*Перевод: **Astarmina***
Шелковистые волосы, ниспадающие до талии, словно белый ковер. Томный и бесстрастный взгляд.
Он был юношей, обладающим такой красотой, что если бы переоделся в женскую одежду, его можно было бы принять за красавицу.
Но никто из живущих в горах Тяньшань не смел так говорить о нем.
Великий мастер темных искусств, Король блуждающих духов Девяти Небес, Младший глава секты Небесного Демона и так далее — титулов и прозвищ, относящихся к нему, было бесчисленное множество, как звезд на небе.
— Младший Небесный Демон Ён Унхви.
Молодой владыка секты Небесного Демона, которая считалась сильнейшей в мире боевых искусств.
Естественно, любой человек из мира боевых искусств, независимо от принадлежности, должен был остерегаться даже его взгляда.
Но на самом деле главная причина страха перед ним была в другом.
— И это всё, на что вы способны, четвертый дядя? Я крайне разочарован.
Только посмотрите на этот яд Призрачного Огня. Говорят, что даже одной его щепотки достаточно, чтобы растворить быка, но он, выпив огромное количество, не только не упал, но даже испускал призрачное пламя из глаз. И при этом его холодная усмешка была настолько пугающей, что от одного взгляда на нее становилось жутко.
Вдобавок к этому разбросанные перед ним кувшины и более десяти элитных убийц, лежащих с дырами во лбах... Все это, совершенное в плохом физическом состоянии, ясно показывало, что за человек Ён Унхви.
Упрямец.
На самом деле, оценка человека, который из-за своей физической конституции не мог практиковать боевые искусства и захватил секту исключительно благодаря сверхъестественным способностям, в итоге став младшим главой, была очень простой:
— Если он улыбается, бегите без оглядки. Это значит, что вам конец.
— Привлеки его внимание, и он станет зонтиком, защищающим тебя всю жизнь. Если, конечно, это возможно.
— Он всегда был таким. Не знаю, врожденный ли у него скверный характер или он стал таким из-за немощного тела.
Тц!
Заместитель главы Чхон Хачжин, организовавший всю эту ситуацию, был крайне недоволен происходящим.
Когда-то Ён Унхви отправился с инспекцией в Центральные равнины. Но каким-то образом распространились слухи об этом, и какой-то юный даос из секты Удан стал его преследовать и донимать. В ответ Ён Унхви вырвал ему все волосы и бросил его в монастырь Шаолинь, сказав, что лысые должны держаться вместе, чем взбудоражил весь мир боевых искусств.
Праведные секты бушевали, спрашивая, не хочет ли он развязать войну, и сколько усилий было приложено к тому, чтобы всё уладить.
Проблема в том, что это лишь малый пример.
Помимо этого, случаев, вызванных Ён Унхви, было бесчисленное множество. И так было всегда.
Неприятности создавал он, а разбирался с последствиями Чхон Хачжин.
Проблема заключалась в том, что из-за таких ярких и безудержных действий Ён Унхви поддержка молодых членов секты росла с каждым днем.
Чхон Хачжин больше не мог мириться с тем, что секта Небесного Демона разрушается из-за племянника.
— Действительно. Я хотел впервые преподать урок своему племяннику, но не удалось. Мне стыдно.
— Если бы я не был так слаб, уже бы проделал такую же освежающую дыру в голове четвертого дяди, как у этих людей. Очень жаль.
— Мне остается только выразить сожаление, что все пошло не так, как планировалось.
Чхон Хачжин отвечал непринужденно, но мысленно скрежетал зубами. Он больше не мог позволить какому-то сироте продолжать делать всё, что вздумается.
Подготовка уже была завершена. Телохранители Ён Унхви давно устранены. Старейшины, не желавшие видеть главой того, кто не освоил секретные техники секты, были убеждены. «Сверху» также дали разрешение на это.
Теперь осталось только устранить его.
Хлюп! Хлюп!
