«Наша доктрина зиждется на эффективности затрат. Любого офицера, считающего истребление противника единственным верным путем к победе, следует немедленно разжаловать обратно в рядовые». — Маршал Ранкер.
— С чего ты взяла, что она оставит первую стену?
Дыхание Килиан выровнялось – ей хватило нескольких мгновений, чтобы прийти в себя. Бег в кольчуге выматывал не на шутку, и если бы Капитан не ввела у нас привычку муштровать меня в латах, моим легким пришлось бы так же туго, как и легким этой рыжеволосой девушки. Я бросила на неё мимолетный взгляд.
— Сомневаешься, лейтенант? — Спросила я.
Она покачала говорой. — Я пытаюсь понять, откуда в тебе такая уверенность, — ответила она.
— Мне потребовалось время, чтобы это осознать, но Джунипер на самом деле в некотором роде предсказуема, — хмыкнула я.
На лице хорошенького мага теперь определенно читался скепсис.
— Предсказуемая… ну, это не то слово, которое я бы использовала для Адской Гончей. Сэр, — деликатно заметила она.
— Она всегда делает правильный выбор, — отрезала я, закрыв глаза. — Когда у неё есть необходимые сведения, она принимает лучшее решение из возможных.
Килиан нахмурилась. — То есть ты хочешь сказать… — она замолчала, явно не до конца понимая мою мысль.
Я не могла её винить. К этому я пришла не с помощью острого ума или логики – это было инстинктивное чувство. Похоже на то, как я читала противников в Яме, только применительно к войне, а не к тому, как переломать ноги одному конкретному человеку.
— Если я знаю, какой ход будет для неё лучшим, я могу быть почти уверена, что именно его она и сделает, — ответила я, открывая глаза и переворачиваясь на живот, чтобы подползти поближе к гребню холма.
Рыжий лейтенант последовала моему примеру, пристроившись рядом, чтобы выглянуть из-за пыли и камней. Как я и предсказывала, ряды Первой Роты готовились отступить через минное поле. Мгновение спустя один из саперов Джунипер небрежно бросил «дымовуху» в пролом, который я пробила в палисаде, лишая меня возможности разглядеть их путь. Тьфу. В смысле, я была почти уверена, что они так и сделают, но выяснять дорогу все равно будет той еще морокой.
— Область применения этого метода ограничена, Килиан, — сказала я ей, отползая обратно в укрытие. — У меня нет надежного способа узнать, что ей известно, а что нет, так что это всё равно во многом игра в угадайку. Но если инициатива у меня, я могу предсказать некоторые из её реакций.
Я неопределенно махнула рукой в сторону того, что когда-то было укреплением Лисьей Роты.
— Сейчас она знает, что у меня есть боеприпасы, способные пробить её первую стену, и некие расходные существа-прислужники, чтобы их доставить, — проворчала я. — Поэтому она отойдет за вал, пока не разберется, как мне это удалось. В любом случае, она ничего не теряет: даже если мы займем первую стену с другой стороны, у нас нет сил удержать её против неё. Она сможет забрать её обратно, когда только пожелает.
К этому времени гонец, которого я послала к Науку, должен был заставить остатки моей роты двигаться. Стараясь как можно дольше оставаться незамеченными, они будут ждать до последнего момента, чтобы перебежать через зону обстрела баллисты и укрыться за вражеским палисадом. Пиклер заверила меня: та самая платформа, которую построил Снатчер, чтобы обеспечить осадной машине чистый сектор обстрела лагерей противника, означает, что как только мы подойдем достаточно близко, Джунипер не сможет опустить угол обстрела достаточно низко, чтобы прицелиться в нас. Было нечто слегка абсурдное в том, чтобы использовать вражеские укрепления как защиту от них самих, но ситуация, в которой я оказалась, была за пределами возможностей классической тактики.
Единственным моим преимуществом на данный момент было то, что, запершись в крепости, Джунипер отдала инициативу. Я полагала, что это было её осознанное решение. Она могла атаковать нас почти сразу после того, как вывела из строя Снатчера, но Адская Гончая знала, на какие пакости способны Именованные, когда их прижимают спиной к стене. Она делала всё возможное, чтобы не загонять меня в угол окончательно, при этом продолжая наращивать перевес на своей стороне. Если бы я решила отступить и уйти в дикие земли, она бы просто последовала за мной в своем темпе: Первая Рота лучше всего проявляла себя в поле, так что я бы не получила там особого преимущества. Как бы то ни было, достигнув вчера самого дна, я сумела выкарабкаться и составить некое подобие плана. Моя главная ошибка до сих пор заключалась в том, что я пыталась победить Джунипер как командир, в то время как она была просто лучше меня в этом деле.
