Глава 59 — Книга 2 – Глава 23: «Поражение»

«Тираны не проигрывают. Мы лишь сталкиваемся с временными трудностями». — Ужасная Императрица Маледикта II. Оставаться в лесу было верным способом досрочно отправиться на покой, так что я пришпорила Зомби, чтобы мы поскорее убрались оттуда к чертям в Преисподнюю. — Знаешь, это мог бы быть приятный вечер, — пожаловалась я вслух. — Конечно, луна цвета крови немного портит настрой, но когда я в последний раз просто выбиралась на прогулку верхом? — Маленькая девочка… — из-за деревьев подала голос очередная крюкастая тварь. — …почему ты… Не сбавляя темпа, я вскинула меч в её сторону и позволила своему Имени сгуститься в теневое копьё. Снаряд пролетел быстрее, чем мог уловить глаз, пробив дымящуюся дыру в голове дьявола. Железные когти удержали его на ветке, но он перестал двигаться. «Крови нет, но они всё равно дохнут. Для начала неплохо». Мой скакун с неестественной ловкостью лавировал между стволами и ветвями, хотя и не благодаря моим выдающимся навыкам наездницы. Управлять Зомби с каждым месяцем становилось всё проще, и теперь это требовало лишь мимолётной мысли: почти всё моё внимание было сосредоточено на окружении. И очень кстати. Стоило мне повернуть, как сверху свалилось нечто длинное и змееподобное, преградив путь. «О Боги. Нет, не змея». Я и раньше видела многоножек, но эта была размером с небольшую лошадь и по всей длине покрыта мелкими клешнями. Они постоянно шевелились, а на спине твари я разглядела узоры, напоминающие кричащие и плачущие человеческие лица. Я почти могла разобрать, что они говорят, но – тут же одернула себя. — Кэтрин, мы не пялимся слишком долго на запредельную мерзость, которая насмехается над всем добрым и порядочным, — напомнила я себе, направляя Зомби в прыжок через неё. Передняя часть дьявола взметнулась, раскрывая пасть с четырьмя сочащимися шипами, которые клацнули у самого хвоста моего коня. Да уж, задерживаться, чтобы рассмотреть это получше, я не собиралась. С другой стороны, у меня возникло чувство, что та искра вины, которую я обычно испытывала, наступая на сороконожек, исчезла навсегда. — Маленькая девочка… — позвал один из дьяволов певучим голосом, от которого по спине пробежал холодок. — Мне семнадцать, придурок! — Крикнула я в ответ, потому что так и не научилась вовремя затыкаться. Я пригнулась под веткой и наконец выбралась на открытое пространство, где моё привычное везение продолжало цвести пышным цветом: мою когорту терзали не меньше двух десятков дьяволов. В темноте было трудно разобрать точнее, так как весь строй погрузился в хаос. Я заметила несколько зияющих дыр в земле – вероятно, эти твари подкопались под моих легионеров, устраивая засаду. «Милосердные Боги, я думала, дьяволы должны быть безмозглыми. Сколько же они здесь пробыли, раз начали думать наперед?» В конечном счете это не имело значения. Мне всё равно придется разгребать этот кавардак перед отступлением. К слову о кавардаке: я бросила взгляд на запад и поморщилась. Моих раненых буквально рвали на части, иного слова не подберешь. Им хотя бы удалось выхватить оружие, но они были не в том состоянии, чтобы справиться даже с парой дьяволов, не говоря уже о тридцати, с которыми им, похоже, пришлось иметь дело. Огромный силуэт размером с фургон снабжения неистовствовал вокруг, с пугающей прытью поднимая людей на рога – пару изогнутых отростков, торчащих из головы. Прошло мгновение, пока я взвешивала варианты. Смогу ли я привести когорту в порядок достаточно быстро, чтобы прийти им на помощь? Ночь наполняли крики – и моих легионеров, и этих существ. Каждое мгновение