– Проект «Носорог»? – переспросил Иван. – Если честно, я вообще считаю, что это бесполезная трата денег, и непонятно, почему заказчики вообще ею заинтересовались.
– Почему ты так думаешь? – задал я ему вопрос.
– Этот проект создания квазиживой брони, которая практически срастается с кожей пользователя. Да, она даст дополнительную силу и, так же, защиту, но ее же практически невозможно снять. Я даже представить себе не могу, что на свете существует такой человек, который реально позволит надеть на себя такой костюм, – сообщил нам всем Иван Ванко.
– Теперь понятно, почему вас всех решили устранить, – произнес я, понимающе хмыкнув.
Но, похоже, всем остальным не было все так ясно как мне. Макс стоял с бесстрастным лицом, ему вообще было фиолетово, о чем мы разговариваем, а вот Ванда с Антоном вопросительно посмотрели на меня. И, похоже, только Иван понял, о чем я говорю, так как он немного смущенно отвел взгляд.
– Сам расскажешь или мне это сделать? – спросил я Ивана, на что тот только пожал плечами, похоже, он не очень горел желанием разговаривать на эту тему.
– Как я понимаю, Иван, тебя наняли как технического специалиста на совершение этого ограбления? – задал я еще один вопрос.
– Так оно и есть, – подтвердил он.
– И, судя по тому, сколько ты знаешь про проект «Носорог», после того как вы украли информацию из того НИИ, ты ее изучил. Похоже, заказчик это как-то узнал, и это ему не очень понравилось. И последствия не заставили себя ждать, – сделал предположение я, и, судя по тому, как Иван нахмурил брови, я попал прямо в точку.
– Это всё Виктор стуканул, если бы не он, то никаких проблем не было, – недовольно произнес Иван.
– Ну что же ты, Ванек… – произнес, Антон укоризненно покачав головой, – Из-за такой ерунды чуть жизни не лишился.
– Зато если мы продадим эту информацию… – начал было Иван, но под взглядом своего отца осекся.
– Иван дурррак, – присоединился к разговору попугай.
– Ну-ка цыц, летающая консерва, а то в суп отправлю, – угрожающе произнес Иван, но наглая птица лишь засмеялась противным смехом.
– Это всё лирика. Главный вопрос: информация по проекту все еще у тебя? – спросил я Ивана, пристально на него посмотрев.
Ванко немного подумал, но все же ответил, ну как ответил, он показал на свой живот.
– Ты что, сожрал все бумаги по этому проекту? – спросил Антон, даже открыв рот при этом. – Ну ты и даешь…
– Что значит, сожрал бумаги?! – возмутился в ответ Иван. – Старый, ты в каком веке живешь? Это была маленькая флешка…
– Похоже, я тебя мало в детстве лупил, раз ты все время тащишь в рот всякую гадость, – не остался в долгу Антон.
– Что значит всякую гадость?! – продолжил возмущаться Иван.
– Эй, хватит собачиться, время сейчас очень дорого, давайте перейдем к делу, – остановил я этот спор. Было видно, что Антон и Иван по-родственному любят друг друга, но это не отменяло того факта, что у них обоих был довольно сложный характер, и они любили друг с другом поспорить.
Надо отдать должное обоим Ванко, они были очень неглупыми людьми и знали, когда остановиться, и не сказать, что я когда-то сомневался в их интеллекте.
– Я уже помог вам и помогу еще больше. Я готов помочь с лечением тебе, Антон, и уйти от заслуженного наказания тебе, Иван, но в нашем мире ничего не бывает бесплатным, – перешел я к реальным переговорам.
И если при этих моих словах Иван нахмурился, то с лица Антона так и не пропала улыбка, которая была на его лице с тех пор, как вернулся Иван, и вскоре я понял почему.
– Я буду очень благодарен, если вы поможете Ивану, но, как я уже сказал ранее, я отдам все, если вы спасете его. Вы выполнили свою часть сделки и фактически вытащили его из лап смерти, поэтому и я сделаю все, как вы скажете. Лечить меня не нужно, я уже пожил, и пора мне уйти на покой.
– Отец?! Что ты такое говоришь?! – возмущенно закричал Иван.
– Не надо, сынок, как уважаемый мистер Озборн уже сказал, ничего не бывает бесплатным, и не стоит навешивать на себя лишних долгов, я сам расплачусь за все, – продолжил гнуть свою линию Антон.
