«Возможно, однажды я проиграю. Но не сегодня, и уж точно не таким, как вы».
— Ужасная Императрица Малефисента Первая.
Я заставила себя подняться на ноги, поморщившись, когда колено едва не подогнулось под моим собственным весом.
С предплечьем всё было не так плохо, хотя обе раны требовали внимания целителя до того, как день подойдёт к концу. По крайней мере, я не рисковала истечь кровью, пусть даже в ближайшее время мне и не светило выигрывать забеги. Мой доспех превратился в месиво из грязи и крови, но я всё ещё была жива. Мой первый смертельный поединок с другим Именованным, и это нельзя было назвать иначе как победой. В этой истине чувствовался сладкий привкус. Пройдена ещё одна веха. Я нагнулась, чтобы поднять щит, и с кряхтением пристегнула его обратно, возясь с ремнями куда дольше, чем хотелось бы. Вокруг всё ещё бушевала битва, но Пятнадцатый уже брал верх. Когорта Джунипер шаг за шагом оттесняла Копья назад, в пролом среди кольев, который выжег Паж. Вдалеке вспыхнул свет, и Хакрам торжествующе взревел. Я ухмыльнулась, услышав этот звук, и прихрамывая направилась к нему.
Стена щитов, выстроенная моими легионерами, неуклонно продвигалась вперёд – стальной вал, о который тщетно бились яростные латники. У пехоты Копий не было строя. Впрочем, я полагала, что его и не должно было быть: они служили лишь Тараном, призванным сковать врага, пока катафракты втаптывают его в землю. Оставшись без поддержки серебряных всадников, они оказались один на один в рукопашной на склоне холма против лучшей пехоты Калернии – и платили за это большой кровью. Передняя линия когорты разошлась, и Адъютант хромая отступил в безопасность тыла, после чего брешь закрылась так же плавно, как и возникла. Хакрам выглядел так, будто валялся в постели, полной древесного угля, а металл его доспехов деформировался, но в остальном он казался невредимым. Когда я подошла, он изобразил некое подобие салюта, и в итоге мы оба привалились друг к другу скорее для того, чтобы удержаться на ногах, чем от избытка чувств.
— Добила Пажа? — Прохрипел он.
— Ударила её в горло, — подтвердила я.
— Жестоко, — одобрительно проскрежетал он.
— А жрец? — Спросила я.
— Ублюдок был паршивым бойцом, но сотворил какую-то штуку, от которой стал обжигать при касании, — ответил Адъютант.
Он поднял свою скелетообразную руку, чтобы я увидела: кости на ней почернели и обгорели.
— Оказывается, они не чувствуют боли, — пробасил он. — Так что я его просто задушил.
Я фыркнула.
— Знаешь, — задумчиво произнесла я, — я не всегда чувствую себя злодейкой, но сегодня, кажется, немного вошла во вкус.
— Выдала какую-нибудь хлёсткую фразу, когда пронзила её? — С любопытством спросил он.
— Упомянула шлем, — объяснила я.
Он разразился смехом.
— Это станет классикой, помяни моё слово, — сказал он. — Бьюсь об заклад на свою здоровую руку, что не пройдет и месяца, как об этом сложат песню.
Боги, скорее всего так и будет. Легионеры слагали песни о каждой кровавой мелочи, это была одна из старейших традиций Легионов. Мы стояли так долгое время, наблюдая, как латники теряют позиции. В конце концов я нахмурилась.
— Мы не можем прогнать их слишком далеко, — сказала я. — Они нужны нам на месте для второй фазы.
— Они пойдут за нами, когда мы начнём отходить, — хмыкнул Адъютант. — Меня больше беспокоит другой фланг. Там нет когорты, чтобы держать строй.
— Там чертова Адская Гончая, — я улыбнулась. — Уверена, она что-нибудь придумает.
Осторожно мы начали пробираться назад, к неофициальному штабу Пятнадцатого. Из моих старших офицеров там оставались только Аиша и Пиклер; старший сапёр вполголоса переговаривалась с несколькими вестовыми, не спуская глаз с трёх фронтов поля боя.
— Госпожа Оруженосец, — проворчала мой легат. — Вижу, вам удалось не дать себя убить.
— Я тронута твоей безграничной верой в мои способности, — ответила я. — Ты уверена, что тебе удобно так изливать чувства на людях? Пойдут слухи.
Суровая орчиха закатила глаза.
— Я отправила Ученицу на правый фланг, — сообщила она. — Он начал проседать.
Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: теперь всё иначе. Пехоте Серебряных Копий удалось прорваться сквозь колья, хотя, судя по количеству трупов, украшавших холм, это далось им нелегко. Но их всё равно остановили на месте: целый участок склона превратился в адскую пустошь из зазубренного льда, преодолеть который им не удавалось. Масего уже даже не колдовал – его тяжело дышащий силуэт замер чуть позади исковерканного поля битвы, но Копьям всё равно пришёл конец. Латники скользили по уже подтаивающему льду, а некоторые даже получали Шип в живот за свои старания. Мои магические линии разбивали любые крупные группы солдат залпами огненных шаров, пока арбалетчики не спеша выцеливали и снимали одиночные мишени.
— Мы сами себе стреляем в ногу, — я нахмурилась. — Они нужны нам по ту сторону льда.
— Лорд Масего говорит, что может растопить его в любой момент, — сообщила Аиша. — Мы ждём, пока к флангам подтянется больше сил, прежде чем нажать на курок.
Я хмыкнула, переводя взгляд на центр. После того как святые копья были истреблены, Наук и Хуна вернули утраченные позиции. Линии огров отвели назад, дав им отдохнуть, чтобы они были свежими для последнего броска, но тяжелая пехота Пятнадцатого наглядно демонстрировала, почему праэсийские латники сметали любую силу, вставшую против них со времён Реформ. Командир Хуна сама вышла на поле вместе со своими людьми, размахивая молотом с рукоятью такой длины, что её можно было принять за ствол дерева. От Наука не было и следа, хотя я бы удивилась, окажись он в самой свалке. Он был слишком умён, чтобы рисковать впасть в Алую Ярость, когда исход боя так близок. Поскольку центральная линия держалась крепко, хвост массы латников начал смещаться к флангам. Судя по всему, это не было обдуманным приказом командования. Солдаты просто искали место, где можно было сражаться, вместо того чтобы ждать, пока два десятка рядов перед ними пройдут через мясорубку.
— Как ты узнала, что они двинутся в стороны? — Спросила я Джунипер, краем глаза наблюдая, как Хакрам посылает за целителем.
— Армии, подобно воде, выбирают путь наименьшего сопротивления, — процитировала она.
Я приподняла бровь.
— Террибилис?
— Вообще-то Одноглазый, — сказала легат. — Вам стоит одолжить рукопись его эссе по тактике – они обязательны к прочтению в Академии.
Вероятно, мне и впрямь пора подвергнуть себя этой пытке. Не то чтобы я сомневалась в ценности уроков Маршала Грема: Блэк прямо заявлял, что считает этого орка тактиком превосходящим его самого. Но читать орков, пишущих на нижнем миэзанском, всегда было мукой. В языке харсум к словам добавляются суффиксы для обозначения рода и числа, что не слишком хорошо переводится на общий язык Империи. В результате их предложения путались, и порой их было физически больно читать. Прежде чем я успела уклониться от темы, Адская Гончая сплюнула на землю.
— Кто бы ни командовал на той стороне, он наконец-то взял себя в руки, — оценила она.
Я проследила за её взглядом и увидела причину этого замечания: целые роты латников отделялись от тыла своего центра и пробирались через грязь к нашим флангам. Я присвистнула.
— Это больше, чем мы думали, — заметила я. — С учётом тех, кто там уже есть, получится… что, около пятисот на фланг? Они сильно оголяют свой центр.
— Это неплохое решение, — хмыкнула Джунипер. — Если Наук и Хуна надавят вниз по склону, то именно они будут спотыкаться о трупы и падать в грязь. Врагу нужно лишь продержаться достаточно долго, чтобы свернуть наши фланги и сомкнуть челюсти на наших тяжелых частях.
— Пожалуй, для нас это лучший из возможных исходов, — тонко улыбнулась Аиша. — Когда наступит шок, у них не останется героя, чтобы удержать их в бою.
Хакрам поманил к нам темнокожего юношу; маг отсалютовал и, заикаясь, выдавил приветствие, прежде чем приняться за моё колено. Я подавила улыбку. Что ж, полагаю, сегодня я выглядела довольно внушительно. В кои-то веки я действительно заработала свой авторитет сама.
— Они побегут, — прорычала Джунипер. — В этом проблема. Им удастся спасти больше сил, чем мне хотелось бы. Мы и не рассчитывали полностью уничтожить катафрактов, но если они дадут дёру с тысячей пехоты и сохранят остатки всадников, они всё ещё будут представлять угрозу, когда мы двинемся на Марчфорд.