Она была лучшим тактиком, а её рота попросту превосходила мою – что не должно было удивлять, учитывая, что Крысомордый пытался сделать Крысиную Роту жалкой копией её подразделения. Если я буду играть в эту игру по правилам, то буду проигрывать раз за разом. Как сказал мне Блэк во время своего обычного сеанса полузагадочных советов от мудака: я должна победить вопреки правилам, а не согласно им. Козлы-самоубийцы стали первым шагом к этому – метод атаки, не имевший прецедентов в военных играх. Некромантические конструкты были важны не столько своей эффективностью – хотя, похоже, они будут чертовски эффективны, – сколько тем, что, выкинув новый фокус, я смогла захватить инициативу. Пока Джунипер реагирует, а не действует, Небеса на моей стороне.
— Хотя, технически, они ни на чьей стороне, — пробормотала я себе под нос. — Наверное, стоит вообще перестать к ним взывать.
Килиан бросила на меня любопытный взгляд, но промолчала. Я посмотрела на свой десяток и с удовлетворением отметила, что они, похоже, оправились после пробежки. Каким бы никудышным командиром ни был Крысомордый, своих легионеров он вымуштровал отменно.
— Как только Наук выйдет из укрытия, мы бежим следом, — крикнула я, убедившись, что все приняли напоминание к сведению, прежде чем снова переключить внимание на более насущные дела.
Снова подползая к гребню холма, я вгляделась вдаль в поисках остальной части роты. Никаких признаков их присутствия не было, что я сочла еще одним очком в пользу Наука: крупный лейтенант был весьма компетентным офицером, когда не находился во власти Алой Ярости. Возможно, он был излишне агрессивен в тактике, но для фронтового командира это не всегда плохо. Капитан упоминала, что генерал Истрид тоже считалась чересчур кровожадной, а ведь она была одним из самых уважаемых военачальников в Империи. После трех Маршалов она была одной из тех, чьи имена стали легендарными во время Завоевания. Я ждала появления Крысиной Роты в тишине, и мое терпение было вознаграждено: без единого слова предупреждения около шестидесяти легионеров бросились вниз по склону к палисаду.
— Это наш выход, дамы и господа, — крикнула я, поднимаясь.
Я подхватила щит и выждала несколько мгновений, прежде чем рвануть по той же земле, которую преодолела лишь недавно. Не было смысла заставлять моих легионеров строиться: это скорее стало бы помехой. Медленно движущийся и сбившийся в кучу десяток – идеальная мишень для баллисты. Чувствуя, как горят легкие, пока я заставляла тело двигаться, я перепрыгнула через низкий куст и лишь чудом не растянулась, когда нога зацепилась за корень. Крутанувшись на месте, я в последний момент восстановила равновесие и продолжила путь. Мой десяток не отставал, и прежде чем я успела перевести дух у подножия палисада, большинство из них уже были рядом.
— Все на месте? — Выдохнула я.
Килиан кивнула, слишком запыхавшись, чтобы выдавить хоть слово. Боги, как же я ненавидела бегать в доспехах. Вдалеке не было слышно звуков ударов, а значит, Первая Рота либо не успела подготовиться к выстрелу, либо мы не представляли собой цели, стоившей усилий. Солдаты Наука толпились у палисада дальше к юго-востоку, медленно рассредотачиваясь, и я жестом велела своему десятку присоединиться к ним. Мы шли, не торопясь – в этой части операции спешка была ни к чему, а вступать в дело неподготовленными означало гарантированно получить болезненную взбучку. Лейтенант с всё еще сломанной рукой нашел меня без труда. В нем чувствовалось какое-то беспокойство, словно у него зудело место, которое он не мог почесать.
— Кэллоу, — поприветствовал меня Наук. — Разделил их всех, как ты и велела. Будем готовы выступать, как только Килиан заберет свой десяток.
Краем глаза я видела, как рыжеволосая девушка направляется к своим магам, а солдаты расступаются перед ней.
— Хорошо, — буркнула я. — Пиклер удалось сделать все заслоны?
— Готовы, — кивнул орк. — Жаль, у нас нет уксуса, чтобы их пропитать, но обойдемся и так.
Я была только рада делегировать всё это дело лейтенанту саперов, не имея ни малейшего опыта в изготовлении подобных штук. Честно говоря, мой набор навыков в основном сводился к «пробиванию голов» и «отдаванию приказов пробивать головы другим». Хорошо, что при всех своих причудах мои офицеры знали толк в своем деле, потому что мои познания в саперном искусстве уместились бы в наперсток. Причем не самый большой.