И я, конечно, уважал его за это, но все это совсем не отвечало моим интересам.
– Мне стоит напоминать, что без моей дальнейшей помощи Иван очень надолго попадет в тюрьму? – задал риторический вопрос я.
– Ничего страшного, и там живут люди, тем более Ивану не привыкать, – ответил Антон.
– Я не вернусь в тюрьму. Говорите, что вы от нас хотите, – прямо сказал Иван.
– От вас, Иван, я не хочу ничего особенного, как я понимаю, Антон полностью передал вам свои знания, да и интеллектом природа вас не обделила, поэтому я хочу, чтобы вы работали на меня в США, разумеется, не бесплатно, – сделал предложение я.
– А минусы где? – спросил Иван, не совсем понимая, чем так недоволен отец.
– А минусы будут после. Когда-то я тоже ответил «да» на подобное предложение, а теперь я каждый день жалею, что не отказал. Иван, ты как никто другой знаешь мою историю, поэтому решай сам, ты уже не младенец, и сопельки подтирать и решать все за тебя я не собираюсь, – произнес Антон, оставив принятие решения своему сыну.
– А с вас, Антон, я потребую гораздо большего. Я хочу, чтобы вы передали мне права на патент дугового реактора, ну и, если это возможно, помогли Ивану с его работой, после вашего излечения, – рассказал я о том, зачем вообще я прилетел в Россию. Вербовка Ивана была лишь дополнительной целью.
И, видя, что Иван собирается что-то сказать, я добавил: – Последнее не обязательно, я понимаю, что вы, Антон, уже не в том возрасте, чтобы активно работать, поэтому, если хотите отдыхать, то зарплаты Ивана вполне хватит, чтобы прожить вам обоим в Нью-Йорке, ни в чем себе не отказывая.
– Патент? – спросил Антон. – Если вы прилетели в Россию из-за этого, то вы зря это сделали. Насколько я знаю, этот патент принадлежал… Говарду, а теперь, после его смерти, перешел его сыну, – сообщил мне Антон то, о чем я и так знал.
– Не все так просто, да, в один «чудесный» момент, вскоре после того, как вас депортировали в СССР, ваше имя пропало из патента, хотя до этого оно было там наравне с именем Говарда Старка, но моим юристам, перелопатив тонну бумаг, удалось найти его первоначальный вариант. Так что любой суд без особых проблем сможет вернуть ваше имя обратно, – рассказал ему.
– А когда я обращался в патентное бюро, надо мной только посмеялись, – очень расстроенно произнес Антон.
– Думайте, готовы ли вы принять мое предложение или нет. Сразу же скажу, если вы откажетесь, никаких последствий не будет. Я просто уйду. И, пожалуйста, примите решение быстро, хотя Артем и обещал нам, что Ивана не будут искать минимум до утра, я бы не стал на это рассчитывать, – предоставил я выбор им.
Ну как выбор, тут было два варианта: или они работают на меня, или один из них отправляется на кладбище, а второй в тюрьму. Так что я не сомневался в их положительном ответе.
– Мы в принципе согласны, но я даже не представляю, как мы сможем покинуть Россию, у нас не то что виз нет, у нас даже загранпаспорта отсутствуют, – ответил согласием за них обоих Антон, что, как я и говорил, не стало для меня неожиданностью.
– Хм… Ну, это вам только кажется. Ванда, доставай документы, – скомандовал я своей помощнице.
И Ванда, сразу же понявшая, о чем я говорю, достала из своей практически безразмерной сумочки довольно плотный конверт. И в этом конверте как раз и были все документы.
– Но откуда? – изумленно спросил Иван, смотря на свой загранпаспорт с визой. В то время как Антон ни капли этому не удивился, он уже успел пожить на этом свете и понимал, как все работает. Деньги и связи решали все.
– Тут даже разрешения и ветеринарный паспорт на попугая есть, – шокировано добавил Иван, просмотрев остальные документы.
– Просто я заранее подготовился, – очень скромно произнес я. Ну, или, точнее, дал команду Ванде, но вслух я это, разумеется, уточнять не стал.
– Мне вызвать такси? – подала голос Ванда.
– Вызывай, – скомандовал я. И Ванда было потянулась за телефоном, но ее остановил Антон.