моего промедления стоило солдатам жизни. Я знала, что должна хотя бы попытаться, но в глубине сознания на меня смотрели жуткие зеленые очи. «Чистые победы бывают только в сказках, Кэтрин». Я не видела способа превратить это в победу, но суть оставалась прежней. Я не могла спасти всех. Я не могла спасти даже большинство. — Боги, простите меня, — прошептала я, пока Зомби галопом несся к когорте. Капитан Убайд был первым офицером, которого я нашла; он орал во всю глотку, чтобы его приказы были слышны сквозь этот шум. Его рота пыталась построиться в каре, но одно из чудовищ вырвалось из-под земли прямо посреди их позиции. Оно походило на человека, обмотанного грязным тряпьем, но из затылка у него росла шакалья голова, а хватка, судя по всему, была достаточно крепкой, чтобы рвать сталь и крушить кости. Зомби раскидал нескольких моих собственных людей, набирая скорость и направляясь прямиком к дьяволу. Я могла бы зайти чуть сбоку, чтобы ударить мечом на скаку, но пехотные мечи не предназначены для боя верхом – вместо этого мой скакун встал на дыбы, и пара копыт обрушилась на спину дьявола, вбивая его в землю. У твари, видимо, не было костей, но раздался звук, похожий на треск дверной петли. Я потянулась к своему Имени прежде, чем она успела подняться: клинок тьмы удлинился из острия меча, чтобы Рассекай шею существа. Оно беспомощно повалилось на землю, возможно, еще не мертвое, но уже не способное сражаться. — Изрубите это на мелкие куски! — Приказала я ближайшим легионерам, которые смотрели на меня с чем-то похожим на благоговение. — Госпожа Оруженосец! — Крикнул Убайд, проталкиваясь сквозь ряды. — Мы должны… — Сомкните ряды плотнее, капитан, — перебила я ровным тоном. — Мы прорываемся вперед, чтобы снять осаду с трибуна Галии. — Она мертва, госпожа, — ответил Убайд. — Какая-то гигантская змееподобная тварь вырвалась из земли и проглотила её целиком. Я выругалась на тагреби. — А второй капитан? — Светляк сел ему на глаз и прожег череп насквозь, — вставила легионерка с нашивками лейтенанта; её щека была окровавлена. Мои пальцы сжались. В эти дни мы расходовали офицеров быстрее, чем проклятый провиант. — Убайд, считайте себя трибуном со всеми вытекающими, — сказала я. — Мы всё еще идем вперед. Я не оставлю половину когорты, когда мы будем отступать. То, что ни один из них не предложил попытаться вытащить раненых, было признаком того, насколько сильно нас потрепали. Мужчина кивнул, на мгновение проступила усталость, но затем сработала легионная дисциплина, и его лицо превратилось в профессиональную маску. Я спешилась и повела плечом, стараясь хрустнуть суставом, чтобы он перестал ныть под латами. Я взглянула на лейтенанта, которая говорила со мной, и нахмурилась, узнав черты лица под кровью и сталью. — Камила, — сказала я. — Это ты? — Так точно, госпожа, — ответила она со слабой улыбкой. — Я бы сказала, что рада вас видеть, но при таких обстоятельствах… Она была сержантом в Крысиной Роте. На мгновение это едва не заставило меня пересмотреть приказ: перед глазами встал труп Нилина, окутанный зеленым пламенем. Я спокойно схватила этот прилив сентиментальности за метафорическую шею и придушила. «Чувства больше не та роскошь, которую я могу себе позволить». — Как ваша линия, лейтенант? — Спросила я. — Минус два человека, госпожа Кэллоу, — ответила она. — Но мы всё еще в боевой форме. Я почти улыбнулась напоминанию об имени, которое носила в Колледже, и затянула ремень, крепящий тарч к руке. — Тогда готовьте людей, лейтенант, — сказала я. — Мы идем на охоту. … Чтобы моя когорта смогла отступить, мне требовались две вещи. Первая – очистить наш строй от врагов внутри него. Этого, я знала, я смогу добиться. Вторая задача была посложнее: мне нужно было закончить эту часть схватки до того, как дьяволы из леса и те, что добивали моих раненых, двинутся на нас. Именно поэтому сейчас я прижимала к земле одного из двуликих монстров, пока легионеры Камилы окружали его. Добротная гоблинская сталь вонзалась в бока твари, но та лишь яростнее билась в моей хватке. Её пальцы впились в мой доспех, оставляя глубокие борозды на поверхности. Я выругалась и с размаху ударила шлемом в зубы шакальей морды. Тварь с воем отпрянула, и сама лейтенант полоснула мечом по обнаженной шее, добивая её окончательно. Я заставила себя подняться. Вторая рота, составлявшая когорту трибуна Галии, была рассеяна мелкими группами, сражаясь с любым дьяволом, который решил ими полакомиться. Численное преимущество начало сказываться теперь, когда мои легионеры оправились от неожиданности, но мы еще не выбрались из пресловутого леса. Убайд вел свою роту стеной щитов в три ряда, беря отдельных дьяволов в кольцо стали, чтобы задавить их числом – но встречались и одиночки, которые были ему не под силу. И тут в дело вступала я. Оттуда, где я стояла, я видела двух крюкастых дьяволов из леса и одного бледного, безглазого. Этих я пропустила, оставив Убайду. Перевертыши-светляки не доставляли особых хлопот, пока оставались в человекоподобном обличье, а после того, как крюкастые пару раз использовали щиты моих легионеров как трамплин, чтобы вырвать горло стоящему позади человеку, те соответствующим образом скорректировали тактику. Настоящей проблемой были уникальные твари – вроде того огромного ободранного примата, который только что проломил голову легионеру чуть левее меня. — Кожевник! — Крикнула я. — Слева! Строй Камилы без слов пристроился за мной: щиты подняты, мечи наготове. Мы двинулись вперед быстрым шагом, но дьявол заметил нас прежде, чем мы успели подойти вплотную. Оскалившись так, что стали видны его непомерно крупные человеческие зубы, он подхватил труп убитого легионера и швырнул его в меня, словно тряпичную куклу. Я едва успела пожелать, чтобы он убил человека, а не орка, прежде чем тело врезалось в мой щит с силой снаряда, выпущенного требушетом. Стиснув зубы, я уперлась ногами в землю, но удар был настолько нелепо сильным, что меня отбросило на дюжину шагов, а мои окованные броней сапоги прочертили борозды в почве. Легионер, стоявший прямо за мной, повалился на землю при столкновении, но я не стала оглядываться: с рычанием я бросилась в атаку. Неудивительно, что то проклятое место, где родились дьяволы, решило, что простой горы обезьяноподобных мышц и костей недостаточно для ужасающего вида. Под красной плотью я видела копошащихся личинок; некоторые падали на землю и ползли к трупам, пока дьявол бежал в мою сторону. Его кулак был размером с мою голову, но в его атаке не было изящества: я увидела замах и поднырнула под удар, сокращая дистанцию. Мой меч вспорол ему брюхо, разрывая мышцы и осыпая мой щит личинками. Монстр почти не заметил этого, нанеся удар ногой мне в живот – у меня перехватило дыхание, и я покатилась по земле. — Боги Снизу и Вечнонеугасимые, — прорычала я, поднимаясь на ноги. — Призывать вас, дерьмо собачье, должно быть запрещено законом. — Согласна, госпожа, — пробормотала одна из легионерок Камилы. Остальные бойцы растянулись в свободное кольцо вокруг примата, и я, игнорируя боль в ногах, вернулась в схватку. Этого не убить ударами по жизненно важным точкам, это стало предельно ясно. Придется искалечить его настолько, чтобы легионеры могли помочь мне его