У подножия склона за школой тихо прятался один-единственный магазинчик, и Шин, как раз выходивший оттуда, внезапно заметил стоящую Лену, из-за чего его лицо скривилось, будто говоря: «Чёрт...». Глядя вверх на лицо, находящееся примерно на полголовы выше неё самой, девушка задорно ткнула в него указательным пальцем.
— Пи-пи. Нарушение школьных правил, Шин.
— Лена... ‒ опустил плечи он и вздохнул. Вероятно, потому что этот обмен репликами с момента поступления повторялся уже много раз. ‒ Каждый раз одно и то же. Спасибо за неустанную бдительность, госпожа председатель студсовета.
— Это моя работа. ... За снисхождение я потребую плату, — ответила Лена, как маленький ребёнок, широко раскрыв рот со звуком «ааам». ‒ Один кусочек, пожалуйста.
Он поделился с ней своим Рамунэ-айсом ‒ тем самым, с двумя палочками, который ломают пополам по центральной бороздке. Изящно усевшись, сложив ноги вместе, на парковочном ограничителе под большим деревом на стоянке магазина, Лена с хрустом уплетала это прохладное, слегка сладкое, светло-голубое лакомство.
[П/П: «Рамунэ-айс» ‒ по сути мороженое, замороженный лёд, которое имеет вкус одноименной газировки.]
Хотя летний полдень был залит палящим солнцем, благодаря ветру и обилию зелени в жилом районе в тени было довольно приятно. Для глаз, привыкших к зелёной тени, это был ослепительно-белый пейзаж чрезмерно ясного летнего дня, словно наяву видимый сон.
Лена подумала, глядя на сидящего рядом Шина, который давно доел мороженое и уже вскрывал упаковку второго булочного изделия, что хотя для неё эта температура ещё терпима, для него, с более высокой температурой тела, наверное, было невыносимо жарко. Об этом так же говорила его вспотевшая рука, выглядывающая из-под рубашки.
К слову, Лена совершенно не задумывалась о том, почему Шин, который заходил в магазин совершенно один, купил это, явно рассчитанное на двоих, мороженое.
— Спасибо за угощение. В следующий раз я в качестве ответного жеста что-нибудь принесу в клуб. Ну, что-нибудь домашнее.
— … Ну, тогда вложи всю душу в то, как будешь размешивать порошок спортивного напитка в воде, ‒ произнёс невозмутимо Шин, из-за чего Лена недовольно надула щёки.
Лена, воспитанная как настоящая леди, держала нож разве что на уроках домоводства и даже не заходила на кухню. Отчего просто ужасно готовила. Да, готовка ей не давалась, но то, что от неё вообще ничего не ждут, было немного… нет, очень обидно.
— Думаю, ребята из клуба всё равно обрадуются. Если это будет сделанное своими руками от самой Королевы, занявшей первое место в конкурсе красоты.
Но проблема вовсе не в том, порадуются ли парни из того же клуба.
Как бы то ни было, Лена внезапно сильно покраснела.
Речь шла о прошлогоднем конкурсе красоты, традиционном мероприятии школьного фестиваля. Из-за заговора одноклассников Лена вышла «в бой» в маниакальном косплее в виде военной формы и по итогам голосования была безоговорочно выбрана победительницей.
— А, это… ну…
— Борьба, наверное, была серьёзной, но ты всё-таки победила. Ну, чего ещё ожидать от Королевы.
— Да хватит уже… перестаньте звать меня «Королевой», пожалуйста!
Именно так.
С тех пор после фестиваля, неизвестно чьими усилиями, за Леной прочно закрепилось прозвище «Королева». Вероятно, причиной был её по-настоящему серьёзный, внушительный военный наряд, вплоть до идеально подобранной фуражки.
— Я была рада, что меня так поддерживали, и… победить тоже было приятно, но всё же «Королева» — это…
— Раз тебе идёт, разве это не нормально? Королева.
— Я же говорю, прекрати! Я приказываю тебе! К-как Королева!
Лена, которая покраснела так, что это было видно даже в тени, выкрикнула это изо всех сил, а Шин тихо усмехнулся.
— Как прикажете, Королева… Хотя я всё равно не послушаюсь.
Обновлено: 03.02.2026