– Не надо такси, если можно, я бы хотел доехать до аэропорта на своей «ласточке», – сказал он Ванде.
– «Ласточке»? – недоуменно спросила Ванда, после того как я перевел ей сказанное Антоном. Все же разговор все это время шел на русском языке.
– Да, Антон, скорей всего, говорит о своем автомобиле «Москвич 408», – ответил ей я.
– Да, на нем, а вы многое про меня знаете, Норман, хотя, учитывая подготовленные вами документы, мне не стоит удивляться, – сказал, покачав головой, Антон.
– Я знал, куда и зачем еду, – ответил я, пожав плечами.
После этого последовали недолгие сборы (время и вправду поджимало), и мы все впятером отправились к гаражу-«ракушке», стоявшему во дворе, подсвечивая себе путь взятыми с собой фонариками. Не стоило забывать о том, что уже шел третий час ночи, а по странному совпадению во дворе не горело ни одной лампочки на столбах уличного освещения.
Судя по тому, как быстро и сноровисто Иван открыл гараж и наличию внутри целой кучи инструментов, лишь часть которых могла быть использована для ремонта автомобилей, семья Ванко в это место наведывалась нередко.
А вид автомобиля и вовсе вызвал у меня приступ ностальгии. У деда меня, Александра Кузнецова, был практически такой же, и очень жаль, что в этом мире ни деда, ни его автомобиля просто не существовало.
Конкретно этот автомобиль был зеленого цвета и был просто в идеальном состоянии, что не могло не удивлять, учитывая, что он был произведен в начале семидесятых.
– А мы точно в него все влезем? – задала резонный вопрос Ванда, почему-то посмотрев на шкафоподобного Макса.
– Должны, – с тем же сомнением, что и у нее, ответил я.
– Эй, я не такой большой, – возмутился обычно молчаливый Макс.
Но все же переживала она зря, и вместились все, пусть Максу и пришлось сесть спереди, а Ванде держать в руках клетку с попугаем, которого, оказывается, звали Гоша. И похоже, он очень хотел спать и был сильно недоволен фактом своего перемещения, поэтому всех не по разу обматерил и, по-моему, даже проклял, но, возможно, мне это только послышалось.
До аэропорта мы доехали относительно быстро, машина хоть и была не самой скоростной в мире, но все же путь обратно в аэропорт прошел гораздо быстрее, чем наш путь вперед. Возможно, стоило за это поблагодарить малое количество машин на дороге, а я напомню, сейчас была глубокая ночь, а возможно, Антон Ванко водил гораздо лучше того незадачливого таксиста.
Когда мы приехали в аэропорт и припарковали машину на платной стоянке, Антон бросил такой взгляд на свой автомобиль, что я понял, нужно обязательно организовать их воссоединение уже в США. Тем более для этого мне нужно будет выделить не такое уж большое количество денег (для меня) и отдать пару указаний.
Чего я не ожидал, так это того, что вновь встречу таксиста, про которого я как раз недавно вспоминал. Он стоял среди таких же таксистов-бомбил и что-то быстро говорил мужику лет за сорок с явной грузинской внешностью, указывая в нашу сторону.
Дураком я не был и понимал, что ничем хорошим для нас это не завершится. Да, можно было пойти на прямое столкновение, даже один Макс без проблем разберется с этими людьми, но опять же поднимется вой, крики, набежит полиция, что может привести к потере времени, а то и вовсе к нашему задержанию, поэтому я начал быстро просчитывать варианты, ища выход из этой ситуации.
Разумеется, вполне может произойти такое, что таксисты не пойдут на конфликт, но эта надежда быстро угасла, так как упомянутый ранее грузин чуть ли не вразвалочку подошел к нам, лишь в конце ненамного ускорившись, чтобы перегородить нам дорогу ко входу, а ведь мы могли и проскочить.
– Идите на хрен, идите на хрен, – заверещал противным голосом попугай, когда грузин с двумя своими подельниками за спиной оказался перед нами.
– Чего надо? – без излишней вежливости спросил я.
– Послушай, парень, – обратился ко мне грузин. – Ты зачем моего человека обидел, деньги не заплатил, да еще и избил при этом, – продолжил он наглым враньем. Хотя кто его знает, может, отвёзший нас таксист именно так и рассказал ему.
– Мы все заплатили, – возразил ему я.