прикончить. Дьявол лениво шагнул вперед, рана, которую я нанесла, теперь кишела извивающимися червями. Я ослабила ремни на щите и сбросила его с руки, разминая плечо. Блокировать здесь бессмысленно, придется Уклоняйся. — Ну давай, здоровяк, — крякнула я. — Попробуем еще раз. — Оруженосец… — ответил примат голосом испуганного ребенка. — Пожалуйста, Оруженосец. Больно, мне так больно. — Я прошла через Зал Криков, — заговорила я спокойно, не давая ужасу отразиться на лице. Неужели – неужели там внутри действительно ребенок, под всеми этими личинками? — Тебе придется постараться получше, если хочешь, чтобы я вздрогнула. Он ударил без предупреждения, но я не теряла бдительности. Полшага в сторону вывели меня с траектории удара, и мой меч опустился чуть ниже его плеча со всей силой, на которую я была способна, прорубая плоть, пока не уперся в кость. Я почувствовала, как ломается плечевая кость, но глубже пройти не смогла. Личинки поползли по моему клинку, и я поспешно выдернула его, едва успев отскочить, когда примат попытался впечатать ступню мне в грудь. — Почему оно не прекращается?! — Закричал дьявол, и детский голос сорвался на визг. — Мама, где ты? Почему так темно? Примат ухватился за запястье своей поврежденной руки и вырвал её целиком из сустава; детский голос кричал от боли, пока он замахивался конечностью на меня, словно палицей. Я сделала глубокий вдох, и Творение замедлилось, все отвлекающие факторы исчезли, а моё Имя запульсировало в ушах. Когда-то я опасалась его силы, но по сравнению с тем, что стояло передо мной? Боги, даже самое худшее, что могла породить моя Роль, было чистой водой по сравнению с этой гнилью. Я твердо встала на ноги и обрушила клинок на руку твари. Я разрубила её начисто, рассыпая червей; нижняя часть конечности улетела вдаль, а остальное пронеслось мимо. Чувствуя, что концентрация уже начинает ослабевать, я бросилась вперед. Примат выронил свое импровизированное оружие и попытался схватить меня, но я крутанулась вокруг его пальцев, пригибаясь и уводя меч в сторону, проскальзывая между его ног. Клинок прорезал плоть голени, остановившись лишь встретившись с костью: я стиснула зубы от напряжения и ударила снова, на этот раз прорубая до конца. Дьявол повалился вперед с безумным смехом, хватаясь за моих легионеров, которые осторожно отпрянули от него. Мгновение спустя, когда я отползла от останков ноги, которые уже извергали личинки фонтаном, строй Камилы набросился на поваленного дьявола, словно стая волков. Они методично отрубали конечности; сама лейтенант увернулась от попытки зверя прокусить ей руку и вогнала меч в пустую глазницу. К тому времени, как я поднялась на ноги, всё, что осталось – это куча шевелящейся плоти, неспособной двигаться. — У тебя начинает неплохо получаться, — сказала я Камиле, стараясь не думать о вполне реальной возможности того, что в останках дьявола всё еще томится душа невинного ребенка. — Повторение – мать учения, — ответила женщина, безмятежно опуская сапог, чтобы раздавить червя, который подобрался слишком близко. Я не смогла сдержать улыбку. Эта короткая фраза была самой сутью Легионов, не так ли? Непоколебимая вера в то, что пока они помнят свою подготовку и держат стену щитов, в Творении – или за его пределами – не найдется силы, которую они не смогли бы одолеть. Какая разница, ангелы перед ними или дьяволы? Выстрел из арбалета каждые двадцать ударов сердца и добрая гоблинская сталь помогут им выстоять. В этом, подумала я, было что-то очень кэллоуанское. С другой стороны, возможно, это не должно меня удивлять. Как там говорил мой учитель, если верить