Закончив разговор с Ма Донпхалем, продюсер Пак Дусик подозвал к себе съёмочную группу и начал раздавать указания.
— Ха-а… Обязательно так делать, режиссёр-ним? По-моему, это рискованно.
— Хватит умничать, делай что говорят. Режиссёр здесь я, а не ты.
— Ладно, ладно, понял.
Члены группы скривились, но, делая вид, что подчиняются нехотя, зашевелились. На площадке продюсер — царь и бог, что тут поделаешь.
Получив от продюсера указания, ассистент режиссёра Чон Джучхоль направился к нам и обратился к тимлидеру О Докку с «просьбой», которая на деле была односторонним уведомлением.
— То есть вы нас, по сути, выгоняете? — лицо тимлидера побагровело как помидор.
— Ну что вы, зачем так превратно понимать? Я же сказал: двадцать вторую серию снимаем по первоначальному сценарию.
— Да возврат к первоначальному сценарию — это и есть изгнание! Сколько там экранного времени у Юджин в двадцать второй серии?!
— А я-то что могу поделать? Наш продюсер говорит, что по новому сценарию работать невозможно! Зато мы предложили выплатить гонорар за два дополнительных эпизода!
— Думаете, я из-за жалкого гонорара сейчас шум поднимаю?! У нас экранное время на два эпизода испарилось!
Гонорар Юджин за одну серию — сто тысяч вон. Минус подоходный налог три и три десятых процента — получается девяносто шесть тысяч семьсот вон. Разделишь с агентством — как раз на бак бензина. И этим ещё гордятся, будто одолжение делают. Телевизионщики, как один, бронелобые.
Торчать рядом и рисковать попасть под горячую руку не хотелось, так что я отошёл в дальний угол площадки. Юджин сидела на стуле для ожидания, сжавшись в комок и тревожно озираясь.
— Чего так сидишь?
Увидев меня, она тут же спросила:
— Юнхо-оппа, это из-за изменений в сценарии, да?
— Угу. Из-за них.
Юджин виновато опустила глаза.
— Прости…
Я поднял руку, останавливая её извинение.
— Стоп. Ты-то за что извиняешься? За то, что хорошо играла? За то, что красивая?
Я шутливо добавил, что если красота — преступление, то ей грозит высшая мера. Юджин не выдержала и фыркнула от смеха.
— «Аджосси-юмор», да уж, попробовал разок.
Ну, до регрессии я и правда был мужиком за тридцать — не поспоришь. Впрочем, в последнее время понемногу привыкаю снова быть двадцатилетним.
Юджин посмеялась, но тень на её лице так и не рассеялась до конца. «Так дело не пойдёт», — подумал я, встретился с ней взглядом и заговорил чётко:
— Юджин. Слушай внимательно. Борьба за экранное время — это то, чем занимается каждый актёр без исключения. То, что ты произвела впечатление на сценаристку и получила дополнительные сцены, — результат твоего собственного труда. Так что, извиняясь сейчас, ты заодно обесцениваешь усилия людей вроде меня — менеджеров, которые бьются за каждую лишнюю сцену.
— А… Я не это имела в виду…
— Знаю, что ты чувствуешь. Но если ты профессионал, никогда больше так не думай. Нужно быть достаточно жёсткой, чтобы бороться за каждый кадр. Или что — будешь уступать всем подряд, кто потребует?
— Н-нет!
— Вот, правильно.
Юджин быстро уловила суть. В действительности в индустрии полно куда более грязных способов отжать роль — с лоббированием и прочими мерзостями. По сравнению с этим Юджин завоевала своё время талантом и трудом, так что может смело держать голову высоко.
— И не переживай. Всё будет хорошо.
— Откуда вы знаете?
— Просто доверься мне и подожди — сама увидишь. Ну, давай лучше погреемся и порепетируем?
Юджин удивлённо склонила голову набок, но послушно начала заниматься.
Вернулся тимлидер О Докку, закончивший переговоры. Подошёл к нам на парковке.
— Юджин-а. Извини, но двадцать вторую серию придётся снимать по первоначальному сценарию. А двадцать третья и двадцать четвёртая отменены. Правда, прости.