— Жаль, что я не могу сделать ничего больше, кроме как торчать тут бесполезным куском мяса, — признался Наук. — Я для тебя бесполезен с самой той стычки с Мороком.
Я хлопнула его по плечу. — Мне сейчас не нужно, чтобы кто-то крушил черепа, Наук, — честно сказала я ему. — Мне нужен кто-то, кто присмотрит за ротой, пока я пытаюсь переиграть Джунипер, и ты с этим отлично справляешься.
Крупный орк неловко переступил с ноги на ногу. Он выглядел довольным… или голодным. С орками порой трудно разобрать.
— Искупайся в их крови, командир, — прохрипел Наук. — Я ждал этой части с тех пор, как ты рассказала нам план.
Я тоже ждала. Пора бы уже и нам стать теми, кто создает проблемы. Я оставила лейтенанта-орка и пошла проверить ходячую нелепицу, которая была моим козырем. Неудивительно, что именно Роббер присматривал за Бывшей Крысомордого. Мои легионеры упорно называли козла тем словесным уродством, которое было вторым предложенным вариантом, но я отказывалась потакать им в этом. У девушки должны быть хоть какие-то принципы, и на каламбурах я провожу черту.
— Всё готово, сержант? — Спросила я.
— С нашей стороны – конечно, — ответил гоблин, не сводя глаз с неподвижного козла. — Не могу отвечать за веселый парад магических миньонов лейтенанта Килиан.
Я пропустила шпильку мимо ушей, поскольку он хотя бы потрудился упомянуть звание Килиан. Опустившись на колено рядом с трупом, я коснулась его лба и усилием воли заставила подняться на ноги. К моему удивлению, мне удалось без особого труда поднять все туши, предоставленные моими людьми, хотя я еще не придумала, как манипулировать более чем одной за раз. Трупы оставались неподвижными, пока я не желала иного, и я обнаружила, что если оставить один на слишком долгое время, мне требуется физический контакт, чтобы он снова заработал как надо. Похоже, армии зомби у меня не будет… и, Великие Небеса, когда настал тот момент в моей жизни, когда я начала произносить слова «армия зомби» без тени иронии?
— Передай Пиклер, чтобы вывела цепь на позиции, — сказала я другому саперу, стоявшему рядом. — Между первым ударом и вторым у нас будет не так много времени.
Гоблинша козырнула и бесшумно умчалась, а я снова переключила внимание на зомби. Главным препятствием на данный момент было минное поле. Штурм вала оставался лишь несбыточной мечтой, пока моя рота не обеспечит себе путь через него. То, что мы больше не находились в секторе обстрела баллисты, решало одну проблему, но фактом оставалось то, что любых людей, которых я пошлю, будут всё это время осыпать арбалетными болтами. Я могла бы более-менее справиться с этим, построив кадетов «черепахой», но при такой плотности строя проход через поле, усеянное подрывными зарядами, привел бы к ужасающим потерям. Значит, моим первым шагом должна быть расчистка безопасного пути для роты. К счастью, у меня были расходные активы, которые можно отправить в мясорубку.
Бывшая Крысомордого послушно последовала за мной через пролом, который я велела пробить в палисаде; мы остановились у края зоны обстрела, глядя на вал. Как и ожидалось, его гребень ощетинился вражескими легионерами, вооруженными арбалетами Снатчера. Джунипер я не видела, но не сомневалась, что она стоит где-то, откуда просматривается всё поле боя. Позади меня через дыру просачивалась цепь саперов, передние ряды несли большие кожаные заслоны на каркасах из переделанных судисов. Все компоненты были взяты из лагеря Аиши: кожа – от её палаток, а дерево и гвозди – из её первой линии обороны. В отсутствие второго десятка моей магической линии и их больших щитов, это кустарное укрытие должно было послужить нам – к моему неудовольствию, каждый член того десятка попал в плен вместе с Крысомордым. Маги Килиан распределились среди саперов группами по трое, сама рыжеволосая девушка молча встала рядом со мной. Я хрустнула пальцами и глубоко вздохнула. Пора запускать камень.
Прежде чем я успела вымолвить хоть слово, Роббер вышел из строя и неспешно зашагал к краю поля. Выпрямив спину, он вытянулся во все свои четыре с половиной фута роста и медленно обнажил меч. С торжественным лицом он направил клинок в сторону Первой Роты.
— Спускай козла, — скомандовал он, явно наслаждаясь каждым словом.
— Напомни мне отправить его на чистку отхожих мест как минимум на месяц, — шепнула я Килиан.
