Глава 30 — Глава 30. Покупка ловушек

Когда Линь Цинь озвучила итоговую сумму, Линь И долго не мог прийти в себя. Он сидел, ошеломлённо глядя на кучку купюр, и бормотал себе под нос: — Это же... это же зарплата четырёх или пяти рабочих за целый месяц! Линь Цинь, сияя от радости, добавила: — Папа, ты ещё забыл посчитать то, что мы заработали вчера! Если сложить всё вместе, получится больше двухсот юаней. До Линь И наконец дошёл полный смысл сказанного. Его сердце забилось чаще, наполняясь горячим волнением. — Дочка, — его голос дрогнул, — если дела и дальше пойдут так, то покупка земли и строительство дома — это вовсе не пустые мечты! Это реально! В этот момент старик был взволнован даже больше, чем сама Линь Цинь. Честно говоря, в его глазах у Чэнь Вэньцзюня не было никаких недостатков, кроме одного, но фатального — бедности. У парня не было ни поля, ни клочка земли. Теперь же, когда этот главный узел, завязанный нуждой, начал развязываться, как тут не радоваться? Говорят, хорошее настроение — лучшее лекарство. Линь И почувствовал такой прилив сил, что ему показалось, будто он готов встать и пойти. Линь Цинь, заметив его порывы, строго запретила ему двигаться и приставила к дедушке двух маленьких надзирателей — Лю Яя и Чэнь Пинъаня, чтобы те следили за каждым его движением. Тем временем Чэнь Вэньцзюнь наскоро перекусил паровой булочкой с соленьями, высосал полмиски речных улиток и, почувствовав сытость, заторопился проверять донные ловушки. Снасти пролежали в воде сутки. Каков будет улов? Когда первая ловушка показалась из воды, Чэнь Вэньцзюнь начал её вытряхивать, внимательно всматриваясь в содержимое. Едва увидев, что внутри, он расплылся в улыбке до ушей. — Смотри! — крикнул он Линь Цинь. — Как думаешь, здесь наберётся два цзинь креветок? Глаза Линь Цинь загорелись. — Должно быть! Я думаю, даже больше! Давай высыпай скорее! Чэнь Вэньцзюнь передал ей первую ловушку и принялся за вторую. Результат оказался таким же впечатляющим. Только с этих двух ловушек они набрали пять цзинь отборных речных креветок. Кроме того, в сети попались несколько мраморных бычков, мелкие караси, горсть улиток и несколько небольших крабов. Линь Цинь занялась сортировкой. Мелких крабов, в которых почти не было мяса, она отдала детям для игры, креветок ссыпала в отдельное ведро, а остальную рыбу распределила по другим ёмкостям. Всего Линь И сплёл шесть ловушек. Одна оказалась пустой, но остальные принесли отличный улов. Общий вес креветок навскидку составлял больше десяти цзинь. Нужно было спешить, чтобы продать их, пока они свежие. Время близилось к часу дня. Чэнь Вэньцзюнь в спешке направил лодку к берегу, чтобы отнести товар в ресторан. Линь Цинь осталась на борту, продолжая рыбачить по методу прикормки, которому её научил жених, и удача снова была на её стороне. • • • Чэнь Вэньцзюнь вернулся после трёх часов дня. К этому времени Линь Цинь успела вытащить ещё с дюжину рыб. Он тут же выложил перед ней выручку. — Креветок вышло тринадцать цзинь и три лян. Округлили до тринадцати. По цене один и девять — получилось двадцать четыре юаня и семь мао. Восемь мраморных бычков ушли за пять юаней семь мао и шесть фэней. Ещё я добавил три мелких карася в качестве бонуса. В итоге босс Чжэн дал тридцать юаней и пять мао. Возьми, спрячь. Он перевёл дух и продолжил: — Босс Чжэн сказал, что будет ещё лучше, если мы сможем привозить товар до десяти утра. Я сейчас сгоняю к дедушке, узнаю, нет ли у него лишних ловушек на продажу. Хочу купить ещё штук пять-шесть. В те времена готовые ловушки не продавались в магазинах. Рыбаки покупали нитки и плели сети сами. У Чэнь Вэньцзюня не было на это времени, а Линь Цинь не владела этим ремеслом, так что оставалось только покупать у своих. Цена была невысокой — четыре-пять юаней за штуку. Пообедав и расставив имеющиеся снасти, Чэнь Вэньцзюнь погнал лодку к стоянке другой семьи танка. Ловко перепрыгнув на соседнее судно, он громко крикнул: — Дедушка дома? На его зов из каюты выглянула женщина лет сорока. — О, Вэньцзюнь! Какими судьбами? Она с любопытством покосилась на лодку Чэнь Вэньцзюня, где сидела Линь Цинь. В глазах женщины вспыхнул огонёк сплетницы. — Это