Хранилище внутри изначально предстало перед глазами не шибко чем-то особенным. Это была пустая семиугольная комната размером с три гаража. На каменных стенах вырезаны непонятные узоры, покрытые вековыми трещинами. Здесь было прохладно, и Гокоме часто кашляла от кружившейся пыли, забивающей нос.
Светом здесь служили настенные факела, которые стали зажигаться один за другим, как только они вошли. И впрямь сколько ни смотри, а ничего примечательного. Было бы, если бы ни одна вещь. В центре этой комнаты был каменный округлый стол. Его ножки уже давно заросли паутиной и тонной пыли. Как только зажегся свет, насекомые расползлись в разные стороны.
И всё бы ничего, но над поверхностью этого стола в воздухе, медленно опускаясь и поднимаясь, парило оружие, окруженное магическим барьером, уходившим в потолок. Это был громоздкий одноручный меч. По одному его виду сразу можно признать древний и прекрасный артефакт.
Его лезвие было длиннее и тоньше, чем у обычных западных мечей. Оно словно стеклянное просвечивалось, переливаясь внутри какими-то светящимися, как жилы, линиями.
Но выделялась и рукоять, по середине которой была необычная пульсирующая сердцевина света. От нее еще вились магические ленты.
С виду прост для одного взгляда, но, приглядевшись, сразу понимаешь, что перед тобой истинная сила, принявшая облик орудия. Сила настолько непостижимая, настолько красивая и смертельная, что перед ней уже хочется пасть на колени.
От такого оружия любой противник примет смерть с радостью и со слезами на глазах. Вот насколько этот меч входит в душу и сердце одним своим видом.
Гокоме не знала, что это за меч, но, увидев его, поняла, что никогда не сможет забыть, вспоминая с восхищением.
— Итак, Гокоме-доно, — обратился к ней Ога, заставив ее выйти из мыслей. Девушка удивленно посмотрела на старика, придерживая одной рукой край хаори на груди. — Это и есть то самое сокровище, о котором я говорил. То, что передавалось в твоей семье из покон веков. Великолепное и редкое эйф Карьернар. Ну, по крайней мере, такое имя ему дал ваш предок Гофукакуса Ирью.
Не зная, что сказать, Гокоме стояла как громом пораженная. Она сглотнула, говоря так, будто совсем забыла, как это делается.
— И вы хотите сказать, что это теперь мое? — неверя вопросила она, указав на себя пальцем. — Этот меч?
Ога с гордостью кивнул. По глазам видно, что старик счастлив. И это счастье, не известное самой Гокоме, пугало ее.
Нуи Нон вместе с другими главами клана стояли позади. Альбиноска учтиво держа дистанцию чему-то хмурилась, сжав пальцы опущенных вниз рук, скрещенных в замок.
— А что тебя не устраивает, девочка? — не к месту вклинился Одору, почесывая щетину. — Ты для этого сюда и пришла. Это твое по рождению. Чему удивляешься?
Стоя к нему спиной, Гокоме закусила губы, выдерживая нарастающее раздражение. Лично ей вся эта ситуация была в корень не ясна. Больше всего она ненавидела, когда ее водят за нос, ничего не объясняя как следует.
— Но для чего мне это оружие? Может хоть кто-то начнет объяснять как следует? Я уже ничего не понимаю!
— Гокоме-доно, ты ведь сделала свой выбор, так? — начал Ога с коварной ухмылкой, когда девушка бросила на него сердитый взгляд. — Ты решила снять проклятье и погрузиться в наш мир. Я ничего не упустил?
— К чему вы это? — прошипела Гокоме, сощурившись.
— Помнишь, я сказал, что у меня к тебе есть условия в случае, если ты выберешь этот вариант? Так вот. Я позволю тебе делать что захочешь, но ты должна принять наследие своей семьи. Этот эйф — часть этого.
Он указал на меч за барьером, и Гокоме оставалось лишь скривиться. Ей все еще не до конца ясно, что к чему, но теперь кое-какие детали стали проясняться. А дед взаправду хитрожопый. Гокоме думала, что в целом значит это наследие, и вот он, ответ.
— Позвольте уточнить кое-что, — мрачно, но все так же вежливо начала Гокоме. — Под всей этой бравадой о наследии вы имеете в виду, что я должна взять на себя роль главы клана Мононоке, ведь так?
