Как раз в тот момент, когда я пытался найти объяснение этим сообщениям об изменении симпатии, появилось новое уведомление.
[«Профессиональная ментальная победа» — награда за достижение получена.
Условия достижения: опущены]
Название достижения раздражало, а опущенные условия вызывали еще большее недовольство.
Что ж, говорят, даже плохой закон — это все равно закон, так что ментальная победа — это тоже победа, разве не так?
Кажется, я только что одержал еще одну ментальную победу, но ради своего психического здоровья решил проигнорировать ее. И даже это было ментальной победой.
Хотя, если подумать, словосочетание «ментальная победа» звучит как-то жалко. Давайте назовем это саморационализацией. Саморационализация.
Теперь и «саморационализация» тоже кажется жалким словом.
В итоге я решил назвать ментальную победу «мыслительным процессом, направленным на повышение самооценки». Сокращенно — МПНПС.
Если подумать, даже выбор таких слов — это своего рода МПНПС… Что же мне делать?
[За достижение пяти ментальных побед подряд система дарит вам подарок.
Сила воли +5]
Проклятье!
Из затягивающего болота МПНПС меня спас Квак Санхён.
— Мы приехали. Напишите, когда закончите. И помните: будьте, как всегда, скромными и не забывайте о вежливости.
Мне показалось, что он беспокоится не только о стажерах своей компании, Бан Ёхане и Сомун Гёле, но и обо мне. Или это слишком самонадеянно с моей стороны?
Судя по выражениям их лиц, это не так.
— Хорошо. Спасибо, — я улыбнулся и вежливо поклонился.
Мы вышли из машины и поспешили в здание, где располагалась студия Чон Ханыля, пока нас не заметили прохожие.
Войдя в студию, мы увидели сотрудников, которые пришли раньше, и нескольких стажеров, сидящих на диване.
Как и советовал Квак Санхён, мы поклонились и вежливо поприветствовали всех.
— Здравствуйте!
— О, привет!
По всей студии были установлены камеры. Похоже, съемки еще не начались.
Пока Ким Джуну восторженно рассказывал о реакции на выступление нашей команды, один из сотрудников, пересчитав всех, кивнул:
— Все участники группы А-1 присутствуют.
Значит, есть еще и группа B.
Среди присутствующих стажеров были Ким Джуну, Ок Доюн и Касима Сора.
За исключением Касима Сора, остальных стажеров я хоть немного знал, так что я почувствовал некоторое облегчение.
Примечательно, что все собравшиеся здесь стажеры входили в двадцатку лучших.
Бан Ёхан и Сомун Гёль, которые из-за нехватки экранного времени не смогли подняться в рейтинге, на прошлой неделе заняли десятое и двенадцатое места соответственно, а я — одиннадцатое.
Ким Джуну, занявший на прошлой неделе восемнадцатое место, во втором туре конкурса выделился как главный вокалист.
В отличие от Нагасэ Рицу, который около года был айдолом в Японии, а затем присоединился к «Выбери свое сердце», Касима Сора с самого начала был стажером в Корее и на прошлой неделе занял седьмое или восьмое место.
Он и Цзин Сяо — единственные иностранные стажеры, которые хотя бы раз попадали в дебютный топ.
Тот факт, что только два иностранных стажера попали в дебютный список, делал термин «глобальный», который создатели так часто использовали для продвижения, совершенно бессмысленным.
За исключением Ок Доюна, который стабильно держался в топ пять благодаря роли заботливого и разностороннего парня, поддерживающего своего младшего коллегу по агентству Цзин Сяо, остальные стажеры и их фанаты были в отчаянии от позиций в таблице рейтингов.
Тем не менее у Сомун Гёля, Ким Джуну и меня еще был шанс подняться выше на следующей неделе.
Поскольку рейтинг менялся каждую неделю, все, кроме тех, кто находился на самой его вершине, как На Юнджэ, О Хёнджин или Со Чанбин, находились в постоянном напряжении.
В этот момент из внутренней комнаты вышел Чон Ханыль, держащий в одной руке кофе со льдом.
— О, все уже в сборе. До назначенного времени еще целых десять минут. Вы все такие пунктуальные.
Прошло почти два месяца с тех пор, как я в последний раз видел Чон Ханыля, и сейчас он выглядел гораздо более расслабленным по сравнению с тем временем, когда ему приходилось записывать десятки людей в день.
— Мы начинаем съемку.
Один из сотрудников хлопнул хлопушкой.
Чон Ханыль окинул взглядом стажеров, которые повскакивали со своих мест, как только он появился.
— Все садитесь. Хоть и с опозданием, но я посмотрел ваши выступления во втором туре.
— Спасибо!
— Вы, наверное, уже слышали краткое объяснение, но мы, композиторы, выбирали стажеров, которые, по нашему мнению, подходят для наших песен, основываясь на ваших выступлениях, включая второй тур. Мы даже конкурировали между собой, чтобы заполучить понравившихся стажеров. Видимо, у нас схожие вкусы, потому что результаты наших выборов во многом совпали. Поскольку мы снимали этот процесс, его позже покажут в эфире.
Мне стало интересно, кто из присутствующих здесь стажеров мог стать причиной такой конкуренции.
«Похоже, что все, кроме меня…»
Я, кажется, не показал ничего особенного в плане вокала. Да и в танцах не блистал.
Хотя в последнее время мне частенько говорили, что я хорошо выгляжу, на мой взгляд, я все еще далек от того, чтобы считаться вижуалом.
«И как я оказался на одиннадцатом месте?»
[Умеренная самокритика — это хорошо, но не стоит себя недооценивать.
Мудрость +1]
Вот это да, какая неожиданная похвала.
Похоже, система изменилась.
[Потому что ты выглядишь жалким и глупым. Корейскую речь нужно слушать до конца.
Интеллект -1]
Гадкая система. Оскорбляй меня сколько угодно, но не смей уменьшать мой интеллект. Его и так сложно повышать.
Пока я легонько похлопывал себя по щекам, чтобы унять неприятную дрожь, Чон Ханыль продолжил:
— Кроме того, ваши поклонники каким-то образом проанализировали ваши вокальные данные и прислали мне подробные рекомендации, предлагая различные, по их мнению, удачные сочетания. Я принял это во внимание. — Он немного помолчал и небрежно добавил: — Если уж мы взялись за дело, то должны стремиться к первому месту.
Атмосфера, которая до этого казалась расслабленной, тут же накалилась.
Обновлено: 02.02.2026