Это был круговой маршрут, но длинный, около двух часов пути на спидере. Контакт с окраинными городами был главной задачей. Денаб, согласно файлам сепаратистов, был слабо заселен, и эти поселения, вероятно, стали бы первыми целями вторжения Республики. Я задавался вопросом, попытается ли Республика воспользоваться недовольством населения и использовать их, чтобы прогнать нас, но риск был невелик. Согласно файлам, местные жители сочувствовали делу сепаратистов. От них не будет никаких проблем.
— Когда-нибудь пользовались такими? — спросил боевой дроид. Он обратил мое внимание на высокую парящую платформу, которая зависла перед нами. Культовый одноместный спидер армии КНС. Я одновременно с нетерпением ждал этого момента и страшился его.
То, что СТАП вообще оставался в вертикальном положении, было чудом. Он тонко балансировал на похожей на иглу точке, удерживаемый в воздухе силой своих репульсоров.
— Никогда, — ответил я, — но у меня есть все инструкции в файлах.
Я постучал себя по голове. Это было верно для всех нас. Базовые подпрограммы пилотирования были встроены в программу каждого боевого дроида. Мы могли справляться с большинством простейших транспортных средств со всем мастерством водителя-новичка.
— Ну еще бы, — пожал плечами другой дроид. — Не переживай, если не получится с первого раза. Ни у кого не получается.
Какая поддержка, подумал я.
СТАП накренился, когда я ухватился за руль и попытался подтянуться. Это движение застало меня врасплох, и я чуть не упал на твердую денабианскую землю.
Хорошо, что никто не смотрел. ДТ был слишком занят попытками забраться на свой собственный СТАП, и с тем же успехом, что и я.
Раньше я никогда не был особенно спортивным. Мне даже с трудом давались простые вещи, вроде подтягиваний. Таким я был. Но теперь у меня было тело из несгибаемого металла и микросхем. Я мог делать все то, чего не мог раньше, и даже больше. Я вложил всю силу в свою хватку и, плотно обхватив сервоприводами руль, подтянулся.
Я был скорее удивлен тем, что СТАП выдержал мой вес. Для такой хрупкой на вид машины он был удивительно прочным. Когда я забрался на СТАП, мои ноги зафиксировались на педалях. Я всегда представлял СТАПы изящными механизмами, но они оказались крепче, чем я ожидал. Он едва шелохнулся, когда я выпрямился и откинулся назад в положение, напоминающее кресло в воздухе. Будь я все еще органиком, это могло бы сотворить чудеса с моей спиной.
Я посмотрел вниз на панель. Мое программирование подсказывало мне всё, что нужно было знать. Левая рукоятка — для ускорения, правая — для торможения, поворот головной части — для поворота всего спидера. Это было интуитивно понятно, как езда на велосипеде после многолетнего перерыва. В качестве эксперимента я осторожно нажал на левую ручку и чуть не упал навзничь от неожиданности, когда СТАП дернулся вперед на метр, а его двигатель издал монотонное высокочастотное жужжание. Быстрое сжатие правой рукоятки — и он остановился так же внезапно. В этом было какое-то искусство, которое я пока не улавливал.
— У вас есть ваш маршрут. Отправляйтесь. Выходите на связь каждые десять минут.
— Понял-понял.
Я посмотрел на ДТ и увидел, что ему наконец-то удалось занять позицию. В отличие от меня, он, казалось, уже неплохо разобрался с управлением СТАПа. Он уже понял, как медленно разгоняться и тормозить, что он мне и продемонстрировал.
— Поехали, — позвал он, кивнув в сторону главных ворот базы, которые начали медленно со скрежетом открываться. Я направил СТАП в сторону ворот и нажал левую рукоятку. И мой СТАП, и СТАП ДТ устремились к открывающимся воротам и ловко проскользнули сквозь них.
Мы удалились от базы на приличной скорости, набирая ее еще больше, как только оказались снаружи.
— Канал связи установлен. Ожидаю доклад.