Смотря на нее с неизменной улыбкой, старик наклонил голову набок и почти как ребенок по-невинному спросил:
— А что-то не так?
— Конечно не так! — вскипела Гокоме. — Я сказала, что хочу снять проклятье, вот только никто из вас и словом не обмолвился о том, что мне нужно стать главой целого клана! Одно дело поиски, а другое — управление! Вы взаправду решили, что я справлюсь? Девочка-подросток, для которой все это было лишь частью какой-то гейм-фэнтези?! В играх хоть выборы есть и запланированный сюжет, а здесь реальность! Да это как младенца за руль гоночной машины посадить на ходу!
— Ха-ха-ха! Гокоме-доно, а ты куда эмоциональней, чем казалась изначально! Напоминаешь мне одного из своих прадедов! Ой, не могу! Давно мне уже так весело не было!
*«Да над чем ты смеешься, средневиковая пенсия? *— оторопела от его реакции Гокоме. — *Я ведь реальные факты привожу, а он хохочет, будто это шутка какая-то. Не смогу я управлять! Не буду!»*
Стоявшие в сторонке Нуи Нон, Одору и Широй тоже выглядели не особо радостными.
— А Ога-сан всегда был таким весельчаком? — спрашивала Нуи Нон, смотря на эту сцену, с потерянностью прижимая руку к щеке. — Сколько себя помню, хохотал он так безудержно только на пьянках.
— Мдааа. Ога-кун совсем себя от радости потерял, — ворчливо покачал головой Одору и поднял взгляд на возвышавшегося Широу. — А ты что скажешь? Не похоже, что наша «будущая» глава рада такому событию.
— Думаю, что вмешиваться пока не стоит. Если Гофукакуса Гокоме решит, что это не для нее окончательно, тут уж ничего не поделать. Хотя, думаю, Ога и впрямь переборщил.
Слыша их беседу, Нуи Нон, прижав руку к груди, угрюмо кивнула. Она всего лишь жрица, которой много веков назад Акарумэй передал свои обязанности. Да, ее статус высок по сравнению с большинством бьякко и многих мифиан в этой стране, однако все, что она может, — это наблюдать за всеми, кто был из семьи Гофукакуса. Никак вмешиваться во что-либо было не положено.
Изначально, еще когда они с Ногами Оозорой только прибыли в верхний слой, все, чего желала Нуи Нон, — это найти наследника и сказать ему правду. Она слышала о том, что у Вакаге родилась дочь, что вызвало шок, однако увидеть своего ребенка он никому не позволил.
Вакаге зашел так далеко, что не просто дал распоряжение не приближаться к его семье, а еще и наложил на тот камень печати, чтобы их не обнаружили. Перестроил целый дом, сделав с ним то же самое. Гофукакуса Вакаге не был одарен способностями к использованию блазна, однако, похоже, у него были связи на Фомальгауте либо его отец Кагехиса научил чему-то перед своей смертью.
В любом случае проблем он доставил не мало. Оберегать свою семью — это, конечно, хорошо, но вот к чему привела его добродушная безалаберность. Эта девочка, в которой течет кровь ее предков, душой все чувствует. Ее тянет к этому месту, и даже ее взгляд стал ярче, едва она попала сюда.
Попробовав ее кровь, Нуи Нон ощутила радость, ликование, ностальгию, веселье, а также печаль, тоску и терзания. Кровь всех ее предков, что она пробовала до этого, имела один и тот же вкус. Их чувства едины и неизменчивы каждое поколение.
Но сейчас Нуи Нон не была уверена. Ей казалось, что эта девочка не создана для такой громоздкой роли, какую ей эгоистично отвел Сэйсинреку Ога.
Старику явно хотелось встряхнуть стариной, раз уж он буквально по головам идет. Ведь сам понимает, что для Гокоме ноша непосильна на данный момент. Если бы девочку с пеленок растили здесь, в этом мире, еще куда ни шло, однако она уже полностью сформировалась на своем слое. И Нуи Нон это все не нравилось. Но как это все прекратить, она тоже не знала. У нее нет на это прав.
Ей искренне хотелось, чтобы Гокоме отстояла свое и не стала главой клана.
— Тогда, Гокоме-доно. Позволь спросить, как ты собиралась снимать проклятье?
От его вопроса Гокоме оторопела. Она прикрыла рот, потом часто заморгала, отвела взгляд в сторону, явно растерявшись. Ога же, не торопя ее, лишь шире улыбнулся, терпеливо ожидая ответа.
