Когда я распахнул дверь переговорной на шестом этаже, Ким Донсу и начальник Второго актёрского отдела Ку Сончхоль рычали друг на друга.
— Ку Сончхоль, вы вообще как своих людей воспитываете?! Бросил актрису в рабочее время, сам неизвестно куда умотал! Мои указания в упор игнорирует, а потом несёт чушь, что, мол, сценаристка Ли Джиён одобрила Чон Юджин!
— Ты закончил? Проблема началась с того, что ты самовольно дёргаешь сотрудников чужого отдела!
— А что плохого в том, чтобы уделить внимание дойной корове вроде Ёнин, которая реально приносит деньги, а не какой-то статистке? Когда горит, можно и у других отделов попросить помощь, разве нет?
На каждый довод Ким Донсу у Ку Сончхоля лопалось терпение.
— Слушай! Ты думаешь, Юджин вечно будет на эпизодах?! А Чу Ёнин — так пусть ваш Третий отдел сам с ней и разбирается! Какого чёрта ты моих людей за ней посылаешь?!
Перепалка затягивалась, и я кашлянул, обозначив своё присутствие.
— Кхм. Я пришёл.
Ким Донсу обернулся и в два шага оказался передо мной.
— Эй! Первогодка! Проигнорировал мой приказ и бросил площадку?! Совсем сдурел? И ещё мне врёшь в лицо?!
Хрясь!
Ким Донсу схватил меня за грудки.
В этот момент я с досадой осознал, что все пять стадий принятия смерти, через которые я прошёл, оказались впустую.
«Это что — шестая стадия?»
Ярость подкатывала к горлу, но странным образом на губы просился смех. Видимо, злость перешла все мыслимые пределы.
«Ну здравствуй, сволочь. Рад тебя снова видеть, Ким Донсу».
Шесть лет стажа, тридцать два года. Ким Донсу.
Человек талантливый и невероятно честолюбивый.
Острый взгляд, волосы, уложенные помадой, серебристые очки в тонкой оправе — Ким Донсу держал меня за грудки и буравил взглядом.
В «Куллёнсве Энтертейнмент» он получил повышение на втором году, стал тимлидером на четвёртом и начальником отдела — на шестом. Путь, на который у других уходит минимум десять лет, он пролетел за шесть, и даже возглавив Третий актёрский отдел, продолжал набирать обороты.
Конечно, за ним стояла мощная поддержка крупнейшей в компании группировки — выпускников Сеульской академии искусств, — но даже враги не могли отрицать профессиональных способностей Ким Донсу.
Именно благодаря этому положению он привык распоряжаться сотрудниками чужих отделов так, будто те были его личными подчинёнными. И даже в присутствии заслуженного ветерана Ку Сончхоля хватал меня за грудки без тени стеснения.
Но теперь всё будет по-другому.
Потому что вернулся я — человек, который знает его истинное лицо лучше кого бы то ни было.
Я было хотел устроить ему разнос, но — стоп. Сейчас я всего лишь менеджер-первогодка.
Загнав злость поглубже, я посмотрел Ким Донсу в глаза.
— Послушайте, я признаю свою вину, но не могли бы вы для начала отпустить рубашку?
Ким Донсу опешил — раньше-то я трясся от страха по любому пустяку, а тут вдруг изменился.
— Что?! Ха, ну ты и наглец. Эй, первогодка! Ты хоть в курсе, что из-за тебя сегодня сорвался один пункт в расписании Чу Ёнин?
В этот момент вмешался Ку Сончхоль:
— Эй! Ты чего моего парня за грудки хватаешь? А ну отпусти!
Ким Донсу затрясся от злости, но хватку всё-таки разжал.
— Короче. Первогодка — на полгода зарплату урезаю вдвое. Имей в виду.
Вот это удар по больному.
Полгода!
Я получаю два миллиона двести тысяч вон в месяц. Если урезать вдвое — останется миллион сто.
Наказание оказалось жёстче, чем я ожидал. Я покосился на Ку Сончхоля — тот нахмурился, но кивнул. Похоже, отыграть назад уже не получится.
Ладно, чёрт с ним.
За спасение Мисо — это ещё дёшево. А если что-то понадобится, можно аккуратно провести через представительские расходы.
— Понял. Объяснительную положу вам на стол завтра утром.
Моя невозмутимость, похоже, задела Ким Донсу — его лицо снова перекосилось.
— Вот дерзкий щен...
Стоп. А зачем он сжимает кулак?
Неужели ударит?
Я начал готовиться увернуться, но тут Ку Сончхоль взорвался:
— Притормози, щенок! Сказали — урезание, значит, урезание! У меня на глазах моего человека бить собрался?! Я терпел-терпел, но ты реально нарываешься! Хочешь, чтобы я тебя в землю закопал, а?!
Ку Сончхоль — мужчина ростом около ста семидесяти двух, с заметным брюшком, но в молодости он профессионально занимался дзюдо. Говорят, на Национальных спортивных играх брал медали, и одним касанием мог обеспечить месяц больничного. Я было обрадовался хорошему зрелищу — ходили слухи, что в гневе он складывает людей пополам.
