Мы медленно опускались к земле, словно невесомые листья, которые несёт ветер. Я чувствовал каждую молекулу воздуха, поддерживающую наши тела телекинезом, каждую частицу энергии, которая текла через меня подобно живительной реке. После стольких дней беспомощности, когда мои силы были заперты демоном, это ощущение полного контроля казалось почти опьяняющим.
Лара висела у меня в руках, широко раскрыв глаза и судорожно вцепившись в мою растерзанную футболку. Её волосы развевались от набегающего ветра, обрамляя лицо, на котором смешались изумление и лёгкий страх. Когда мы наконец коснулись твёрдой поверхности, она несколько секунд не отпускала меня, словно не веря, что снова стоит на земле.
— Я, конечно, знала, что ты необычный, — произнесла она, наконец сойдя с моих рук и отступив на шаг поправляя растрёпанные волосы, — Но чтобы ходить по воздуху... это что-то новенькое.
В её голосе слышались нотки шутливости, но я видел, как она внимательно изучает меня взглядом, словно впервые видя меня и пытаясь понять, кто я на самом деле. Впрочем, после всего пережитого вопрос "кто ты такой?" казался не самым важным.
Лара медленно обернулась, окидывая взглядом окружающее пространство, и я последовал её примеру.
Мы стояли на обочине широкого асфальтового шоссе, которое тянулось прямой лентой сквозь густой лес. По обеим сторонам дороги возвышались величественные деревья — могучие дубы с раскидистыми кронами, стройные сосны, устремлённые в небо, белоствольные берёзы, листва которых мягко шелестела на ветру. Воздух был пропитан запахами хвои, прелых листьев и той особенной свежестью, которая появляется после недавнего дождя.
Асфальт под ногами был настоящим — серым, местами потрескавшимся, с жёлтой разделительной полосой посередине. Вдоль обочины росла трава вперемешку с одуванчиками и клевером. Кое-где из земли торчали ржавые столбики с отражателями, а на одном из них красовался знак ограничения скорости — привычная американская табличка с надписью "SPEED LIMIT 55".
— А где остальные? — тихо спросила Лара, и в её голосе прозвучала тревога.
Я оглянулся, надеясь увидеть привычные лица знакомых силуэтов, но вокруг нас простирался только лес да пустое шоссе. Только мы двое, стоящие посреди американской глубинки под бледно-голубым небом. Ангел не соврал.
***
Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в мягкие оттенки оранжевого и розового. Мы сидели на широком пне огромного дуба, который я срубил несколько минут назад одним движением руки — просто чтобы было где присесть и обдумать ситуацию. Мне нужно было время. Дерево упало с глухим грохотом, который эхом прокатился по лесу, а затем снова наступила тишина, нарушаемая лишь пением птиц и шелестом листвы.
Пень был настолько широким, что мы легко поместились на нём вдвоём, словно на небольшой скамейке. Кора была грубой под руками, пахла древесным соком и землёй. Вокруг пня уже начали собираться любопытные муравьи, исследующие свежий срез.
Лара сидела, обхватив колени руками, и смотрела на дорогу. Её лицо было задумчивым, но не унылым. В профиль она казалась старше своих лет — видимо, все пережитые испытания наложили свой отпечаток.
— Так значит... мы разделились, — произнесла она, и в её голосе прозвучала печаль.
Но уже через секунду она подняла голову, и в её глазах снова вспыхнула знакомая решительность. Уголки губ приподнялись в лёгкой улыбке.
— Они справятся, — сказала Лара с такой уверенностью, словно не допускала иных вариантов. — Они точно справятся. Мы ведь столько прошли! Так ведь?
Она повернулась ко мне, и я увидел в её взгляде ту силу духа, которая помогла ей выжить во всех тех кошмарных мирах. Да, она была напугана. Да, она переживала за друзей. Но она не собиралась сдаваться или впадать в отчаяние.
Я кивнул и улыбнулся в ответ:
— Именно так.
И это была правда. Ирина, Виктор, Артём, Алина — все они были сильнее, чем могли себе представить. Они прошли через ад и не сломались. Где бы они ни оказались, они найдут способ выжить и, возможно, найти путь домой. Хотелось в это верить.