Маг фыркнула. Со вздохом я заставила козла двинуться вперед. Я задала быстрый темп, но не настолько, чтобы повредить целостность трупа, и направила его по пути, проходящему прямо через середину поля. Он двигался к единственной части валов, высота которой не достигала десяти футов: вместо плотно утрамбованного камня и земли там стоял палисад, служивший импровизированными воротами. Что еще важнее, это была единственная часть укреплений, перед которой не было рва. Козел прошел около пятнадцати футов, прежде чем песок под ним взорвался. Я поморщилась. Хорошо, что моя способность чувствовать через кожу существа довольно быстро притуплялась после того, как я его поднимала, иначе отдача была бы мучительной. Я сосредоточилась на связи с некромантическим конструктом и отметила, что, хотя он и поврежден, он всё еще способен двигаться. Логично. Снатчер не станет использовать заряды такой мощности, которые могут реально убить других кадетов. Без сомнения, живое существо было бы оглушено или, в крайнем случае, обездвижено из-за раздробленных костей. К счастью, у Бывшей Крысомордого таких ограничений не было. Вызывая смутные воспоминания о том, как я проделывала подобное с собственными пальцами, я потянула за нити и вправила кости козла на место. Он медленно поднялся на ноги и, прихрамывая, побрел по полю дальше. Ему удалось пройти до пятидесяти футов, прежде чем в него попал первый огненный шар с вала. Еще три последовали почти мгновение спустя, поразив козла практически одновременно.
— Попались, — резко оскалилась я.
— СЕЙЧАС! — Выкрикнула Килиан.
Мои три группы по три мага немедленно открыли ответный огонь своими огненными шарами прямо по источнику вражеской магии. Все вражеские заклинатели, кроме одного, были потоплены в огненном шторме прежде, чем успели вернуться в укрытие. Один огненный шар они, возможно, и выдержали бы без особого вреда, но три? Эти трое магов были выведены из схватки. Жаль, что мне пришлось разделить свою магическую линию на тройки, а не на пары, но Килиан сообщила, что не может гарантировать уверенное подавление, если не сконцентрирует магию хотя бы так. Первая Рота была обучена превосходно: не успела я досчитать до пяти, как остальная часть их магической линии открыла ответный огонь по моим теперь уже открытым магам. Поздно, Адская Гончая. Мои саперы двинули заслоны вперед, и маги побежали под защиту натянутой кожи. Я нахмурилась, когда пламя ударило в щиты Пиклер: два из них выдержали достойно, но рама третьего разлетелась в щепки, когда огонь охватил его поверхность. Килиан выругалась, и я проследила за её взглядом к одинокому силуэту на валу, где поднятая рука мага медленно окутывалась разрядами ослепительной энергии. Черт. Я не предвидела, что у Джунипер окажутся маги, способные призывать молнии. Если они попадут в заслон, который уже был поврежден…
— А вот и нет, — прорычала дуни.
Рыжеволосая девушка прикусила большой палец, пока я удивленно моргала, и, размазав выступившую кровь, провела ею линию по своей щеке.
— Я корень и венец, источник и поток, буря и покой, — пробормотала она. — Сила есть цель, цель есть воля. Боги моей матери, примите этот дар и даруйте мне гнев Небес.
Последние слова прозвучали яростным шипением, и она резко выбросила руку вперед. Вокруг её пальцев вспыхнула перчатка из молний; толстая нить электричества с яростным треском прорезала воздух и столкнулась с разрядом, брошенным вражеским магом, футах в четырех над моими отступающими солдатами. Магия столкнулась с оглушительным воем, но заклинание Килиан выстояло – обе молнии погасли после столкновения. Щеки моего лейтенанта раскраснелись, она тяжело дышала, а полоска крови на её щеке каким-то образом превратилась в пепел.
Это было… впечатляюще. И, если быть до конца честной, даже немного возбуждающе. Видеть, как она обуздывает такую мощь всего парой слов, будучи в ярости… Я кашлянула и переключила внимание на дымящуюся Бывшую Крысомордого. Сейчас определенно было не время гадать, как рыжеволосая выглядит без доспехов.
К сожалению, мой зомби больше не был пригоден для бега. Я всё равно заставила его ползти вперед, и он преодолел еще десять футов, прежде чем последний огненный шар уничтожил его окончательно, лишив даже меня возможности контроля. Я сжала и разжала кулаки. Шестьдесят футов из ста, неплохо. Вопрос был в том, зарыт ли еще один заряд на этих последних сорока футах? Путь, который я расчистила, был самым простым и быстрым к входу в форт. Если где и стоило минировать, то именно здесь. С другой стороны, Снатчер мог подумать, что никто не будет настолько глуп, чтобы продолжать идти по прямой после того, как наткнулся на заряд в пятнадцати футах от начала. Из моих четырех мертвецов двое уже были непригодны. Оставшийся козел и газель были нагружены боеприпасами, которые я не могла позволить себе потерять на мине: мне нужно было взорвать эти ворота, и быстро.