Чхон Хачжин пошел по полу, устланому трупами и залитому кровью.
Как бы ни был недоволен, между ними все же были отношения учителя и ученика. И Ён Унхви все еще был гордым младшим главой секты Небесного Демона. Поэтому у него оставалась великодушная мысль завершить все собственными руками.
*******
Учитель, так вот какова цена доверия, о котором вы так часто говорили?
Вы действительно наивны.
Смотрите, в конце концов, как я и говорил, этот проклятый тип ударил нас в спину.
Если бы мог увидеть учителя, который все еще находился в глубоком сне во дворце Небесного Демона, я бы хотел сказать ему именно это.
Божественный Меч Небесного Демона, если бы он, некогда внушавший страх в мире боевых искусств, не впал в безумие, исследуя великое искусство для лечения поврежденного даньтяня никчемного ученика, этот тип никогда бы не набрался такой смелости.
Я родился с поврежденным даньтянем, что делало невозможным изучение боевых искусств. Поэтому никогда не изучал даже базовые техники дыхания.
Но к счастью или к несчастью, у меня был особый талант, отличный от других, — Глаза Мертвых.
Я мог видеть мертвых.
Нет, не только их. Мог общаться с существами, обитающими по ту сторону мира, о которых говорят люди, и иногда даже управлять ими.
Именно тогда учитель нашел меня.
— Ты не странный. Ты особенный.
Я до сих пор не могу забыть тот день, когда учитель протянул руку мне, избитому деревенскими детьми и брошенному под мостом за то, что видел призраков и лгал.
— С тех пор как за небесами появилась «Башня», иногда рождаются дети, как ты, с чрезвычайно развитым верхним даньтянем или уникальным духовным корнем. Поэтому твой талант — не ошибка. Скорее, это благословение.
Особенный, благословение — для меня, кто всегда жил с мыслью «зачем я живу», эти слова были волшебными, меняющими взгляд на мир.
— И такие особенные дети всегда совершали особенные дела. Ты тоже сможешь.
— Правда?..
— Да. Поэтому пойдешь со мной? Этот старик поможет тебе стать самым особенным в мире.
После этого я учился у него различным искусствам, которые могли использовать мой талант Глаза Мертвых.
Искусство инь и ян, гадание, геомантия, а также секретные техники нечестивых путей, астрология далекого запада, демонология и даже тайные ритуалы древней секты Байхуа, стремящейся к бессмертию.
Упорнее всех. И беспощаднее всех.
Хотя не мог держать меч в руках, как учитель, я был готов сделать всё, чтобы помочь ему.
Несмотря на множество предрассудков и осуждений, я держался только с мыслью быть похожим на учителя.
Так я смог обойти всех наследников девяти великих демонических сект и семидесяти двух еретических школ, поддерживающих секту Небесного Демона, и занять это место...
Но похоже, сегодня всему этому приходит конец.
— Перед смертью позвольте спросить только одно, четвертый дядя.
На губах человека, медленно приближающегося ко мне, играла улыбка. Должно быть, улыбка победителя. Желание разбить эту физиономию расцветало в уголке моего сердца.
— Что именно?
— Кто стоит за вами? Кто подстрекал вас? Такой трус, как вы, не мог сам организовать столь грандиозный план. Должна быть крыса, подготовившая всё это, не так ли?
Лицо Чхон Хачжина прекрасно исказилось.
— О чем ты говоришь? Решение снять тебя с поста было принято мной и старейшинами...
— Не неси чушь. У тебя кишка тонка для этого.
— Ты!!!
На его еще более искаженном лице читались только два чувства — замешательство и комплекс неполноценности. Он всегда был таким. Когда учитель был здоров, этот трус даже не смел смотреть ему в глаза и только кланялся.
— Кто это? Глава Долины Призраков Черной Кости? Глава Врат Громовой Крови? Или глава Демонической Тропы? Или кто-то третий, кого я не знаю? Значит, третье лицо. Был кто-то за сценой. Неужели это он ответственнен за то, что случилось с учителем?