Лара встала с пня, отряхнула джинсы от древесной пыли и потянулась, разминая затёкшие мышцы. Лучи заходящего солнца играли в её волосах, превращая светлые пряди в золотистые.
— Так, — сказала она, поставив руки в боки и посмотрев на меня с решительным видом, — чего мы ждём?
Я собирался ответить, когда до моих ушей донёсся знакомый звук — рокот двигателя, доносившийся откуда-то из-за поворота дороги. Звук становился громче, приближаясь к нам.
— Машина, — сказал я, поднимаясь с пня и указывая пальцем в сторону поворота.
Из-за изгиба дороги, скрытого плотной стеной сосен, показался мощный пикап — тёмно-синий Ford F-150 с хромированным бампером и мощными фарами. Машина ехала не спеша, её водитель явно не торопился. В кузове виднелись какие-то инструменты и мешки, а на заднем стекле красовалась наклейка с американским флагом.
Лара проследила мой взгляд и тоже увидела приближающуюся машину. На её лице появилась хитрая улыбка.
— Ну что ж, — сказала она, приглаживая волосы и готовясь выйти на дорогу, — посмотрим, насколько гостеприимны местные жители.
Лара подняла руку, делая знак водителю остановиться. Пикап притормозил и остановился рядом с нами. Водительское стекло опустилось, и из кабины выглянул мужчина лет пятидесяти с добродушным лицом, покрытым щетиной. На нём была клетчатая рубашка и выцветшая бейсболка с логотипом местной бейсбольной команды. Типичный Американец.
— Эй, ребята! — окликнул он нас с заметным южным акцентом на котором говорили только местные жители. — Что-то случилось? Машина сломалась?
— Мы... застряли, — неуверенно начала Лара. — Наша машина... э-э...
— Сгорела, — добавил я, решив, что это звучит правдоподобно.
Мужчина нахмурился, выражая сочувствие.
— Вот же незадача! А страховка есть?
— Есть, но мы сейчас просто хотим добраться до ближайшего города, — объяснила Лара. — Можете нас подвезти?
— Конечно! — тут же согласился водитель, широко улыбнувшись. — Меня Джо зовут, Джо Миллер. Забирайтесь в кабину. Места хватит всем.
Мы обошли машину и забрались внутрь. Салон пах старой кожей, табаком и сосновым освежителем воздуха, болтавшимся на зеркале заднего вида. На приборной панели лежала помятая бейсболка и термос с кофе. Всё было привычным.
— Вы местные? — спросил Джо, трогаясь с места.
— Нет, туристы, — ответила Лара. — Путешествуем по стране.
— Отлично! — воодушевился Джо. — Красивые места тут у нас. Я всю жизнь здесь живу, могу рассказать много интересного. А откуда вы родом?
— Из... России, — призналась Лара после небольшой паузы.
— О, русские! — воскликнул Джо. — Никогда не встречал русских лично. А как вам наша страна?
— Очень красиво, — искренне ответила Лара, глядя в окно на проплывающие мимо леса. — Особенно природа.
За окном действительно открывались потрясающие виды. Дорога вилась между покрытыми лесом холмами, то поднимаясь вверх, то спускаясь в живописные долины. Солнце садилось, окрашивая небо в невероятные оттенки — от нежно-розового до насыщенного пурпурного. Деревья стояли словно зачарованные, их кроны мягко колыхались на лёгком ветерке.
— Да уж, природа у нас что надо, — согласился Джо. — Особенно осенью красиво. Листья жёлтые, красные... Но и сейчас неплохо. А что привело вас в наши края?
— Просто захотелось посмотреть мир, — пожала плечами Лара. — Понимаете, иногда нужно сменить обстановку.
Она быстро соображала и импровизировала. Ладно, оставлю ей это всё.
— Понимаю, — кивнул Джо. — Сам бы не отказался попутешествовать, да дела не отпускают. Ферма, знаете ли. Скотина сама себя кормить не будет.