— Ну… Я… Эммм… Думаю путешествовать… Н-наверное… И так... что-то…
— Если проще, то ты не знаешь, с чего начинать, — поддел ее старик, потирая пальцами длинную бороду. — Разве не в таких случаях молодежь должна у старших спрашивать, как им быть?
Это еще больше расстроило Гокоме, но она понимает, что он полностью прав. Опустив свое возмущение в лице, девушка опустила голову, выдохнула и просто молча кивнула.
— Ха-ха-ха! Не нужно такое личико делать. Тебя никто не ругает. Наоборот, мне нравится, как твоя молодая кровь бурлит. Сам таким был в юности.
— Обычно беспечность и необдуманность — не мой конек, — расстроенно проговорила Гокоме, потирая шею. — Я всегда думаю наперед, но, видимо, уже слишком устала от всего.
— Оно и видно, — понимающе кивнул Ога. — Не волнуйся, надолго более не задержим. Однако, Гокоме-доно. Позволь тебе кое-что объяснить. Я уже говорил, это Фомальгаут далеко не безопасное место, — его голос стал куда серьезней, а лицо суровым. Гокоме невольно выпрямила плечи, готовая слушать. — Я осознаю, что ты не готова стать главной, и меня радует, что ты сама понимаешь, насколько это все важно. Ведь от нас зависит вся наша страна.
— Что? — удивилась Гокоме. — Вы хотите сказать, что этот клан управляет целой страной?!
— Так и есть.
Если это место называют Альтернативностью, а культура похожа на древнюю Японию, не значит ли это, что этот клан… Руководит страной размером с целую Японию?!
Япония, конечно, по сравнению с другими материками лишь островок в океане, но все же страна. Невозможно управлять целой страной всего лишь одним кланом. В ее мире недаром все поделено на префектуры, и каждой префектурой кто-то управляет. Есть лишь глава всей нации как ее символ, однако власть поделена для упрощения. Не только в Японии так, во всех странах!
Это уже слишком! Как она вообще сможет управлять всем этим? Только к краху приведет.
Ее лицо горело от ужаса и нарастающей паники. За все это время ее уровень стресса достиг максимальной отметки. Тут и до панической атаки недалеко.
— П-простите. Но я думаю, я не смо…
— Само собой, не сможешь, — не дал ей договорить Ога, и девушка окаменела от его прямоты. — Вот только, Гокоме-доно, это будет наилучшим выходом.
Гокоме округлила глаза. Нуи Нон и остальные тоже навострили уши.
— Наилучшим?
— Именно. Проклятье в нашем мире — это не просто заклятье или порча. Это сила. Сила, которая могущественна и не изучена до конца. Она зарождается внутри мифиан и ишихаев с самого рождения, как и благословение. Можно сказать, что это что-то вроде врожденной неудачи или везения.
*«А. Ну с этим я знакома как никто иной», *— уныло подумала Гокоме.
Ей всю жизнь не везет с самого рождения. Неудача для нее — это едва ли не второе имя. Особенно больно это стало осознавать, когда она выяснила, что ей по правилам родословной должно, наоборот, во всем везти.
Однако род решил отыграться на ней по полной, раз везение ей и не снилось в течение этих шестнадцати лет. Тут прям выть хочется от такой несправедливости.
— А это значит, — продолжал Ога, — что решение твоей цели может быть и не здесь вовсе. Как ранее грубовато высказался Оозора, за эти девяносто девять поколений многие члены твоей семьи женились исключительно на мифианках со многих стран и островов на Фомальгауте.
Значит, в ее роду помимо ведьм есть еще что-то такое, о чем даже не подумаешь. Удивительно, что при такой наследственности она сама еще выглядит как человек.
— Мы живем в относительно мирное время. И отношения с крупными соседями у нас стабильные. Однако времена настаю не легкие, — старик огорченно выдохнул, покачав головой.
Гокоме решила осторожно спросить об этом:
— У вас какие-то конфликты с другими странами?
— Лично мы ничего против никого не имеем, — резко и бурно заговорил Одору. Гокоме быстро повернулась назад. — Вот только последнее столетие многие захотели отхватить от нашей страны по кусочку. Разные истории придумывают, чтобы нас поддеть и к войне подвести. Мы не отвечаем им агрессией, но в последнее время это становится невыносимо! Аж бесит! Спасу нет от этих чертей!