— Молчать!!!
Чхон Хачжин, видимо, решив, что больше нельзя медлить, попытался сломать мне шею техникой «Рука Черной Яшмы».
И тогда я убедился. То, что случилось с учителем и со мной, было результатом чьих-то манипуляций из тени. И целью было поглощение секты Небесного Демона. Но, разумеется, я не собирался так просто сдаваться.
— Убивая меня, вы должны были вспомнить одну вещь, четвертый дядя.
Хрусть!
Моя шея вывернулась от грубого захвата Чхон Хачжина.
Раздался ужасный звук ломающихся костей, и меня накрыла сильная боль. Но я улыбнулся.
Его лицо мгновенно побледнело.
Должно быть, ему казалось жутким, что продолжаю говорить со сломанной шеей.
Затем, поздно осознав, что я задумал, он побледнел еще больше.
— Ты не...
Поздно, сукин сын.
— Священный Меч Демонического Дракона — это высший демонический артефакт, содержащий реликвию, оставленную первым Небесным Демоном.
Я положил руку на Меч Демонического Дракона, который висел на бедре. Священный предмет главы секты, который учитель велел мне всегда держать при себе на случай нужды.
Предмет, с которым связано так много воспоминаний.
Не думал, что разрушу его своими руками...
Когда вся моя духовная сила из верхнего даньтяня устремилась в него, Меч Демонического Дракона вместе с ножнами разлетелся на осколки, как стекло.
На бесчисленных осколках черного лезвия отразились не только побледневшее лицо Чхон Хачжина, но и лица членов Демонического Отряда и старейшин позади него.
И моё лицо, ухмыляющееся подобно демону.
— А теперь...
Ритуал Взрыва Духовного Адского Пламени — искусство, сжигающее души и призывающее адский огонь в мир.
При использовании высшего демонического артефакта секты в качестве жертвы, его сила будет колоссальной. По крайней мере, достаточной, чтобы уничтожить пик Шуайтянь, где находится зал младшего главы.
— Умрите все.
В тот момент мир погрузился в темноту.
*******
Сознание постепенно ускользало...
Все умерли?
Вероятно, да.
Если кто-то выжил после такого взрыва, я бы признал его мастерство.
Однако, это не значит, что я могу спокойно закрыть глаза.
Учитель все еще лежит во дворце Небесного Демона, и я так и не выяснил, кто стоит за всем этим.
Пока неизвестно, когда снова протянутся когти этих людей, трудно спокойно уйти. Поэтому нужно было найти способ возродиться.
Но поскольку мое тело полностью сгорело во взрыве, я не мог проснуться снова как Ён Унхви.
Значит, оставался только один путь.
— Что, если я проснусь в другом теле?
Среди великих искусств древней секты Байхуа есть техника Перерождения Изначального Духа. Великое искусство, созданное древними главами секты Байхуа, чтобы переселиться в свежие тела, когда они были на пороге смерти от старости или травм.
Но в восьми случаях из десяти оно заканчивалось неудачей, а даже в случае успеха человек в итоге умирал из-за несоответствия души и тела, поэтому эта техника была запрещена.
Но у меня не было причин избегать этого.
Если я потерплю неудачу, то просто умру, а если удастся... получу новый шанс.
Шанс спасти учителя и найти и уничтожить того, кто стоит за всем этим.
К счастью, вокруг всё еще оставалась демоническая энергия от осколков Меча Демонического Дракона, использованных для взрыва.
Контролируя её... я медленно протянул руку в пустоту (или в то место, о котором думал).
В тот момент, луч спасительного света, казалось, спустился с черного неба и коснулся кончиков моих пальцев.
Думая о том, как это зрелище похоже на мое имя «Унхви», что означает «свет в облаках», я потерял сознание.
Это имя я получил в день, когда впервые встретил учителя, до того существуя без имени.
Обновлено: 03.02.2026