Пока они болтали, я закрыл глаза и сосредоточился на восстановлении. Мне нужно было привести в порядок энергетические потоки, стабилизировать связь с силами после долгого заточения. Телекинез работал исправно, но остальные способности требовали настройки. Для путешествия нужна была энергия, которая сейчас было в хаосе.
— А вы фермер? — поинтересовалась Лара.
— Ага, — гордо ответил Джо. — Небольшое хозяйство, но своё. Коровы, свиньи, куры. Жена овощи выращивает. Детишки уже выросли, разъехались по городам. Остались мы с Мэри вдвоём. Но ничего, привыкли.
— Наверное, тихо без детей?
— Поначалу было непривычно, — признался Джо. — Но зато больше времени друг на друга. Сорок лет женаты, а всё ещё есть о чём поговорить.
Лара улыбнулась:
— Это здорово. Редко встретишь такие крепкие семьи.
— А у вас как? Вы молодые люди...
— Мы... друзья, — слегка смутилась Лара. — Вместе путешествуем.
Я медленно двинул бровью на такое, но вернул внимание к своему телу.
Джо хитро подмигнул:
— Понятно-понятно, друзья. А ваш спутник что-то молчит. Устал?
— Да, долгая дорога, — объяснила Лара, взглянув на меня.
Я продолжал медитировать, но слышал каждое слово. В Джо не чувствовалось ничего подозрительного — обычный человек со всеми присущими людям эмоциями, мыслями, заботами. Его энергетическая аура была чистой, естественной. Как у человека.
Разговор продолжался. Джо рассказывал о местных достопримечательностях, Лара задавала вопросы о жизни в Америке. Обычная дружелюбная беседа между незнакомцами, волей случая оказавшимися в одной машине.
За окном темнело. Включились фары, освещая дорогу впереди. Мы проехали мимо нескольких указателей с названиями небольших городков, мимо придорожного кафе, где на стоянке стояли грузовики дальнобойщиков.
— А куда вы направляетесь? — спросил Джо. — Я могу довезти до Пайнвуда. Это ближайший городок. Там есть мотель, ресторанчик. Сможете переночевать, утром решить, что делать дальше.
— Отлично, — согласилась Лара. — Мы очень благодарны за помощь.
— Да что вы! — отмахнулся Джо. — У нас тут принято помогать друг другу. Особенно путешественникам.
Внезапно машина стала сворачивать с основной дороги на узкую лесную тропу.
— А... мы куда едем? — удивилась Лара, оглядываясь по сторонам.
Тропа вела в густой лес, фары освещали стволы деревьев и кустарник. Место было совершенно безлюдным.
— Нужно заправиться, — ответил Джо, но в его голосе появились новые нотки. — Знаю тут одно местечко...
Лара насторожилась. Я почувствовал изменение в её теле — всплеск тревоги и готовности к опасности. Адреналин.
— Джо, а может, лучше заправимся на заправке? — предложила она. — По дороге же были...
— Нет, — сухо ответил Джо, и его голос изменился полностью. Исчезли добродушие и южный акцент. — Мне нужно перекусить.
Он остановил машину посреди леса и повернулся к Ларе. Лицо его оставалось человеческим, но глаза... В глазах плескалась чёрная пустота, а когда он улыбнулся, я увидел ряды острых зубов.
— Я так проголодался, — прошипел он, протягивая к Ларе руки. Ясно понятно.
Я, не открывая глаз, схватил его телекинезом. Невидимая сила обхватила тело твари, полностью обездвиживая. Джо застыл в неестественной позе, его глаза расширились от удивления.
— Что... — прохрипел он.
Я вынес его из машины телекинезом, даже не пошевелившись. Тварь повисла в воздухе рядом с пикапом, беспомощно дёргая конечностями.
Только тогда я открыл глаза и повернулся к Ларе:
— Всё в порядке?
— Опять твари? — вздохнула она, хотя в её голосе слышалось облегчение.
— Похоже на то, — ответил я, выбираясь из машины. Встав, осмотрел тварь.
Она висела передо мной, её человеческое обличье начало расплываться, обнажая истинную сущность. Глаза налились красным светом, а зубы превратились, как и ногти, в острые отростки, которые также светились своей остротой в свете заката.