– Заплатили, не заплатили – это не так важно. Главное, он был избит. И если ты не хочешь проблем с милицией, то нужно всё как-то решать, – произнес он, осмотрев меня, или, точнее, мой костюм жадным взглядом. Да, за этот визит в Россию я уже который раз подумал о том, что нужно было одеться немного попроще, но к хорошим вещам привыкаешь и считаешь их просто естественными и даже не думаешь об этом.
– Послушай, ты… – попытался вмешаться в разговор Иван, но я жестом остановил его, давая понять, что разберусь сам.
Я пристально посмотрел на грузина, вернув ему оценивающий взгляд, и попросил его отойти в сторону, чтобы мы могли поговорить только вдвоем. И судя по тому, как заблестели его глаза, он понял, что я собираюсь ему предложить, и, как ни прискорбно было это признавать, он был прав.
– Мне кажется, парень, который нас вез, он всё наврал, – сказал я грузину и для убедительности передал ему триста долларов.
– Наврал? – спросил грузин, практически мгновенно куда-то подевав деньги, я на миг даже заподозрил его в использовании магии.
– Да, наврал. И мне кажется, такой человек, как он, недостоин того, чтобы состоять в числе славных таксистов Внуково, – продолжил я, передавая еще триста баксов.
Но всё равно даже после того, как передал эти деньги, я видел на лице грузина какие-то сомнения, поэтому я передал еще триста, чтобы окончательно их развеять.
Грузин молча постоял, подумал и внезапно произнес: – Знаешь, друг, мне этот парень тоже никогда не нравился, мутный он какой-то. Пожалуй, ты прав, гнать его надо отсюда, нечего на хороших людей наговаривать.
– И можно еще небольшую просьбу, – добавил я, решив немного подстраховаться. Мне кажется, если бы я попросил избить того таксиста, то грузин без колебаний согласился бы это сделать, больно недобрый взгляд он кинул на него, вот что небольшой денежный стимул делает с некоторыми людьми. Но нет, моя просьба была гораздо более мирной.
– Конечно, друг. Почему нет? – с готовностью согласился он.
– Автомобиль, на котором мы приехали, вон тот зеленый «Москвич», можешь со своими парнями присмотреть за ним, чтобы его никто не тронул. Недолго, максимум неделю, потом приедут мои люди и заберут его, – высказал я свою просьбу, добавив еще сотню долларов, доведя сумму до тысячи.
– Я лично буду за ним следить. Не беспокойся, ни одной царапины на нем будет, – заверил меня грузин.
Что-то мне слабо верилось в то, что он лично будет следить за автомобилем, но, посмотрев в его честные, бегающие, практически поросячьи глазки, я понял, что будет.
– И ты не думай, что взял с меня деньги и на этом всё. Мои люди потом всё проверят, и поверь, я узнаю, если ты не выполнишь обещанное. Я тебе без каких-либо проблем отдал эту тысячу, а представь, что с тобой сделают, если я нужным людям дам в десять раз больше, – решил я немного припугнуть грузина. Метод кнута и пряника в действии. Так точно никаких проблем не будет.
И судя по тому, как он побледнел, он очень даже хорошо представлял, что с ним могут сделать за десять тысяч баксов, поэтому в этот раз его заверениям, что он всё сделает, я поверил практически полностью.
С прохождением паспортного контроля никаких проблем не возникло, точнее не так, документы Ивана они просмотрели, и никаких вопросов не последовало, а я вполне рассматривал такой вариант, что ему сейчас заломят руки и он уедет далеко и надолго, но нет.
Проблема возникла оттуда, откуда я ее совсем не ждал. Пограничники долго не могли поверить, что Антону восемьдесят девять лет, точнее, они не могли поверить, что Антон — это именно он. И это еще с учетом того, что из-за проблем со здоровьем Антон выглядел старше, чем обычно.
Хорошо, что все же, его с некоторым сомнением, но все же пропустили. С остальными проблем не было, и довольно скоро мы уже находились на полностью заправленном и готовом к полету самолете Cessna 750 Citation X.
Мы уже минут десять как вылетели из аэропорта, и я уже было посчитал, что наше небольшое приключение в России закончилось, как меня внезапно позвал пилот. Оказывается, с ним связался авиадиспетчер и потребовал совершить посадку на ближайшем аэропорту.
Ну вот и полетали…
Обновлено: 17.01.2026