AinzOoalG0wn

Здесь смерть — обыденность: не прошёл ритуал сопряжения — и тебя как будто не было. Наследник Дома Йегер единственный, кто улыбается в этом кошмаре — ведь пока весь Империум по крохам выкапывает древние секреты из руин предков, он просто помнит, как побеждают в галактических стратегиях. Псевдокосмодесантники не хуже Астартес, реакторы без перегрева, гиперпривод взамен капризного варпа — и это лишь разминка. Что будет, когда игрок из будущего всерьёз возьмётся строить свою империю?

Смерть здесь — не конец, а долгая перезарядка, и чем чаще умираешь, тем ниже падаешь в рейтинге. Дэниел и десятки таких же «игроков» заперты в беспощадной реальности Warhammer 40 000, где очки вклада решают, кому достанется пулемёт, а кому — только нож. Вчерашний домашний мальчик стал хладнокровным командиром, которого боятся даже еретики. Гонка за первое место в таблице лидеров жёстче любого боя — трон Императора не прощает слабых. Кто выживет в игре без права на респавн?

Один против беспощадной вселенной Warhammer 40000 — а в кармане только рецепты крафта из Minecraft. Дэвид не молится Императору и не штудирует боевые уставы: он копает руду, ставит факелы и мастерит броню по системе, которую здесь никто прежде не видел. Пока солдаты гибнут за неприступный бастион, а орки меряются выбитыми зубами вместо валюты, обычный игрок методично отстраивает выживание с нуля — тихо, смешно и до жути эффективно. Сколько продержится мир жестоких законов войны против кубического упрямства одного мастера крафта?

Партия геймеров застряла в аду Вархаммера 40000 навсегда: вместо возврата в реальность их сознание проваливается в бурлящий варп, где ждёт собственный бог-разработчик по имени Террабайт. Простой цепной меч в руках новичка вдруг обретает волю и жажду крушить ксеносов — первая трещина в правилах, которые сам создатель уже не контролирует. Пока комиссары гонят пехоту под шквал огня культистов Хаоса, за гранью реальности рождается неведомая прежде концепция — Игрок. Что если созданный мир начнёт создавать своего бога в ответ?

Его геносемя резонирует с кровью Жиллимана сильнее, чем положено любому рекруту, — и Орден предпочёл бы этого не замечать. Гай видит чужие сны, его руки сами помнят боевые хваты, забытые сотни лет назад, а тайные архивы хранят записи о таких, как он: почти все кончили безумием или казнью за ересь. За похвалой сержантов и первыми победами прячется вопрос страшнее любого яда пустынных скорпионов — кто и зачем вложил в него частицу Примарха?

Империум истекает кровью, а Хаос уже празднует победу — но спустя десять тысяч лет пробуждается тот, кого считали погибшим навсегда: Робаут Жиллиман, сын Императора. Вот только вместо всесильного чита ему достаётся до отвращения честная система — без гачи, без лутбоксов, только вера тысяч душ и собственная ярость против богов Хаоса. Демоны жаждут его черепа, а сама Вселенная будто решила, что человечеству конец — но один разгневанный полубог войны с этим не согласен.

В тёмных глубинах 41-го тысячелетия человечество балансирует на грани полного уничтожения. Буря войны не утихает, а Бездна наполнена безумием и коварными шепотами Тёмных Богов, которые переписывают реальность и связывают судьбы цепями своей воли. Но внезапно из мрака судьбы возникает одна фигура — аномалия, разрушитель, проклятие предначертанного пути. Вестник гибели, разрывающий цепи и уничтожающий демонов и тиранов. Пусть клинок его жаждет крови проклятых. Пусть его гнев разнесётся эхом по всей галактике. Пусть имя Doom Slayer будет выжжено в огне на костях вечности! КАР ЕН ТУК!

Обычный ребенок случайно находит Портал в другой мир и тут же поступает как ответственный человек: врывается в Овальный кабинет, чтобы раз и навсегда покончить с жилищным кризисом. — Господин президент, я спас Америку, — выпалил он. — …Бесконечные земли. — …Целые миры. Президент торжественно кивнул. — Разумеется, — отозвался он. — …Пришельцы уже ввели нас в курс дела. Мальчик часто заморгал. — Что? — Что? — В тон ему переспросил президент и моргнул в ответ. … … Президент прочистил горло. — Так… значит, ваш Портал. Он, э-э, внеземного происхождения? — Не-а, — ответил мальчик. — …Это просто шкаф в подвале. — Как твое имя, сынок? — Я… — он запнулся. — …Сти… — …тив!