— Мы не можем позволить себе затяжной бой, — напомнила ей Аиша. — У нас нет для этого численности, и если они слишком сильно измотают наших людей, мы рискуем потерпеть настоящее поражение.
— Жаль, что нам не выделили осадные орудия, — проворчала Адская Гончая. — Несколько скорпионов, нацеленных в их центр, сейчас бы собирали обильную жатву.
— Я это уже слышала от Пиклер, спасибо, — вздохнула я. — Пока мы не станем легионом полного состава, нам их не дадут. Не то чтобы нам так уж нужны были машины: у Марчфорда даже стен нет, их снесли после Покорения.
— Я могла бы соорудить парочку, если дадите людей валить деревья, — вставила Пиклер со своего места.
Я моргнула.
— У нас есть для этого гвозди и веревки? — Спросила я.
— Крысомордый – человек многих талантов, — уклончиво ответила гоблинша.
— В тех чертовых списках, что он мне давал, ничего этого нет! — Выругалась Джунипер.
Я скрыла ухмылку. На данном этапе у моего квартирмейстера не было реальных причин скрывать свои сделки – он просто дергал орчиху за косички, потому что мог.
— Мы сможем закончить этот разговор после битвы, — вмешалась я, пока ситуация не обострилась.
Я почувствовала, как плоть на моей руке стягивается, и поблагодарила целителя; тот покраснел и поспешил прочь, чтобы заняться Хакрамом.
— Кстати, мои сапёры готовы, — сказала нам Пиклер. — Вам нужно только дать команду.
Адская Гончая хмыкнула и отправила вестового за Масего: он понадобится для этой части. Мы все наблюдали за тем, как латники скапливаются вне досягаемости наших магов и арбалетчиков, когда прибыл сонинке, слегка запыхавшийся. Как ему удавалось не терять ни капли своей полноты в талии на армейских рационах, было выше моего понимания, но походная жизнь пока так и не привела его в настоящую форму.
— Вся эта затея с битвой довольно бодрит, — сказал он нам. — Думаю, я мог бы научиться получать от этого удовольствие – здесь больше про изменение условий, чем про само лишение жизней. Куда более интересный подход.
Учитывая, что сегодня он, вероятно, убил вдвое больше солдат, чем я, слышать такое от него было немного дико. Тем не менее, я пропустила это мимо ушей. Его воспитало Бедствие, так что стоило ожидать, что его взгляд на вещи будет… необычным.
— Сможешь убрать лед отсюда? — Спросила Джунипер.
— Расстояние не имеет значения, — заметил он. — Мне просто нужно перестать подпитывать конструкты. К слову, мне придется сделать это скоро, если я хочу, чтобы во мне осталось достаточно сил для трюка с огнём.
Я бросила взгляд на своего легата, и та кивнула.
— Делай, — приказала я.
— Какая властность, — сухо произнес он. — Если продолжишь в том же духе, я могу и в обморок упасть от восторга.
— Мои навыки соблазнения не знают равных, — согласилась я, игнорируя звуки Хакрама, тщетно пытавшегося подавить смех.
Маг в очках уставился на творение своих рук, взмахнул ладонью и что-то забормотал под нос.
— И раз, два, три, — сказал он.
В одно мгновение всё ледяное поле превратилось в поток воды. Он сбил с ног нескольких вражеских солдат, хотя на реальные потери рассчитывать не приходилось.
— Хм, — сказала я. — Честно говоря, я ожидала, что он разлетится вдребезги.
— Я использовал окружающую воду как строительные блоки, — объяснил Ученица. — Сила ушла на первоначальное придание формы, а затем на поддержание холода.
— Верно. Нельзя создать что-то из ничего, — вспомнила я. — Это один из первоначальных законов.
— Сон с практиком сотворил чудеса с твоим образованием, — похвалил маг.
Я показала ему средний палец. Когда-нибудь в будущем он заплатит за этот комментарий, но сейчас были другие приоритеты. Джунипер махнула одному из своих знаменосцев; тагреби прижала губы к рогу и протрубила две резкие ноты. Сапёрам приготовиться. Сержантам на другой стороне удалось навести подобие порядка в своих рядах, прежде чем весь правый фланг устремился в атаку по размокшей земле. Слева наша резервная когорта в полном порядке отходила вверх по склону, а поток латников заполнял пространство за ними. В некотором смысле тот фланг находился в самом опасном положении: если вражеские солдаты обойдут их, они могут оказаться под перекрестным огнем.
— Стандарт, — выкрикнула Адская Гончая, не оборачиваясь. — «Кусачи», полный залп!