— Ну что ж, Снатчер, — прошептала я про себя. — Надеюсь, ты решил перехитрить нас.
Пиклер подвела следующего козла, когда выдвигала своих саперов, прислонив его к палисаду, словно плохо сколоченный книжный шкаф. Потребовалось всего несколько мгновений, чтобы восстановить связь с нежитью; оживший труп поскакал за мной, когда я вернулась к Килиан.
— Давай сигнал, — приказала я ей. — Начинаем третью фазу.
— Операция «Обморочный козел» началась, — пробормотала она, и я бросила на неё взгляд, полный искреннего чувства предательства.
Килиан была одним из немногих оплотов здравомыслия, когда план с неживыми козлами-смертниками разошелся по рядовым; то, что она теперь примкнула к ним, было предательством худшего толка. А то, что именно Хакрам сухо предложил это название, делало всё еще хуже. Как бы то ни было, маг подняла руку и несколькими искаженными слогами создала из пламени миэзанскую цифру «три». Мгновение спустя половина моих саперов пришла в движение под охраной уцелевшего десятка из линии Крысомордого: сержант Тордис шла впереди, высоко подняв щит. Это была самая сложная часть, если разобраться. Я должна была заставить Джунипер опасаться использовать своих магов, дав понять, что мои собственные немедленно нанесут ответный удар, но у неё были и другие варианты. Рисковать одним из моих оставшихся в боевой форме десятков было противно, но необходимо, чтобы саперы смогли подойти на дистанцию броска, не будучи скошенными арбалетным огнем.
Первые болты ударили, когда они прошли двадцать футов по расчищенному мною пути. Мои регулярные части немедленно сомкнули ряды, а саперы пригнулись за ними; вся группа продолжала продвигаться вперед черепашьим шагом. Когда маги Джунипер высунулись, мои были готовы ударить на опережение, но на этот раз она была готова к нам: каждого заклинателя Первой Роты прикрывала пара солдат со щитами. Даже сосредоточенный огонь не смог пробиться сквозь эту защиту. Я поморщилась, когда вражеские огненные шары ударили в группу сержанта Тордис, выбив троих кадетов из строя – их тут же застрелили.
— Килиан, — подала я голос. — Та штука с молнией… твои маги могли бы проделать то же самое с вражескими огненными шарами?
— Нет, — призналась она. — Заклинание, которому нас учат в Академии, недостаточно точное для этого.
— Проклятье, — выругалась я, глядя, как еще двое бойцов из десятка Тордис падают замертво. — Это нам дорого обойдется.
По крайней мере, они уже были на позиции. Саперы, не теряя времени, забросали всё впереди «дымовухами», и через несколько мгновений их позиция полностью скрылась в густом дыму. Они начали отходить почти сразу; еще один солдат попал под брошенный вслепую огненный шар, но сумел оправиться, так как за этим не последовало немедленного обстрела. Саперы утащили наших потерявших сознание кадетов, и всему строю удалось благополучно выйти из зоны досягаемости противника без дальнейших неприятностей. Путь от отметки в пятьдесят футов до самого подножия вражеского вала теперь был скрыт дымом, но времени терять было нельзя. «Дымовухи» действовали недолго, когда заполняли такое широкое пространство, и хотя день был не особо ветреным, штиля тоже не наблюдалось. Даже не взглянув в его сторону, я заставила козла бежать вперед.
— Так как, говоришь, зовут этого? — Рассеянно спросила я Килиан.
Я чувствовала её улыбку по тону голоса, хотя всё мое внимание было сосредоточено на зомби.
— Кузен Снатчера, — ответила она.
— Это отдает легким расизмом, — задумчиво произнесла я.
— Может ли это быть расизмом, если его так назвали гоблины? — Задалась она вопросом вслух.
Я не ответила, так как Кузен наконец вошел в дым. Я приказала задымить поле боя, чтобы Джунипер не смогла подорвать зомби раньше времени, но очевидным минусом было то, что я и сама не видела, куда он идет. Мое Имя давало лишь смутное ощущение того, где он находится и как движутся его части. Было бы полезно, если бы я могла видеть глазами зомби, но в конечном счете моя способность создавала не более чем сложную марионетку из плоти. Всё, что я могла – это направить его по прямой и надеяться на лучшее. Безмолвным рывком за ниточки я остановила козла на расстоянии, которое оценила примерно в восемьдесят футов, и вернула часть внимания Килиан.