— Но почему именно сейчас? — поинтересовалась Гокоме и удивилась, когда все вздохнули в один такт.
— Дело в том, что началось-то это все не так уж и недавно, — разъяснил Широй. — Клан Мононоке обрел власть сразу после победы над принцем Дзанкоку. Многие мифиане нашей страны от мала до велика либо вошли в наши ряды, либо жили под нашей опекой. Так было всегда. Были даже иммигранты из других стран.
— Однако после того, как Гофукакуса Иссэй покинул Фомальгаут и ушел на верхний слой, — продолжила уже Нуи Нон с поникшим видом. — Последней главой была его мать Беллаора Элмар. Пусть и со скверным характером, но правила она лучше своего почившего на тот момент мужа. И после ее смерти никто место главы не занимал.
— Да, — протянул Ога, закрывая глаза. — Управлять всем пришлось нам. Так как ни Иссэй, ни его сын, ни внук не согласились сюда возвращаться. Глава клана — лицо этой страны. А если его нет…
— Авторитет страны сильно падает. А вместе с ним значимость и сила перед другими, — договорила Гокоме с такой же нехорошей ноткой.
Получается, другие страны в этом мире решили, что надежной опоры у клана больше нет. А значит, ни управлять, ни защищать ее больше некому. Но напасть открыто слишком большой риск. Ведь наверняка есть те, с кем у них заключен союз. И во избежание войны и плохих отношений им проще все взять хитростью.
Конфликт наций очень хорошо подошел бы. Если мифиане, живущие в этой стране, причинят вред кому-то из наций-соседей, можно легко начать давить и провоцировать. Также может развиться сильная вражда между народами в зависимости от того, что произошло.
И впрямь очень хитро. Все-таки не все дураки, кто сидит у главного руля. Но они не нападают в открытую, а значит, еще опасаются. Не такая уж эта страна и легкая добыча.
Вопрос лишь: надолго ли? Насколько еще хватит времени, чтобы не началась война?
*«Так, стоп. Но если здесь начнется война… Я не смогу снять проклятье! Не до того будет! Вообще ни до того!»*
— Но помимо этого, — выступила вперед Нуи Нон. — Юная госпожа, вы помните, что вам говорил господин Оозора? О том, какими были ваши предки?
— Э? Кажется, — задумалась Гокоме. — Что-то о том, что среди моей родни были и нехорошие люди.
Нуи Нон тяжело вздохнула. Тема тоже, видимо, не из приятных.
— Нехорошие — это мягко сказано. Понимаете, ваши предки, которые были нехорошими в прошлом, очень сильно… Ну, скажем так, подпортили репутацию вашей семьи. Принц Дзанкоку и впрямь была родоначальником этого, и никто дальше нее так далеко не заходил. Но в дальнейшем были те, кто вел себя ужасно по отношению к другим.
— Другими словами, не многие мне будут рады на моем пути. Я это уже поняла.
— Нет. Вы ничего не поняли, — помрачнела Нуи Нон. — То, что вы станете лицом нашей страны, звучит замечательно. Однако вы также станете удобным предлогом к началу войны.
— Ээ! Но я же ни в чем не, — девушка стушевалась, не закончив свое предложение.
Виноватой себя Гокоме ни разу не считала, просто не знала, как переобуть это всё в свою сторону. Похоже, в этом мире, в отличие от её, очень озабочено относятся к тому, какими были предки и как они себя вели в прошлом.
Этот Оозора явно точит зуб на её умершего отца, но при этом всю злость вымещает именно на ней. Хотя Гокоме это бесит, ведь ей неважно, что вытворяли прадеды в прошлом, её саму это никак не касается.
Теперь ещё и с этим разбираться придётся? Чёрт, как же бесит непомерно.
— А ещё это даст ей кучу привилегий, — подал голос Ога. Он был уже не таким серьёзным и, словно, пытался разрядить атмосферу. — Ведь став главой клана, ты получишь и власть, и статус. У тебя, Гокоме-доно, появится влияние, а ещё богатство. А значит, многие двери будут раскрыты. Как по мне, плюсов больше! — ухмыльнулся он, показав большой палец.
Удивительно, но Гокоме стало заметно легче, что она не смогла не улыбнуться в ответ. Вот только Нуи Нон стала мрачнее тучи. Её лисий хвост распушился.
— Ога-сан, прошу, не забивайте юной госпоже голову. Это не игрушки!