Чернокнижнику? «Хочешь понять кого-то – посмотри на его врагов». Кэллоу сформировал Легионы в той же мере, в какой Легионы сформировали Кэллоу. Отгоняя раздумья, я сосредоточилась на текущем моменте. Сейчас не время погружаться в мысли. Насколько я видела, горстка уцелевших дьяволов бежала с поля боя. Еще одна вещь, для которой они не должны быть достаточно сообразительны. Рота Убайда пополнилась почти всеми выжившими из другой роты: это, как я понимала, было всё, что мне удастся спасти в этом фиаско. Я заставила себя посмотреть на запад. Сердце сжалось при виде того, как последних моих раненых облепляют дьяволы, но я знала, чем закончится попытка навязать этот бой. — Мы закончили, — сказала я лейтенанту Камиле. — Маршируем обратно в Марчфорд, так быстро, как только сможем. Передайте приказ кап… трибуну Убайду. — Слава Богам, — с облегчением выдохнула моя старая соратница по Крысиной Роте. — Я сама схожу, госпожа. Мы не сможем уйти отсюда достаточно быстро на мой вкус. Она хлопнула своего сержанта по плечу и успела сделать лишь три шага, прежде чем земля под ней взорвалась и огромные челюсти сомкнулись на её теле. Змеиная голова была размером с амбар, но хотя черты её были рептильными, ни одной чешуйки не было видно. «Плоть», – осознала я. Она была сделана из плоти. Сто тысяч лиц, сшитых вместе в лоскутное одеяло из черт, которые всё еще шевелились. Дьявол повернул ко мне свои жуткие кошачьи глаза, а затем с шумом раздавил Камилу в пасти. Я почувствовала, как на меня опускается кровавая пелена. Я не помнила, как вскинула руку, но я зарычала, и тени сформировались во что-то, больше похожее на болт баллисты, чем на копье, сорвавшись с места быстрее, чем могло уловить даже моё зрение Именованной. Снаряд ударил змею прямо под челюсть, и тени безвредно расплескались по коже. Дьявол сглотнул, а затем раскрыл зияющую пасть. — Она была тебе дорога? — Спросил он, но голос шел не из пасти. Лица по всей его коже говорили в унисон, сотни мужчин и женщин. — Была, я вижу это по твоему гневу. Это хорошо. Ты еще можешь спасти её, если поспешишь. Пройдет немало времени, прежде чем они станут частью меня. К своему удивлению, я обнаружила, что ярость, овладевшая моим телом, была настолько глубокой, что сковала мой язык. Я шагнула вперед с мечом в руке, но дьявол рассмеялся. — Иди поиграй, Именованная, — пригласил он меня, уползая обратно в дыру, которую проделал в земле. Я взяла ярость под контроль. Я не буду принимать решения в гневе. Гнев делает тебя небрежной, затуманивает твой Суд. Однако в этот раз моё жгучее желание зверски убить это существо совпадало с тем, что необходимо было сделать. Я понятия не имела, как быстро оно может передвигаться под землей, но я никак не могла позволить ему изводить нас по пути в Марчфорд. — Сержант, начинайте отступление, — приказала я обманчиво ровным голосом. Орк отдал честь, затем замялся. — Вы… вы пойдете с нами, госпожа Оруженосец? Я крутанула клинок, разминая кисть. — Я скоро догоню, — ответила я и прыгнула в дыру. Я тут же пожалела об этом решении, когда голова змея вырвалась из норы и взмыла в воздух под гогот лиц. Я едва успела ухватиться свободной рукой за одну из открытых пастей, пока мы продолжали подниматься. Тварь попыталась укусить, но зубы были бессильны против хороших лат. — Попалась, — прокаркало ближайшее лицо, пока змей продолжал забирать ввысь. Фут шестьдесят, не меньше, прежде чем он остановился, и под землей должно было оставаться как минимум столько же, чтобы удерживать его. — Умеешь летать, маленькая Именованная? — Насмешливо спросило лицо. Кряхтя от натуги, я вогнала меч