— Я могу доставить его к воротам примерно за шесть вдохов, — сказала я ей. — Скажи мне, когда его запускать.
Рыжеволосая нахмурилась, но кивнула, глядя куда-то вдаль и пытаясь рассчитать время. Стремиться здесь к совершенству значило бы переоценить себя, но и позволять ему слишком долго стоять перед воротами тоже нельзя: я не могла рисковать, вдруг Джунипер придумала способ справиться с ним без подрыва. Честно говоря, если они достаточно быстры, то даже один легионер, выбежавший забрать его и утащить внутрь, мог бы сработать. Маг начала тихо нараспев читать заклинание, и я не сводила с неё глаз, пока вокруг её руки формировались рыже-оранжевые языки пламени. Внезапно она кивнула, и я, вместо ответа, привела свой конструкт в движение; мгновение спустя огненный шар влетел в дым. Через несколько ударов сердца я почувствовала, как козел врезался во что-то твердое. Взрыв, последовавший следом, снова был оглушительным. И хотя сквозь дым я не видела последствий, мне верилось с трудом, что ворота уцелели. В конце концов, в этом козле было вдвое больше «кусачей», чем в прошлый раз. Будем надеяться, никто из солдат Джунипер не стоял прямо за воротами, потому что пережить такое было бы чертовски жестоко.
— Что теперь? — Спросила Килиан, вглядываясь вдаль.
— Теперь мы…
Прежде чем я успела закончить фразу, из дыма вырвалась вспышка молнии. Я среагировала на инстинктах, пытаясь пригнуть Килиан к земле, но она оттолкнула мою руку и выставила свою. По коже побежали мурашки, когда она выплюнула слово на том странном языке, которым пользуются маги, – чародейство снова столкнулось с чародейством. Что бы она ни сделала, это остановило большую часть молнии: по мне пробежала дрожь, но это было единственное, что я почувствовала. Рыжеволосая упала на колени, и я потянулась помочь ей, когда заметила, что её волосы стали… странными. Они больше походили на огонь, чем на темно-рыжие пряди, а когда она повернулась ко мне, её глаза из карих стали нечеловечески ярко-зелеными. Её тело свела судорога, спина выгнулась, словно что-то пыталось вырваться наружу, и я не знала, стоит ли мне удерживать её или позволить этому случиться. К счастью, через мгновение всё прекратилось.
— Твою мать, — выругалась она, слова давались ей с трудом и медленно. — Терпеть не могу, когда такое случается.
Я помогла ей подняться на ноги. — Слишком много магии? — Догадалась я.
— Попыталась абшорбировать… абсорбировать удар, чтобы не посекло брызгами, — ответила Килиан.
Она глубоко вздохнула и встала уже самостоятельно.
— Я в порядке, Капитан, — сказала она мне. — Голова немного побаливает, вот и всё, так что какое-то время буду пользоваться простыми заклинаниями.
Я хлопнула её по плечу. — Отдохни, лейтенант, — приказала я. — Пока дым не рассеется, всё равно ничего не произойдет.
Я позволила ей уйти, прихрамывая, без лишних слов, решив, что и мне пора сменить позицию. Тот, кто сказал, что молния не бьет дважды в одно и то же место, явно мало общался с магами.
…
К тому времени, как дым рассеялся, я вернулась на свою прежнюю точку обзора, а рядом со мной стояла неживая газель. Роббер сообщил мне, что всеобщим признанием её окрестили «Скрытным Козлом», на что я ответила ему, что либо он найдет мне табурет, либо я буду использовать его в качестве официальной подставки для ног. Я испытала огромное удовлетворение, заметив, что угроза его не на шутку встревожила. К моему удивлению, позже он появился со складным табуретом, судя по всему, добытым в лагере Аиши. Я беспечно сделала вид, будто не посылала его за тридевять земель, и заверила, что моим ногам он не грозит по крайней мере в ближайшие пару дней. Первое, что я заметила, когда укрепления снова стали видны: новая порция боеприпасов определенно была мощнее предыдущей. От прежних ворот не осталось и следа, и даже плотно утрамбованный песок и камень вокруг них пострадали.