твоя жена? Чэнь Вэньцзюнь кивнул, сверкнув белозубой улыбкой: — Да! Моя жена, Линь Цинь! — Ну ты даёшь, парень! — восхитилась женщина, которую звали Чжоу Шуйфан. — Тихо-мирно, без шума и пыли привёл в дом такую красавицу! А давайте сегодня вечером к нам, поужинаем вместе, отметим! Чэнь Вэньцзюнь поспешно отказался: — Тётушка, давай в другой раз! Я ищу дедушку, хочу купить пару ловушек. Погода сейчас стоит отличная, надо работать. Как освободимся, обязательно зайдём. Чжоу Шуйфан понимающе закивала, не сводя глаз с Линь Цинь. — Это проще простого! У нас есть две новые ловушки, всего раз в воду опускали. Твой дедушка и дядя Вэньфа ушли с караваном перевозить груз, их нет, так что снасти лежат без дела. Забирай. — Опять ушли с грузом? — нахмурился Чэнь Вэньцзюнь. — Вроде бы не сезон для сплава леса. Чжоу Шуйфан махнула рукой: — Какой лес? Лес сплавляют, когда вода высокая. Они пошли с чаем в сторону бухты Сямэнь. Вернутся через несколько дней. За один рейс можно заработать двадцать-тридцать юаней, на двоих выйдет полсотни, а то и больше. — Неплохие деньги, — вежливо похвалил Чэнь Вэньцзюнь. Чжоу Шуйфан, явно довольная заработком мужа, расплылась в улыбке: — Вэньцзюнь! Ты теперь женатый человек, у Пинъаня есть кому присмотреть. Мог бы тоже пойти с караваном. Всё-таки там платят больше, чем на рыбалке. На одной рыбе такую ораву не прокормишь. Она искренне переживала, что новая жена, столкнувшись с трудностями, может сбежать, и Чэнь Вэньцзюнь снова останется бобылём. Чэнь Вэньцзюнь неопределённо кивнул, тщательно осмотрел ловушки и, убедившись, что они целые, расплатился. Когда его лодка отошла на безопасное расстояние, он с облегчением выдохнул: — Тётушка Шуйфан — женщина добрая, но язык у неё без костей. Если зацепишься с ней языками, день пройдёт, а она всё не замолкнет! Линь Цинь тихонько хихикнула. Она помнила семью Чжоу Шуйфан. В прошлой жизни, узнав, что на лодке Чэнь Вэньцзюня появилась женщина, эта тётушка пришла знакомиться. Она могла говорить часами, даже если Линь Цинь не произносила в ответ ни слова. Такой напор дружелюбия был для Линь Цинь настоящим испытанием. • • • Получив дополнительные ловушки, Чэнь Вэньцзюнь сосредоточил все силы на промысле. Арифметика была простой и вдохновляющей: если каждый день будет такой улов, то только на креветках и мелкой рыбе можно делать около сорока юаней. Это равнялось месячной зарплате заводского рабочего! Добавьте к этому улов Линь Цинь на удочку и мраморных бычков, которых Чэнь Вэньцзюнь добывал своей хитрой сетью, — и дневной доход гарантированно превышал пятьдесят юаней. При таком раскладе за два месяца они могли скопить больше двух тысяч. С такой суммой на руках можно было смело идти в земельное управление и узнавать цену на пустынный остров. Жизнь обрела чёткую цель. Они работали с неистовым энтузиазмом. День начинался с рассветом: продажа рыбы на рынке, доставка заказа в «Гранд-отель Госин» до десяти утра, возвращение на лодку, готовка, обед. Час отдыха — и снова за работу. Линь Цинь с удочкой, Чэнь Вэньцзюнь с ловушками и сетью. Вечером ужин, укладывание детей, и снова рыбалка — ночная, при свете керосиновой лампы, ещё на пару часов. В этой круговерти незаметно пролетел месяц. Линь Цинь, Линь И и Лю Яя уже привыкли к жизни на воде. Погода становилась всё жарче. Детям нужна была летняя одежда, а волосы Чэнь Пинъаня отросли и лезли в глаза. Изначально Линь Цинь хотела сэкономить и подстричь мальчика сама. Но потом подумала: теперь они не бедствуют, несколько мао на парикмахерскую погоды не сделают, а ребёнку будет приятно выглядеть опрятно. Стоило ей заикнуться об этом, как Чэнь Пинъань испуганно замотал головой: — Нет-нет! Тётя, подстриги меня сама! Или папа пусть подстрижёт! Линь Цинь с улыбкой погладила его по отросшим вихрам: — Твой папа стрижёт тебя «под горшок», это же некрасиво. А у меня руки не из того места растут, испорчу только. Будь умницей, послушайся. Мы сходим в настоящую парикмахерскую, а заодно прогуляемся по городу и купим вам что-нибудь вкусное и полезное. Лю Яя, услышав про прогулку, тут же запрыгала от восторга: — Я тоже хочу! Я тоже поеду! Братик Пинъань, я пойду с тобой, не бойся!