Но тут дверь переговорной распахнулась, и раздался резкий голос:
— Прекратите оба!
На пороге появилась операционный директор Кан Джиён — с пылающим от гнева лицом.
Облегающий чёрный костюм-двойка, аксессуары от «Шанель». Рост за метр семьдесят, модельная фигура — хоть сейчас на экран, и поклонники бы выстроились в очередь. Правда, сейчас одежда слегка растрёпана, а от неё ощутимо несло спиртным.
— Мне позвонили, что вы тут деретесь, и я бросила ужин с президентом Чхве из MBS и примчалась сюда!
Под её натиском оба начальника торопливо отступили на шаг.
— Директор, дело в том, что этот...
— Простите, я что, непонятно сказала — хватит? Ким. Дон. Су.
Ким Донсу опустил голову.
Кан Джиён вздохнула и перевела взгляд на меня.
— Вы ведь тот самый Звезда Чон?
— Чон Юнхо. Приношу извинения, директор.
Виной всему произошедшему был я, так что я склонил голову.
Кан Джиён отмахнулась, прервав меня:
— Ладно. Извинений я не просила. Лучше скажите — вы сегодня что, сценаристку Ли Джиён подкупили?
— Что?
Это ещё откуда?
— Нет, серьёзно, что вы такого сделали, что она согласилась оставить нашу актрису до самого последнего эпизода?
Кан Джиён произнесла это с довольной улыбкой, и атмосфера в переговорной переменилась мгновенно.
Ким Донсу, который только что называл меня лжецом, нахмурился и спросил:
— Директор, это правда? Ли Джиён — она ведь славится тем, что никогда не пересматривает утверждённый сценарий!
Радость на лице Кан Джиён мгновенно сменилась раздражением.
— Что? Я, по-твоему, настолько бессовестна, чтобы врать о таких вещах? Ким Донсу, это вызов?
— Нет, я не это имел в виду...
Ким Донсу поёжился под её звонким, как хлыст, голосом.
Кан Джиён приняла властное выражение лица и сунула ему под нос телефон.
— Вот. Пожалуйста. Видите?
[(Сценаристка Ли Джиён): Сегодня на площадке видела интересную актрису. Юджин Пак, что ли? А нет, Юджин Чон — точно. В общем, лицо вполне приличное, и голос поставлен нормально. Мне понравилась.]
Зная характер Ли Джиён, для неё это была практически высшая похвала.
Однако, прочитав сообщение, Ким Донсу принялся цепляться:
— И... и где тут про дополнительные эпизоды? Если вы просто пытаетесь прикрыть Второй отдел с их жалкими показателями...
В обычных условиях Ким Донсу никогда не допустил бы такой ошибки. Но сегодня он был слишком зол и потерял чувство ситуации.
От его слов уголки глаз Кан Джиён взлетели вверх.
— Нет, ну чем больше думаю, тем больше поражаюсь! Дела бросила, примчалась сюда, потому что начальники отделов устроили балаган, — а ты, выходит, мне, Кан Джиён, не веришь?!
Она гневно пролистала переписку вниз.
[Вложение]
[«Утро уходит», серия 23, исправленный сценарий — роль Ли Сольран]
[«Утро уходит», серия 24 (финал), исправленный сценарий — роль Ли Сольран]
— Видите? Исправленный сценарий, который сценаристка Ли лично прислала! Что, может, устроить вам подробный брифинг?
Лицо Ким Донсу окаменело. Это было уже не упрямство — это был откровенный вызов авторитету операционного директора.
— П-простите. Кажется, я... допустил ошибку.
Но даже после его извинений Кан Джиён не смягчилась.
— Нет, ну почему люди не знают слова «в меру»?! «В меру»! Я сегодня обрабатывала президента Чхве из MBS, чтобы пристроить Чо Минсона на главную роль в юбилейной спецдораме канала, и пришлось всё бросить и бежать сюда! И что теперь с этим делать, а?!
Чо Минсон — топовая звезда, лицо «Куллёнсве Энтертейнмент». Услышав, что участие такого актёра в дораме сорвалось из-за их склоки, Ким Донсу побагровел до ушей.
— Ну, это...
— Всё! Больше ни слова, и слушать тебя не хочу. Иди и разгони сотрудников, которые столпились снаружи поглазеть. И урезание зарплаты Звезде Чону отменяется. Принято к сведению.
— П-понял.
Голос Ким Донсу мелко дрожал. Его ссутуленные плечи — зрелище, определённо ласкающее взор.
«Вот так, Ким Донсу. Человеку не помешает немного скромности».
Кан Джиён обратилась и ко мне:
— Но и вы, Звезда Чон, подайте объяснительную. Факт остаётся фактом — в рабочее время вас не было на месте. Верно?
Полгода урезанной зарплаты обернулись одной бумажкой. Неплохой размен.
Когда всё утряслось, Кан Джиён посмотрела на Ким Донсу:
— Вы ещё здесь? Мне что, дверь вам открыть?
— Н-нет, не нужно.
Ким Донсу вылетел из переговорной, с грохотом захлопнув за собой дверь.