Я долго стояла на виду у стен, позволяя ленивому ветерку обдувать лицо. Джунипер, должно быть, решила, что я выманиваю её магов, потому что инцидент с молнией не повторился. Не думаю, что этого хватило бы, чтобы прикончить меня. Два дня назад я ударила кулаком по «кусачу», и всё, что досталось моим пальцам, – это пара синяков. Оруженосцев, судя по всему, убить не так-то просто. Пробыв на открытом месте достаточно долго, чтобы у Джунипер не осталось сомнений в том, что я здесь, я оставила Скрытного Козла позади и небрежно зашагала по расчищенному ранее пути. Свой щит я оставила, зажав под мышкой лишь складной табурет. Мои солдаты неловко переминались сзади, пока я шла, остановившись примерно на полпути; со стен никто даже не попытался что-либо предпринять. Я была достаточно близко, чтобы видеть: на меня нацелены арбалеты двух полных шеренг, но пока они воздерживались от стрельбы. Спокойно разложив табурет, я поставила его на землю. Уселась и стала ждать.
Джунипер не заставила себя долго ждать. Высокая орчиха вышла из пролома на месте ворот без щита и шлема, хотя, как и я, оставила меч при себе. Меня позабавило, что она прихватила собственный табурет, точно такой же модели. Должно быть, легионный стандарт. Её лицо было непроницаемым, пока она шла ко мне, устанавливая свое сиденье напротив моего всего в паре футов. Деревянный каркас скрипнул под её весом, когда она села, всё еще храня молчание. Прошло мгновение, затем она повернула голову и сплюнула в пыль.
— Значит, ты хочешь ничью, — сухо констатировала она.
Я приподняла бровь. — Так очевидно, да? — Сказала я, не отрицая правды.
— Я тоже заглядывала в старые правила, Кэллоу, — проворчала она. — Обоюдная ничья означает, что мы сохраняем половину поставленных очков. Наверное, не стоило ставить вдвое больше того, что Крысиная Рота имеет в минусе, если хотела сохранить это в тайне.
Эта идея пришла мне в голову, когда кадеты, которых Крысомордый отправил рыться в архивах Академии в поисках старых схваток пяти рот, откопали запись о тройной ничьей. Когда инструкторы излагали правила этой битвы, они ничего не сказали о ничьих любого рода, а значит, формально не отменяли старое постановление. Затея была сомнительной, черт возьми, но я была почти уверена, что смогу это провернуть. В том, что Чёрный Рыцарь на твоей стороне, есть свои плюсы, и если Наследница не гнушается использовать семейные связи в своих целях, то и я не прочь надавить авторитетом своего учителя.
— Подумала, что неплохо иметь запасной вариант, если дела пойдут прахом, — призналась я.
— Ты бы проиграла пари, — заметила Джунипер.
— Ах, но вот в чем штука, — улыбнулась я. — Ужасная Императрица специально сформулировала это так, что Наследница получит назначение, только если я проиграю. Ничья – это не поражение, это просто отсутствие победы.
— А если, не дай Боги, наш Оруженосец проиграет? — вот её точные слова. После суда я гадала, почему женщина, которая должна была быть политическим покровителем Блэка, не сочла нужным протянуть мне руку помощи, раз уж я его фактическая ученица. Только в ночь перед схваткой я поняла, что она тонко направила Условия пари, чтобы дать мне шанс.
— Очень умно, — Джунипер неприятно улыбнулась, блеснув клыками. — А теперь скажи мне, почему мне вообще не должно быть плевать?
— Потому что сейчас всё может обернуться как угодно, — честно сказала я ей. — У меня всё еще остались мои маленькие миньоны, и я могу наделать новых.
— В конце концов у тебя закончатся боеприпасы, — прорычала она.
— В конце концов у тебя закончатся солдаты, — парировала я. — Боеприпасы не выведут тебя из игры, конечно, но тогда у меня всё еще останутся боеспособные люди.
— Которым придется пересечь открытое поле под обстрелом, — огрызнулась Адская Гончая.
— Придется, — пожала я плечами. — Вот почему я поставлю своих раненых вперед, чтобы они принимали на себя арбалетные болты.
Глаза орчихи сузились. — Некоторые из них могут остаться калеками на всю жизнь. Если сломать кости снова слишком быстро, это мешает магическому исцелению.
Моя ответная улыбка была холодной, ледяной. — Ты недооцениваешь, как сильно я этого хочу, Адская Гончая. Если у тебя есть моральные терзания по поводу калечащих кадетов, то не стреляй в них из своих гребаных арбалетов.
Вот в чем штука с угрызениями совести: их так легко швырнуть обратно в того, кто пытается ими в тебя бросаться. Джунипер посмотрела на меня так, будто мы встретились впервые. В каком-то смысле так оно и было. Моя небольшая интерлюдия в Военной Академии была приятным развлечением, и я приобрела полезные навыки, но была причина, по которой я пришла сюда в первую очередь. Я не настолько лицемерна, чтобы дрогнуть перед лицом увечий других, когда сама подписала смертный приговор тысячам, отпустив Одинокого Мечника. Другой командир спокойно расправила плечи, обдумывая услышанное.