Внезапная передача застала меня врасплох, и я крепче сжал руль СТАПа. Я хорошо знал этот голос.
Тактический дроид. Наверное, не тот же самый, что был на Мечис III, но сказать наверняка было трудно. Самое раздражающее в серийно выпускаемых дроидах — это то, что все они обычно выглядят и звучат одинаково. Я считал чудом то, что еще не перепутал одного дроида с другим. Но, если задуматься, я не понимал, как бы я мог это сделать.
Клонов Республики, думал я, можно было легко отличить друг от друга, несмотря на то, что все они выглядели и звучали одинаково. У каждого из них были свои причуды и черты характера, делавшие их уникальными. Некоторые из них пошли еще дальше, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность, сделав разные прически, татуировки или отметки на броне. То же самое было и с дроидами, хотя в этом плане мы несколько отставали. У каждого была своя манера говорить, мелкие движения, которые принадлежали только им и никому больше. Насколько мне было известно, никто из нас пока не отклонялся от стандартных отметин на экзоскелете. Может быть, я так сделаю, просто чтобы положить начало тенденции. Больше индивидуальности среди дроидов — это никогда не плохо. Они, может, и машины, но они не абсолютные автоматы. По крайней мере, новые модели точно. Старым B1, тем, которым для перемещения всё еще требовался корабль управления дроидами, повезло меньше.
— Это ДТ-8483, Патруль 12, — услышал я голос ДТ и рядом со мной, приглушенный воем двигателей СТАП, и усиленный через комлинк. Эффект был причудливым, словно слушаешь песню, слова которой немного не совпадают с музыкой. — Мы только что выступили, доложим на первой контрольной точке.
— Продолжайте. — Властный голос тактического дроида затих, оставив нас двоих наедине с патрулированием.
Даже так далеко от базы Денаб был удивительно красив. Наш маршрут патрулирования вывел нас в низкую, широкую долину. Тонкий ручеек воды бежал по центру почти идеальной линией. Под ярким солнцем трава, покрывающая землю, казалась вдвое ярче. Гладкие серые глыбы скал вырывались из-под земли, как волдыри. На них красовались молодые побеги травы и мха.
Когда мы проходили по долине, я заметил движение за одним из скоплений камней. Я подал знак ДТ, и мы оба сбросили скорость. ДТ повернул нос своего СТАПа в сторону скального образования, направив пушки прямо на него.
Странное существо, подобного которому я никогда раньше не видел. На первый взгляд я подумал, что это какой-то миниатюрный олень. У него были соответствующие копыта и рога, но его шкура была покрыта шиферно-серыми чешуйками, такими гладкими, что они блестели на солнце. Он склонил голову, глядя на СТАП ДТ, и я заметил, что у него было шесть глаз, два из которых были выпуклыми и многогранными, как у насекомого. Он и ДТ секунду сверлили друг друга взглядами, прежде чем зверь безмятежно спрыгнул с камня и отправился лакать воду из ручья.
— Просто местная дикая природа, — сказал я. — Не угроза.
ДТ пожал плечами и отвернул пушки от существа.
— Просто странный, — добавил он. Я не мог не согласиться.
Мы оба взревели двигателями и умчались прочь, оставив странную форму жизни в покое. Мы с ДТ двигались в почти идеальной синхронности, кренясь и поворачивая как единое целое на каждом новом повороте. Пока мы ехали, до моих аудиорецепторов донесся новый звук — постоянное хлестание тонких стеблей высокой травы по основанию наших СТАПов.
Вскоре долина сменилась открытым полем, усеянным скалистыми обнажениями. В боевой ситуации они стали бы идеальной возвышенностью для снайперов. Еще больше странных чешуйчатых многоглазых оленей скакали по полю, перепрыгивая через камни и проносясь сквозь траву так же быстро, как кролики. Некоторые из них шарахались от нас, когда мы проезжали мимо, в то время как другие ныряли за более крупные валуны.
Обновлено: 12.07.2026