Тимлидер склонил голову, принимая всю вину на себя. Но Юджин невозмутимо переспросила:
— Тимлидер-ним, а Юнхо-оппа велел мне готовиться к съёмкам…
— А?
Тимлидер с подозрением уставился на меня. Я тем временем объяснил:
— Вы были заняты разговором со съёмочной группой, не успел доложить.
— Доложить что?
Я с улыбкой протянул ему телефон. Тимлидер О Докку прочитал сообщение — и беззвучно расхохотался.
[Кан Джиён, глава отдела: Сценаристка Ли Джиён выехала прямо из мастерской в Намянджу. Молодец, Звезда Чон. Она посмотрела видео, которое ты прислал, и просто взбесилась. Хорошая работа~. Алябуньк~♡]
Сценаристка Ли Джиён.
Она едет сюда.
— Она вылетела, да?
— Ещё бы. Полезла на место нашей Ынбин — вот и поплатилась.
— Я только что запостила в Твинтер. Написала, что из-за неё нашей Ынбин было ужасно тяжело играть.
Фанатки из «Пти Энджел», пришедшие за коробками с обедами для съёмочной группы, прошли мимо нас по парковке, хихикая.
Тимлидер О Докку, сидевший в машине, в ярости стукнул по торпеде.
— Вот же!.. Эти!.. А-а!
— Тимлидер-ним, терпение.
— А тебе терпится?!
— Да. Всё равно, когда приедет сценаристка Ли Джиён, всё закончится.
Тимлидер вытащил телефон и показал мне записи в Твинтере:
«K.Song (Ким Сынэ): Девица-тесто, говорят, получила роль, обхаживая персонал всякими... методами. А раз таланта нет — вот и вылетела с площадки. (фото с площадки)»
«LIJA (Ли Джина): По сравнению с мастерством нашей Ынбин актёрская игра этой яичной призрачки — полное ***. (фото с площадки) И кому она сдалась, что так стараются? «Куллёнсве» денег занесло?»
Увидев посты председательницы «Пти Энджел» Ким Сынэ и заместительницы Ли Джина, я открыл водительскую дверь.
Терпеть — отменяется.
— Э? Ты куда?
— Разберусь и вернусь.
— Один? Ты же сам сказал мне терпеть!
— Ну бро-осьте~ Такие мелочи я уже должен сам решать. Скажу удалить — и обратно.
Тимлидер ошарашенно уставился на мою мгновенную перемену.
Я уже сообщил в компанию, что «Пти Энджел» присутствуют на площадке, — руководство скоро примет меры по удалению постов. Но оставлять безнаказанными двух человек, поливающих Юджин грязью, я не собирался.
Выйдя из машины, я подозвал в сторону председательницу и заместительницу, которые пересчитывали коробки с обедами. Первой заговорила Ким Сынэ — девица со взрывной копной волос, стоявшая в развязной позе, переминаясь на одной ноге:
— А, чё надо, мужик? Голодный — могу коробочку выделить.
Рядом заместительница Ли Джина — причёска «листья периллы» — помахала телефоном:
— Не-ет, он что, пришёл просить удалить посты в Твинтере? Ой, ка-ак жалко! Не собираемся!
Я улыбнулся двум нахалкам и спросил:
— Девушки. Сколько вы прикарманили из общего фонда?
На мгновение лица обеих залила краска замешательства.
— М-мы?! Чего?!
— Мужик, ты чё вообще несёшь?!
Руководство фан-клубов сплошь и рядом собирает деньги у рядовых участниц на подарки айдолам, а потом часть присваивает — дело обычное. Но у этих двоих случай был особый, запущенный.
Через несколько дней они станут главными фигурантками дела о растрате, которое до сих пор значилось в моём ежедневнике.
[Эвридей V10]
[Дата: 5 января 2020 г.]