— Сделки не будет, — наконец сказала она. — Мне в этом нет выгоды, Кэллоу. Всё может обернуться как угодно, конечно. Значит, я могу победить.
Я вздохнула. — Знаешь, я гадала, для чего нужны ротные счета, когда впервые услышала о них, — сказала я ей.
Она уже собиралась встать, но, когда я продолжила говорить, замерла. Если она и была сбита с толку моим замечанием, то никак этого не показала.
— Попроси своих офицеров просветить тебя, — буркнула она. — Это влияет на распределение в Легионы после выпуска.
— Теперь я это знаю, — ответила я. — Тогда мне это не казалось чем-то важным, но потом я вспомнила, что у меня был сон.
Орчиха насмешливо оскалилась. — Ты собираешься сказать мне, что у тебя все эти грандиозные планы, так что я должна позволить тебе победить? Стыдно, Кэллоу. Ты уже почти начала казаться терпимой.
— Не такого рода сон, — мягко сказала я. — Я имею в виду сон об Имени.
Это привлекло её внимание, и даже очень. Её рот захлопнулся со стуком.
— Суть его, я думаю, заключалась в том, что иногда нужно отдать, чтобы получить, — задумчиво произнесла я. — И это заставило меня задуматься: чего хочешь ты, Джунипер?
— Было бы неплохо, если бы ты перешла к делу, — прорычала она.
— Видишь ли, я постоянно слышу о тебе всякое, — продолжила я. — Адская Гончая, ни разу не проиграла. Лучший тактик, почтивший Академию своим присутствием со времен Реформ, первая в каждом классе.
Я видела, как она готовит, без сомнения, довольно едкую отповедь, но я перебила её.
— Единственное, чего я о тебе не слышала, — тихо произнесла я, — это то, что ты дочь Истрид Погибели Рыцарей.
Мясистая рука орчихи сжала эфес меча.
— Ты угрожаешь моей матери, Кэллоу? — Прорычала она.
Я покачала головой.
— То, что ты не вплетаешь в это фамильное имя, говорит о многом, — сказала я ей. — Значит, ты хочешь добиться всего собственными заслугами. Значит, ты амбициозна.
— Знаешь ли, прикончить тебя было бы отличным достижением для меня, — орчиха злобно ухмыльнулась. — Если я одолею Именованного на поле боя, я вступлю в строй трибуном или, по крайней мере, старшим капитаном.
— Ты можешь рискнуть и попытаться, — согласилась я. — Или ты можешь заключить со мной ничью прямо сейчас и стать самым высокопоставленным офицером в Пятнадцатом Легионе.
Она уставилась на меня, раскрыв рот, и я получила от этого зрелища гораздо больше удовольствия, чем следовало бы.
— Ты не можешь этого обещать, — прорычала она.
— Еще как могу, — отрезала я. — Вся суть того, чтобы быть злодеем, Джунипер, в том, что ты можешь делать практически всё, что тебе, черт возьми, вздумается, пока кто-то тебя не остановит. И кто меня в этом остановит? Блэк? Если я что-то и знаю, так это то, что он сейчас подслушивает нас со своей обычной злобной ухмылочкой.
Другой командир пришла в себя через несколько мгновений, её теперь уже спокойное лицо прорезала морщинка.
— Я буду под твоим началом, — сказала Джунипер.
— Ты будешь под чьим-то началом, что бы ни случилось, — пожала я плечами. — Ты хочешь служить в тени кого-то, кто заслужил свои шпоры во время Завоевания, или ковать совершенно новый легион вместе со мной?
Я видела борьбу в её глазах, а это значило, что я побеждаю.
— Ты меня подкупаешь, — обвинила она.
— Бесстыдно, — призналась я. — Но тот факт, что мне приходится тебя подкупать, означает, что ты этого стоишь.
Это вызвало у неё смешок.
— Всё, что означает ничья – это то, что я признаю: прямо здесь и сейчас мы равны, — сказала я, глядя ей в глаза. — Я не слишком горда для этого. А ты?
Я протянула ей руку. После долгой паузы она наклонилась вперед и пожала её.
— Ничья, — буркнула она.
— Ничья, — эхом отозвалась я.
Дважды прогремел гром, и оба наших знамени появились в небе, оранжево-красные. Мы поднялись на ноги, и я посмотрела в сторону.
— «Вопреки правилам», как ты и говорил. Видишь? Я всё-таки слушаю, иногда, — прошептала я.
Обновлено: 09.04.2026