Когда буря улеглась, Ку Сончхоль втянул голову в плечи и заговорил:
— Извини, директор. Но когда Чо Минсон узнает, что потерял роль в юбилейной дораме, он же не успокоится. Что будем делать?
Хотя Ку Сончхоль был ниже по должности, он работал в «Куллёнсве» с самого основания, и наедине они разговаривали запросто.
Кан Джиён плюхнулась в кресло и усмехнулась:
— Я пошутила.
— Что?
— Я что, сумасшедшая — бросить сделку по Чо Минсону? С президентом Чхве из MBS мы всё утвердили ещё до моего ухода.
— П-правда?
— Это я ляпнула сгоряча, потому что Ким Донсу никак не унимался. Но, господи, мы же не дети — что за цирк вы тут устроили?
— Виноват. Ха-ха-ха.
— Не смейся, старший. Я ещё не остыла.
Впрочем, чем дольше они разговаривали, тем заметнее смягчалась обстановка.
— Тогда я, пожалуй, пойду.
Я встал и поклонился, но Кан Джиён меня остановила:
— Куда это? Пусть временно, но вы ведь отвечаете за Юджин, Звезда Чон? Присутствуете на совещании.
— Я?
— Разумеется. Сценаристка Ли лично переписала сценарий и попросила нашу актрису сняться в двух дополнительных сериях — и вы не хотите обсудить, как действовать на площадке?
В «Куллёнсве» первогодке попасть даже на командное совещание — уже редкость. А тут — совещание на уровне начальников отделов.
Вторая жизнь — и со старта отличный разгон.
Совещание по плану развития карьеры Юджин.
Кан Джиён и Ку Сончхоль начали объяснять, какие последствия повлечёт переписанный сценарий. Я прекрасно знал, что будет дальше, но кивал, изображая, будто слышу всё впервые.
Изложив ключевые моменты, Ку Сончхоль повернулся к Кан Джиён:
— Директор, ты же знаешь стиль Ли Джиён: если ей понравилась актриса, она тянет её с собой дальше. Думаешь, захочет взять Юджин в следующий проект?
— Вот я и думаю — может, самое время подтолкнуть Юджин? Что скажешь, старший?
— У меня тоже мысли есть, но не рано ли? Начнём форсировать — как бы побочных эффектов не вышло.
— Не похоже на тебя — трусить. Давай рискнём. Если сценаристка Ли сама предложит роль — я ни за что не откажусь.
Раз Ли Джиён запала на Юджин, вполне логично было ожидать разговора о кастинге в следующий проект.
Вот только имелась одна серьёзная проблема.
Следующая работа Ли Джиён — «Во имя Бога», которая выйдет в эфир в будущем году, — с треском провалится.
«И как мне это объяснить?»
Если Ли Джиён спросит: «Хочешь со мной работать?» — мне придётся ответить: «Нет, спасибо! Ваша дорама с грохотом провалится!»
Но на данном этапе, когда сценарий ещё даже не написан, заикнуться об этом невозможно. Никто в индустрии не поверит, что проект «крёстной матери» дорамного мира может оказаться провальным.
Оставался единственный выход: как можно скорее пристроить Юджин в другой проект.
Тем временем совещание подходило к концу.
— Тогда, старший, доведи оставшиеся две серии до конца как следует. Это сейчас главное.
— Окей. И мы на площадку, помимо Юнхо, ещё тимлидера О прикрепим. Всё-таки присутствие человека уровня тимлидера добавляет весомости.
Закончив обсуждение, Кан Джиён снова посмотрела на меня:
— Кстати, расскажите-ка, что сегодня произошло на площадке. Ли Джиён не стала бы просто так увеличивать экранное время. Верно?
— На самом деле, сегодня на съёмках...
Я изложил всё, что случилось.
— Значит, Юджин показала отличную игру, а Ли Джиён была впечатлена?
— Да. Она только начинает, но уже на уровне, позволяющем вытянуть главную роль.
— Хо-хо-хо. Ну и вера у вас в свою актрису! Незаурядная.
Кан Джиён посмотрела на меня с одобрением.
— Вы точно первый год работаете?
— Да.
— Вот этот настрой — не теряйте его. Никогда. Договорились?
— Понял, директор.
На мой чёткий ответ Ку Сончхоль расплылся в добродушной улыбке и принялся расхваливать:
— Видишь, директор? Я же всегда говорил — этот Юнхо непростой парень!
«Спасибо, Ку Сончхоль».
— Ой, старший, а я что-то не припомню, чтобы ты такое говорил.
Кан Джиён удивлённо склонила голову.
— Ха-ха-ха. Н-не говорил?..
Ку Сончхоль украдкой покосился на меня и отвёл взгляд.
Три секунды — и вся благодарность испарилась.
«Беру свою благодарность обратно, Ку Сончхоль».
— Так, следующий вопрос.
Кан Джиён посерьёзнела и заговорила холодным тоном:
— Выпуск девятичасовых новостей я тоже смотрела. Но объясните мне: почему вы оказались в Чхонходоне в то время, когда должны были быть на площадке?
Её пронзительный голос эхом отдался в ушах.