— А я и не играю. Говорю как есть. Ты чего взбеленилась-то?
— Взбеленилась? — ошарашенная его легкомыслием переспросила она и оскалилась, сморщив лицо, теперь уже напоминая лису. — Я жрица, и у меня нет права указывать или принимать решения. Но то, что делаете вы, непозволительно! Помимо присмотра моя задача — беречь род Гофукакуса. Вы ведь понимаете, на какие риски идёте. Я не против, если бы вы просто помогли ей найти способ снять проклятье, но делать её, неопытную девочку, по факту ребёнка, главой клана… Это абсурд!
Ога с полным равнодушием вновь погладил бороду, делая вид, что обдумывает её слова, ведь последующая улыбка явно дала понять, что его это не особо-то и волнует.
— Лично я считаю, что Гокоме-доно должна сама пройти этот путь.
— Что?! — рыкнула Нуи Нон.
— Как по мне, это судьба, что она пришла сюда именно в такое время. Даже эйфа так считает. Недаром ведь спустя столько столетий впустила нас сюда.
— Эйфа здесь ни при чем! Юная госпожа! Вы ведь даже не знаете, что значит принять эйфу, так? А я расскажу, — Нуи Нон бросила сердитый взгляд на Огу, проверяя его реакцию. Тот лишь рукой помахал, мол, давай-давай. — Эта эйфа отличается от орудий, сделанных мифанином или ишихаей. Ее происхождение буквально божественное. Такие эйфы есть, однако они крайне редки, и управлять ими мало кто может. Они служат только одному хозяину. И если вы возьмете эйфу в руки, она признает вас по крови, и тогда о вашем существовании прознают все на Фомальгауте.
— Это как это все? По связи там, телефон или…
— Великий поток даст эту информацию всем, кто владеет блазном, — ответил Широй. — Ты ведь видел в небе тянущийся вдоль свет? Днем его почти не видно, а вот ночью отчетливо. Это и есть великий поток. В нем все и зарождается. На языке предков мы его называем Туй Юан.
Значит, это похоже на интернет. Магический интернет. Как забавно, что магия и технологии в действительности мало чем отличаются, если сравнить. Только за этот платить не надо.
Нуи Нон и Ога продолжали спорить о том, как лучше поступить. Старик-демон отвечал равномерно, не беспокоясь, а вот девушка-лиса все больше распылялась. Гокоме же была между двух огней, но все же обдумывала ситуацию.
Пока в одно ухо она слышала:
— Юная госпожа — последняя из своего рода! Моя задача — обеспечить ей полную безопасность, раз уж господин Вакаге погиб!
А в другое…
— Ты слишком зациклилась на роли жрицы. Я думаю, пора расширит кругозор. Для нее это такой шанс узнать мир, где ее место по праву рождения.
Гокоме задумчиво повела взгляд в сторону меча за барьером. Нуи Нон сказала, что как только она возьмет его в руки, то станет частью этого места официально. Ни сбежать, ни сделать вид, что ничего не было, не получится.
Звучит не очень приятно. Ведь не знаешь, как дальше пойдут события. Для себя Гокоме все уже решила. Ее сбила с толку эта информация, и сейчас она ее принимает, ища плюсы для себя.
Откроется множество дверей, однако о ней узнают все. Семья Гофукакуса, не утратившая власть и обретшая наследника, явно будет у всех на слуху, если верить словам этих нелюдей.
*«Для интроверта уже звучит как гора проблем. Но…»*
Ее все никак не отпускал вид этого меча. Дело было не в красоте или удивлении. Он словно звал ее. Душа Гокоме дрожала так же, как когда она входила в портал через ворота тории.
Игнорируя спор, девушка, не отрывая глаз от оружия, подошла ближе. Пальцы опущенных рук дергались в желании коснуться. Гокоме хотела его коснуться. Она чувствовала себя как человек, страдавший от жажды и видевший кувшин с водой.
— Юная госпожа? Что случилось? — в замешательстве расспрашивала Нуи Нон.
— Я, — выдохнула Гокоме и повернулась к ним. Глаза цвета чистого серебра горели особой силой, а голос проникал в самые сердца своим спокойствием. — Я принимаю это оружие. Эта эйфа, — Гокоме вновь смотрит на меч, слыша, как бьется ее сердце. — Просит меня об этом. Оно зовет.
Обновлено: 19.02.2026