По моему знаку она явила четыре доказательства. — Враги Древних всё ещё здесь. Свежая чешуя Ужасов Бездны на побережье. Яды Властелинов Небес не выветрились. Живой Металл продолжает расти, а Изгнанники ждут часа мести. Падение Древних веками оставалось загадкой, но теперь правда ясна: они пали, сдерживая четырёх врагов, что существуют по сей день... и именно эти враги заперли нас всех на этом континенте с незапамятных времён. Толпа загудела, а Селерьяк (точно не то) отшатнулась. Я поймал момент и развил наступление. — Умоляю, Леди Адил, задумайтесь об угрозах за пределами известных земель. Пусть мы вернули Цитадели, но они однажды пали, и враги Древних наверняка жаждут уничтожить и нас. — Хотелось рухнуть на колени с мольбой, но нельзя. Как бы эффективно это ни было, я формально глава государства. Хуёво не использовать козырь, но я не мог рисковать репутацией — только она и удерживала меня от замены на кого поадекватнее. — Придержите армии, копите силы, раскрывайте тайны Древних вместе со всем континентом. Что плохого в стремлении к процветанию, в отказе от насилия, в том, чтобы поднимать друг друга, а не топить? В логичном мире Идеальная Клетка (как бы я хотел) приняла бы мою искреннюю мольбу, все отступили бы, и никто бы не пострадал. Но мир был нихуя не логичным. — В ваших словах есть крупица правды, но вы лжёте умолчанием, Король Мудрости. Если ничего не предпринять, вы один будете властвовать над континентом. Каким бы процветающим ни был мир, вы получите вдвое больше его даров благодаря двум Цитаделям и регионам. — Да, примерно такой логики я и ждал. Если у игрока больше одной Цитадели, альянс и/или перемирие равны нулю. Строчка кода отлично превратилась в реальную политику в мозгу бессмертной вампирши, и я, блять, не мог её винить. Сложно помнить об игре, когда живой человек следует её логике. — Война между Завоевателями и Стражами состоится. Один из нас бросит вызов вашей растущей гегемонии. Этот континент ещё не ваш... и никогда не достанется тем, кто низверг наших почитаемых Предков. Наверное, вы спросите: нахуя было устраивать весь этот спектакль с речами и доказательствами, если я знал, что всё провалится?