Увидев, как мы напряглись, Чон Ханыль сделал глоток своего кофе с полурастаявшим льдом и сказал:
— Эй, я не пытаюсь на вас давить.
Однако мы чувствовали давление.
— Необязательно занимать первое место, но, раз уж взялись, давайте будем стремиться к нему.
Мы чувствовали сильное давление.
— Может, сначала послушаем песню?
— Да!
Единственное, что я сейчас мог сделать хорошо, — это ответить одновременно со всеми.
— Она называется «Rewind*». И, кстати, это песня Сомун Гёля.
П.п.: Rewind — перемотка.
Все стажеры, кроме самого Сомун Гёля, который спокойно сидел на краю дивана, выглядели удивленными.
Даже Бан Ёхан, стажер того же агентства, округлил глаза, глядя на Сомун Гёля так, как будто впервые это слышал.
Однако ни Сомун Гёль, ни Чон Ханыль не стали давать никаких дополнительных объяснений.
— Тогда давайте послушаем.
Несколько щелчков мышкой, и на мониторе перед нами запустилось видео с хореографией.
Танцоры с бейджиками «Саб-вокал 1» и «Главный рэпер» встали на свои места и начали двигаться.
В этот же момент зазвучало лирическое вступление. Оно сильно отличалось от энергичной атмосферы второго этапа соревнований.
«Даже гайд* записали».
П.п.: Guide recording — черновой вариант трека, который потом дорабатывается.
Голос показался мне знакомым, но я не мог с уверенностью сказать, чей он.
Песня была прекрасна. Если бы меня попросили сравнить ее с драгоценным камнем, я бы выбрал сапфировую слезу. Если с временем года — это было бы полное романтики голубое лето, которое уже никогда не вернется.
Я не знаю, какой вклад внес в эту финальную версию песни ее автор Сомун Гёль, но даже если он только примерно набросал мелодию, она впечатляла.
Я решил повосхищаться способностями Сомун Гёля позже и сосредоточился на танцевальном видео.
«Хореография не выглядит слишком сложной».
В целом, казалось, что этот танец не потребует огромных затрат энергии. В отличие от нашего предыдущего выступления, здесь вряд ли нужно было выкладываться на полную.
А вот вокал, наоборот, казался довольно сложным.
Во-первых, для исполнения этой песни требовался высокий диапазон, так что если у кого-то проблемы с вокалом, то ему явно придется нелегко.
В отличие от спокойного вступления, ноты в припеве были очень высокими, что предполагало серьезную нагрузку на главного вокалиста.
«А?..»
Я широко раскрыл глаза. В середине была часть, где танцоры просто стояли на месте, не делая никаких движений.
Что это? Не может же быть такого, чтобы во время настоящего выступления они просто неподвижно стояли на сцене. Может, мы сами должны были придумать хореографию для этой части, раз уж речь шла о самостоятельном продюсировании?
Видя наше замешательство, Чон Ханыль поспешил объяснить:
— Вы, ребята, должны будете сами придумать движения и заполнить пустые части хореографии.
Стажеры кивнули в знак понимания и снова сосредоточились на танцорах, которые в этот момент как раз продолжили танцевать.
А затем началась рэп-часть.
В отличие от вокалиста, чей голос показался мне смутно знакомым, рэп-исполнителя я узнал сразу.
Это был Сомун Гёль. Своим низким мощным голосом он буквально выплевывал слова. Я столько раз слышал его рэп, что не узнать его было просто невозможно.
Бан Ёхан и Ок Доюн, который был в одной команде с Сомун Гёлем во время первого этапа соревнования, тоже посмотрели на Сомун Гёля, узнав его голос.
Ладно, рэп — это одно, но неужели…
«Неужели все вокальные партии записал Сомун Гёль?»
Конечно, это был он.
После окончания песни Чон Ханыль спросил, запомнили ли мы песню и хореографию. К сожалению, попытка запомнить не увенчалась успехом.
— Давайте поаплодируем Сомун Гёлю, который, несмотря на свою занятость, нашел время, чтобы самостоятельно записать финальный гайд.
Чон Ханыль первым начал хлопать, побуждая нас последовать его примеру, как будто имел дело с маленькими детьми, а потом улыбнулся, довольный нашей реакцией.
Другими словами, голос в песне принадлежал Сомун Гёлю.
Оказывается, Сомун Гёль, который обычно зачитывал рэп низким голосом, во время пения мог свободно переключаться между грудным голосом и фальцетом.
Неудивительно, что он с первого раза смог пройти конкурс в двести человек на одно место в престижном музыкальном колледже.
Похоже, талантам этого человека нет конца.
Он хорошо поет, отлично танцует, мастерски читает рэп, красив, умеет сочинять музыку, делать аранжировку, ставить хореографию и писать рэп.
Иногда казалось, что он похож на человека даже меньше, чем Бан Ёхан. Как говорится, пока все едут на автобусе, он летит на самолете*.
П.п.: Корейское выражение «버스가 아니라 비행기» дословно переводится как «Не автобус, а самолет». Это выражение используется в переносном смысле, чтобы подчеркнуть, что что-то происходит очень быстро или эффективно, как если бы вы перемещались на самолете вместо автобуса.
Система не должна говорить мне, что я талантлив, лучше пусть идет и восхваляет этого парня.
Что еще больше поражает, так это то, что за все время съемок Сомун Гёль ни разу не продемонстрировал свои вокальные способности.
Это не похоже на «Обычное хобби, просто у меня хорошо получается» или «Я специально скрываю свои возможности».
Я даже начал завидовать… но стоило вспомнить о мудрости и великодушии этого парня, как это чувство тут же исчезло.
В этот момент один из сотрудников, сидевший в углу студии, объявил:
— Чтобы все было справедливо, этот факт не будет показан в эфире. Однако он будет учтен в оценке экспертов.
Из-за этой чертовой справедливости информация о том, кто записал основную часть песни «Heart Attack», тоже не была обнародована, что вызвало жалобы со стороны наших «генеральных директоров».
Но разве такие вещи не должны быть озвучены? Зрители имеют право знать, насколько талантлив участник, которого они поддерживают.
— После эфира трек будет выпущен, и имя стажера появится в списке композиторов.
В принципе, это и так понятно, но почему-то эту фразу он произнес таким тоном, как будто делал нам одолжение.
Обновлено: 02.02.2026