Голос орчихи был спокоен, глаза – остры. Я видела, какой неловкой могла быть мой легат в компании людей те немногие разы, когда она присоединялась к моим прихвостням за выпивкой, но на поле боя она была в своей стихии. На её губах заиграла улыбка, обнажив кончик клыка, и я поняла, что она наслаждается процессом. Не самим убийством, подумала я, но битвой. Столкновением своего разума с разумом врага, заманиванием их в ловушку, которую она расставила. Я всегда знала, что Джунипер – опасная женщина на интеллектуальном уровне, но до конца это осознала только сейчас. Ей было всё равно, с кем сражаться, её волновала сама схватка. Я всегда считала Наука самым… орочьим из моих зеленокожих офицеров, но глядя на своего легата сейчас, я понимала, что ошибалась. То, что она не пускала в ход собственный меч, не означало, что она не влюблена в войну.
Четыре сотни маленьких глиняных шариков взмыли в воздух, и последовавший за этим взрыв был оглушительным. Я впервые видела настоящие «кусачи», развернутые в таком количестве. Так вот почему они выиграли Покорение. Как вообще рыцари могли выстоять против такого? С обеих сторон передний край вражеской линии исчез в ошметках металла и плоти. Я видела, как по Серебряным Копьям прошла дрожь при виде того, как все эти люди просто… перестали существовать; вражеское воинство отпрянуло, словно живое существо. На левом фланге наша когорта сломала строй, чтобы уйти быстрее, снова выставив стену щитов на двух третях пути вверх по склону. Справа ничего подобного не было – только сапёры и арбалетчики, удирающие прочь, пока их не втянули в бой. Рёв ярости и гнева вырвался у наемников при виде их бегства после такого жестокого удара: масса латников бросилась в их сторону, жаждая крови.
— Они идут слишком быстро, — сказала я.
— Гребаные дилетанты, — выплюнула Джунипер. — Их левый фланг всё ещё колеблется. Они даже не координируют атаки.
Правый фланг ушел слишком далеко вперед. Я закрыла глаза. Можем ли мы снять половину резервной когорты в качестве заслона? Нет, ста человек будет недостаточно. Не против того, что посылает враг, даже если они успеют вовремя. Ослаблять центр – значит просто менять одну опасность на другую. Если они прорвутся сквозь Наука и Хуну, нам конец.
— Проклятье, — тихо произнесла я. — Джунипер?
— Вариантов нет, Фаундлинг, — признала она. — И мы не можем позволить им соединиться. Если они сумеют рассеять наш правый фланг, битва окончена.
— На левом мы кого-то зацепим, — пробормотала Аиша. — Просто не так много, как надеялись.
— Делай, Ученица, — скомандовала Адская Гончая после минутного колебания.
— Я не принимаю от тебя приказов, легат, — отрезал сонинке.
— Делай, Масего, — приказала я.
Он вздохнул. — Могла бы сказать «пожалуйста» хотя бы для приличия, — пожаловался он.
Маг в очках расправил плечи, глубоко вздохнул и закрыл глаза.
— Хоть я и голоден, я никогда не бываю сыт, — запел он на языке мтетхва. — Сквозь траву и землю я ползу, пожирая всё, что вижу. Моя кровь знает зов, моя плоть – жажду. Безымянные эйдолоны, воры Небесной благодати, даруйте мне пламя.
Он щелкнул пальцами, и его молитва была услышана. Из звука выросли две тонкие нити огня, удлиняясь и утолщаясь, пока они обвивали его руку. За его спиной поднялись две змеиные головы, извергающие языки жара и дыма.
— Я повелеваю вам, — прошипел он с видимым усилием.
Он поднял руку, и колдовской огонь разошелся; змеи увеличивались в размерах, пока их головы не стали размером с лошадь – а затем выстрелили в небо в обоих направлениях. Я в благоговении наблюдала, как они пожирали пространство, пролетев, должно быть, по полмили каждая, изгибаясь в высшей точке своего пути. А затем рухнули, ударив в землю в тех местах, что мы указали Ученице. На мгновение над полем боя воцарилась абсолютная тишина, а затем цепь тайников с гоблинским огнём, которые мы зарыли в холмах, взорвалась, заливая фланги зеленым. На моих потрясенных глазах шестьсот человек вспыхнули пламенем прежде, чем я успела перевести дыхание. Начались крики, и я, если не ошибалась, только что выиграла свою первую битву.
Боги, простите меня.
Обновлено: 09.04.2026