в открытую пасть и использовала эфес как опору. Я ухватилась достаточно крепко, чтобы прижаться всем телом и просунуть ноги в другую пасть и глазницу – пришлось пинать, пока глаз не вывалился, но в конце концов я освободила себе место. — А теперь летим вниз, — объявило женское лицо надо мной. К моему ужасу, дьявол откинулся назад и позволил себе упасть. Ветер завывал вокруг, земля приближалась с каждым ударом сердца, пока я отчаянно пыталась вскарабкаться по боку, чтобы не оказаться зажатой между массивной тушей и почвой. Мне это удалось лишь наполовину: брызнула земля, полетели трупы, заглушая звук ломающихся левой руки и ноги. Я закусила губу до крови, чтобы подавить первобытный крик боли, едва не вырвавшийся наружу. Змей встряхнулся, затем медленно поднялся снова. — Это, должно быть, было больно, — задумчиво произнесло женское лицо. — Остались одна рука и одна нога, — хихикнул старик. — Долго ли ты продержишься? Внизу я видела, как в моей когорте начинается паника, хотя офицеры изо всех сил старались заставить людей двигаться. Дьявол начал раскачиваться взад-вперед, словно гротескный маятник, и моё тело тряслось вместе с ним. Черт. Мои рука и нога были… я моргнула, а затем хрипло рассмеялась. «Почти мертвы». Боги, мне действительно нужно добавить в свой Арсенал несколько трюков, которые не полагались бы на то, что я одной ногой в могиле. Моё Имя взвыло в одобрении, оплетая бесполезные конечности нитями. С треском усугубляющихся переломов я заставила сломанную руку потянуться вверх и втиснуться в пасть другого лица. — Бессмысленно, — насмехалась марионетка где-то у моего колена. Я подтянулась, выбивая зубы, чтобы использовать пасть как опору. Дюйм за дюймом я начала пробираться к голове. Тварь пыталась стряхнуть меня, выкрикивая оскорбления, но нити держали. Натягивались, но не рвались. Дьявол закричал и позволил себе упасть вперед, рассчитывая на инерцию, которая должна была сбросить меня с его головы. Я вогнала меч в ноздрю другого лица под углом, чтобы создать точку опоры, чувствуя, как рвутся мышцы на обеих руках, когда я толкнула себя в противоположную сторону. Он тут же попытался качнуться в другую сторону, чтобы использовать это против меня, но нечто такого размера не могло двигаться достаточно быстро – к тому времени я уже нашла другие зацепки. Чем выше я забиралась, тем сильнее он паниковал, содрогаясь и выкрикивая в мой адрес проклятия. — Тебе не убить меня! — Закричал он, когда я наконец перевалилась через гребень головы. — Я воплощение голода, я… — …слишком много болтаешь, — холодно закончила я, засовывая свободную руку в пасть. Тени сложились в копье и продолжали расти, пока я черпала силу из самых глубин своего Имени и вливала её в снаряд – всё больше и больше, пока не стало невмоготу удерживать эту мощь. Оскалив зубы, я выпустила её и почувствовала, как она вгрызается глубоко внутрь головы дьявола. Пасть сомкнулась на моем предплечье, словно медвежий капкан, зубы разбились о сталь, и каждое лицо разом умолкло. Туша медленно накренилась вперед и рухнула, врезавшись в землю с громоподобным ревом. Я соскользнула с её бока и приземлилась на больную ногу с хриплым криком, мысленно подзывая к себе Зомби. Я оперлась на скакуна здоровым боком и подтянулась в седло, издав лишь два подавленных вскрика от ужасающей боли, что само по себе было своего рода победой. Только тогда я заметила, что приземлилась меньше чем в десяти футах от своей когорты; каждый легионер в ней смотрел на меня в абсолютной тишине. — Что-то я не помню, чтобы приказывала вам прекратить отступление, — прохрипела я, убирая меч в ножны.