— PM 06:00 (отчёт) Растрата фонда пожертвований руководством «Пти Энджел». Совещание по аналогичному прецеденту «Голден Роуд». 2F
Вспомнив то совещание, я начал давить — одно за другим выкладывая подробности. Поначалу обе огрызались и упирались, но стоило зайти речь о конкретике, как обе стушевались. «Взрывная копна» замолчала. «Листья периллы» принялась извиняться. Развязная поза сменилась стойкой по стойке «смирно», руки сложились перед собой.
Глядя на двух девиц, побелевших как мел, я вынес последнее предупреждение:
— Вернёте всё, что прикарманили. И удалите посты про Юджин из Твинтера. Вы же руководство — можете заставить рядовых участниц тоже всё подчистить, верно?
«Взрывная копна» и «листья периллы» превратились в кротких овечек и дружно закивали.
— Даю пять минут. И если попадётесь ещё раз — пощады не ждите.
— Да, о-оппа!
— Д-да! Оппа! Сейчас же скажу всем удалить!
Надо же — только что был «мужик», а теперь «оппа». Сразу бы так.
Закончив с предупреждением, я вернулся в минивэн. Тимлидер уставился на меня округлившимися глазами:
— Что ты сделал, что они стали шёлковые?
— Да ничего особенного. Сказал, что подам в суд, если не удалят посты.
— И ты хочешь, чтобы я поверил, будто эти бешеные от одной угрозы стали паиньками?
В этот момент позвонила старший специалист Ким Михе — сообщила, что посты с оскорблениями Юджин начали один за другим исчезать.
Тимлидер перевёл на меня изумлённый взгляд:
— Ты что реально сделал?
— Говорю же — просто поговорил!
Я заново ощутил реальность своего возвращения в прошлое. Боевой отряд «Пти Энджел», гроза всея интернета, — а я усмирил их парой фраз.
Более того, вскоре и запись о растрате в ежедневнике начала стираться.
«Заявление можно и не подавать».
Теперь оставалось только дождаться сценаристку Ли Джиён.
Спустя некоторое время на площадку въехал розовый «Роллс-Ройс».
Выйдя из машины, сценаристка Ли Джиён направилась прямиком к нашему минивэну. Я поспешно выбрался наружу и поклонился, но она, не меняя выражения лица, потребовала доклад о произошедшем:
— Вы~. Отчёт с места.
Голос — лёд. Я коротко, сжато и без обиняков уложил всё в одно предложение:
— Продюсер Пак Дусик кромсал ваш сценарий!
Регрессия творит чудеса — навык резюмирования работает безупречно.
— Поняла. А тебя как зовут?
— Чон Юнхо, «Куллёнсве Энтертейнмент».
Сценаристка кивнула, словно запоминая имя.
— Юно~. Я фанатка Юно Юнхо, между прочим. Ладно, запомню.
В леопардовом пальто, алом платье и красных кожаных шпильках, сценаристка Ли Джиён зацокала каблуками и двинулась вперёд. Мы последовали за ней, держась на почтительном расстоянии.
— Ха-ха-ха! Да, вот так гораздо лучше! Ынбин-сси, давайте ещё дубль. Возьмём лучший из двух.
— Хорошо, режиссёр-ним.
Между Пак Ынбин и продюсером Пак Дусиком царила полная идиллия.
Цок. Цок.
Стук каблуков Ли Джиён разнёсся по площадке, и съёмочная группа замерла.
— Сценаристка Ли Джиён?.. Зачем она здесь?
— Кто-нибудь слышал, что она собиралась приехать?
Незапланированный визит автора сценария застал всех врасплох.
— Продюсер Пак! Я приехала. Как продвигаются съёмки?
При виде Ли Джиён глаза продюсера Пак Дусика заметались, не находя точки опоры.
— С-сценаристка-ним! В-вы приехали? А… по какому поводу?..
Пак Дусик глазами и кивком подбородка лихорадочно подавал знаки окружающим. Он не был настолько глуп, чтобы думать, будто самовольная правка сценария сойдёт с рук. Просто вознаграждение от TK было слишком щедрым, чтобы отказаться.
Ассистент режиссёра Чон Джучхоль и шеф-продюсер О Хёнсок повели группу сотрудников навстречу сценаристке:
— Ой, сценаристка-ним! В такой холод! Чем обязаны, что без предупреждения?
