У нее в запасе был четырехлистный клевер, который может исполнять желания. Пока маленькие листочки быстро и хорошо растут, она сможет отдать часть своего желания Е Цзыюю. Тогда вернутся ее мама и мама Е Цзыюя, его кошка-хранительница. И тогда Е Я отправится домой, чтобы найти свою семью, а Е Цзыюй продолжит жить со своими родителями, которые будут рядом с ним всю жизнь.
Все будет хорошо. Точно будет.
На бледном лице Е Цзыюя появилась натянутая улыбка, и он обнял Е Я.
— Что ж, я верю в Яя.
Если Е Я хотела, чтобы он был счастлив, то он будет счастлив. Хотя его желанию не суждено сбыться, он исполнит желание Е Я.
«Хорошо есть, хорошо спать, следить за своим здоровьем и быть счастливым».
Глазки Е Я после этих слов засветились точно маленькие звездочки.
— Тогда пойдем домой.
— Хорошо. — Е Цзыюй яростно потер свои воспаленные глаза, повернулся и протянул руку Е Цинхэ. — Брат, давай вернемся.
Мальчик улыбнулся, слезы все еще катились по его щекам. Вскоре два брата вдвоем повели свою сестру вниз с горы.
* * *
Было уже поздно, когда они вернулись в особняк. Няня в спешке расхаживала по гостиной. Она увидела троих детей, входящих в дверь, как только перестала говорить по телефону. Радость, смешанная с облегчением, не заставила себя ждать, и вскоре женщина бежала встречать беглецов.
— Мой дорогой, где же ты был? Перепугал всю семью до смерти. — Няня схватила троих детей, осмотрела каждого из них и выдохнула, убедившись, что они невредимы.
Это обеспокоенное выражение заставило Е Цинхэ пожалеть обо всех сегодняшних приключениях.
— Простите, что я не позвонил домой, — искренне извинился он.
— Все хорошо, все хорошо. — Женщина опустила голову и собралась было позвать Е Линьчуаня. — Твой папа спешит, он до сих пор ищет тебя снаружи. Я сейчас ему позвоню.
Глаза Е Цинхэ вспыхнули, и он протянул руку, чтобы не дать няне набрать номер отца.
— Я собираюсь отвезти вас, Яя и Цзыюй, к моему однокласснику. Я сам расскажу ему обо всем позже.
— Что? — удивилась няня. — Но...
— Все в порядке, я разберусь. — Е Цинхэ больше не смотрел на нее и повел брата с сестрой наверх.
Е Цзыюй, более-менее успокоившийся, беспрекословно последовал за ним, на ходу спрашивая:
— Брат, куда мы идем?
Е Цинхэ не ответил. Он зашел в свою комнату, чтобы забрать школьный рюкзак, сложил все книги на стол и пошел в ванную за туалетными принадлежностями.
— Брат?
— Иди в свою комнату и собери свои вещи. Сегодня мы поедем к Шэнь Чжоу, — не прекращая сборов, наконец произнес Е Цинхэ.
Хотя это и удивило Е Цзыюя, он не стал возражать, отчасти понимая намерения старшего брата.
Отец выходил из себя из-за них на каждом шагу. Что он сделает теперь, если они потеряют самообладание и убегут из дома?
«Вот это да!»
Е Цзыюй схватил за руку Е Я и побежал к себе, по пути подталкивая девочку к ее спальне.
— Е Я, давай-ка быстро соберем наши вещи.
Е Я пребывала в некотором смятении от происходящего. Придя в маленькую комнату, она надела свою светящуюся шапочку и вышла.
Оба брата уже были готовы. Е Цинхэ нес рюкзак на плечах и еще одну сумку в руке, в которой лежали предметы первой необходимости и два комплекта сменной одежды; вещей Е Цзыюя было слишком много, и ему даже пришлось вытащить маленький чемодан. По сравнению с ними двумя, Е Я оказалась с пустыми руками, выделялся лишь чепец с кошачьими ушками, мерцающий зеленым светом на ее голове.
Е Цинхэ изумленно моргнул.
— Цзыюй, тебе не нужно брать так много вещей, школьного рюкзака вполне хватит.
Разочарованный, Е Цзыюй послушно убрал свой чемоданчик обратно.
— Е Я, ты взяла свою зубную щетку?
Е Я покачала головой.
— Тогда как же ты будешь чистить зубы? — с улыбкой спросил Е Цинхэ.
На эти слова девочка дотронулась до своих белых зубок, смешно фыркнула и сердито ответила:
— Я не хочу пользоваться вещами брата!
Е Цинхэ глубоко вздохнул, в глубине души понимая, что ей уже приходилось переживать тяжелые ситуации за такую недолгую жизнь.
Он вернулся в комнату Е Я, чтобы найти дорожную сумку, которую купил не так давно, открыл шкаф, взял немного одежды и положил туда, а затем забрал из ванной еще кое-что по мелочи. Но Е Цинхэ не забыл ее утешить:
— Все в порядке, Яя. Мы с Цзыюем тоже не испытывали особой отцовской любви. — Он сделал паузу. — Есть поговорка, что старший брат похож на отца. Если отец, правда, не заботится о тебе, то в будущем я тебе его заменю.
Хотя Е Цинхэ было всего двенадцать лет, он был умнее, чем многие взрослые люди.
Е Я следовала за Е Цинхэ, как его маленький хвостик, заложив руки за спину и все время путаясь под ногами, пока жаловалась:
— Братишка сказал, что Яя — настоящее бедствие...
Е Цинхэ замер и не смог противиться желанию опустить голову, чтобы избежать ее взгляда.
Маленькая девочка обхватила себя руками; на ее лице словно было написано: «Мне больно». Увидев это, Е Цинхэ постарался взять себя в руки и, с трудом выдавив смешок, улыбнулся.
— Ты запомнила только это предложение?
— Если дядя Цзайсин* услышит это, то определенно будет недоволен.
П.п.: Те же иероглифы, что и в слове «бедствие».
Она была маленьким демоненком, четырехлистным клевером, и не принадлежала к тому же виду, что и звездный бог, который отвечает за функционирование пяти элементов на небе. Непонятно, чем думал братишка, сравнивая ее с бессмертным!
Е Я будет игнорировать его до рассвета. Если только... если только он не вернется, чтобы обнять Е Цзыюя.
Е Цинхэ снова улыбнулся и вышел в коридор, держа ее сумку.
— Посмотри в своей комнате, не нужно ли еще что-нибудь взять с собой.
Что еще взять с собой?
В голове Е Я вспыхнула мысль о том, что кое-что важное она правда забыла.
«Бамбуковые дощечки! Мои бамбуковые дощечки!»
Е Я поспешно помчалась обратно к прикроватному столику, нашла дощечки с пришитым к ним красным шелком, а затем со спокойной душой вернулась к Е Цинхэ и Е Цзыюю.
У них троих в обеих руках были сумки, в таком виде они и появились на первом этаже. Внезапный уход из дома напугал няню. Она тут же прекратила работу и шагнула вперед, загораживая собой входную дверь.
— Что вы трое делаете? На улице темно. Вы не боитесь, что с вами может что-то случиться? Послушайте тетю и быстренько положите вещи на место. Ваш отец скоро вернется.
Е Цинхэ прошел мимо няни, чуть подтолкнув ее в сторону с прохода.
— Цинхэ, вернись, Цинхэ!..
Няня продолжала попытки докричаться до них, но никто из них не обратил на это внимания. Два брата и сестра ушли из особняка семьи Е, не колеблясь ни секунды.
Обновлено: 02.02.2026