— Эй, почему до сих пор не проводили сценаристку?! Сколько ей ещё стоять?!
Ли Джиён невозмутимо улыбнулась на весь этот поток лести:
— Нет-нет, работайте. Я просто посижу тут, понаблюдаю. Любопытно, как идут съёмки.
— А… э-это… видите ли…
— Что? Нельзя посмотреть?
Растерянный ассистент бросил взгляд на Пак Дусика. Стоит ей увидеть, что обновлённый сценарий выброшен и съёмки идут по старому, — скандал неминуем.
— Что? Раз я сдала сценарий, мне теперь и на площадку нельзя?
От этих слов по лбу Пак Дусика покатился холодный пот.
— В лютый мороз — и потеешь? Может, тебе женьшеню заварить?
— Сценаристка-ним! Н-нет, это не то, что вы думаете. Просто съёмки на сегодня в целом уже закончились, ха-ха-ха… п-поэтому…
«Продюсер Пак Дусик. Шевелит извилинами…»
Но и сценаристка Ли Джиён была не лыком шита.
— А по графику здесь до двести семьдесят девятой сцены, разве нет? Это же сцена на закате.
Откуда-то в руках у неё оказался распечатанный на листе А4 график съёмок — по сути, план на весь день. Крыть было нечем.
Пак Дусик заюлил:
— Э-это… мы заранее отсняли и собирались обработать на компьютере. В наше-то время фон дорисовать графикой — обычное дело, разве нет?
Решив, что пронесло, Пак Дусик перевёл дух. Но следующий удар не заставил себя ждать:
— Закат — не натуральный свет, а компьютерная графика? Ого~. У MBS что, денег куры не клюют?
Тут Пак Дусик, почуяв момент, расправил плечи:
— А, ну конечно! Раз за постановку взялся я, Пак Дусик, такая поддержка — само собой! Рейтинги сейчас отличные, финансирование щедрое. Ха-ха-ха.
Ли Джиён усмехнулась:
— Прости, продюсер Пак. А я-то, дура, не знала. Даже не подозревала, что это благодаря тебе рейтинги такие. Слишком много на себя брала, а? Верно?
— Н-нет, я не это имел в виду, сценаристка-ним!
Едкий сарказм Ли Джиён заставил Пак Дусика замахать руками. Но она уже стёрла улыбку с лица и достала телефон. Набрала номер.
Пик-пик-пик.
Вся съёмочная группа затаила дыхание, наблюдая за ней. И когда Ли Джиён заговорила, фамильярно обратившись к кому-то по имени, — по площадке прокатился холод, какого не бывает даже на Южном полюсе.
— Мёнхак~! Это Джиён.
«Мёнхак? Неужели Ким Мёнхак?»
Она что — позвонила напрямую главному продюсеру драматического департамента MBS?! Ким Мёнхак — второй человек в департаменте, которому уже зарезервировано кресло начальника!
Съёмочная группа обратилась в лёд, но Ли Джиён, не обращая ни на кого внимания, продолжала без остановки:
— Да-да, я тоже ужасно рада. Слушай, продюсер Пак тут говорит, что у MBS сейчас денег полно.
— Прямо так много, что готовы фон целиком графикой заливать, представляешь?
— А ещё продюсер Пак, похоже, ни в грош не ставит сценариста и кромсает текст как ему вздумается… Я что, уже вчерашний день?
— Нет? Говоришь, ещё востребована? Ну тогда ладно. Гонорар за следующий сценарий удвой.
— Что? Кто такой продюсер Пак? Ну ты знаешь. Дусик. Пак Дусик. Продюсер «Утро уходит». Не помнишь?
Чем дольше длился разговор, тем белее становилось лицо Пак Дусика. Но Ли Джиён, словно не замечая, подбросила ещё:
— Подожди-ка, наушник что-то барахлит — переключу на громкую связь.
Вот это мощь. Сценаристка Ли Джиён — сила.
Из динамика на всю площадку раздался панический голос главного продюсера Ким Мёнхака.