— Что ты такое? — спросил я, усиливая телекинетический захват.
— Не важно, — прохрипела тварь. — Я найду вас. Что бы ты ни сделал с этим телом, мне всё равно. Я вас всё равно найду. Убью, сожру ваши души.
— Говори яснее.
Тварь захихикала:
— Мы знаем, что вы здесь. Почувствовали но не понимали. Мы видим вас через тысячи глаз, слышим через тысячи ушей. Ты можешь убить эту оболочку, но не можешь убить нас всех. Я всё равно доберусь до ваших тел.
— Коллективный разум? — Предположил, склонив голову.
— Умный мальчик, — прошипела тварь. — Мы — везде. В каждом встречном, в каждом, кто предложит помощь. Мы изучим вас, узнаём ваши слабости. И когда придёт время твой телекинез не спа...
Я сжал телекинетический захват. Разгон на тысяч градусов воздуха и тварь издав булькающий звук рассыпалась в прах, от повышенный температуры.
— Чёрт, — проворчала Лара, отряхивая одежду от праха, который прилетел на неё ветром. — И что теперь?
— Едем дальше, — ответил я, возвращаясь в машину и садясь за руль. — Посмотрим, что ещё нас ждёт.
***
Мы ехали по пустынной дороге уже несколько часов. Луна взошла над лесом, заливая всё вокруг серебристым светом. Лара задремала на пассажирском сиденье, укутавшись в найденную в кабине старую куртку. Конечно сперва ей было противно, но температура для неё стало слишком низкой и той пришлось переступить.
Навстречу нам не попалась ни одна машина. Обочины были пусты, придорожные кафе и заправки стояли заброшенными. Только бесконечная лента асфальта, уходящая в темноту.
Я размышлял о произошедшем. Планета казалась совершенно обычной — та же атмосфера, те же энергии, обычные люди. Но что-то было не так. Что-то очень тонкое, почти неуловимое. Словно реальность имела небольшой сдвиг, искажение, которое было трудно заметить.
Твари говорили о коллективном разуме. Это означало, что они могли вселяться в людей, контролировать их, использовать как марионеток. Но сколько их было? И главное — кто стоял за этим?
Заправки попадались регулярно, но все были закрыты. Не просто на ночь — они выглядели заброшенными уже давно. Ржавые насосы, разбитые стёкла, выцветшие вывески. И это в стране, где автомобиль — основное средство передвижения.
Нет, что-то здесь было точно очень неправильно.
Впереди замаячили огни небольшого городка. Указатель сообщал: "Пайнвуд — 2 мили". Я сбросил скорость, разглядывая приближающиеся дома.
Лара проснулась от изменения звука двигателя.
— Приехали? — сонно спросила она.
— Похоже на то.
Городок был крошечным — несколько сотен домов, расположенных вдоль главной улицы. Большинство строений выглядели старыми, но ухоженными. Светились окна, на крыльцах горели лампы. Обычный американский провинциальный городок, каких тысячи по всей стране.
Я чувствовал людей — их энергетические подписи, мысли, эмоции. Всё было нормально. Обычные люди жили своей обычной жизнью, думали о работе, семье, повседневных заботах. Ци показывало мне, хоть и с перебоями, что всё вокруг нормально. Никакой аномалии.
Мы въехали на центральную улицу. Несколько человек шли по тротуарам — кто-то возвращался с работы, кто-то выгуливал собаку, пара подростков стояла у кафе-мороженого.
И тут случилось то, что заставило меня разочаровано выдохнуть воздух.
Все люди на улице — абсолютно все — синхронно повернулись к нашей машине. Мужчина с портфелем, женщина с собакой, подростки, пожилая пара на скамейке, дети — все как один развернулись в нашу сторону и уставились на пикап.
Их лица были совершенно спокойными, даже дружелюбными. Некоторые улыбались. Но все они смотрели на нас с одинаковым выражением, одинаково наклонив головы.
Я медленно выдохнул.
— Что происходит? — прошептала Лара, заметив странное поведение горожан.
— Кажется, нас ждали, — тихо ответил я, продолжая ехать по главной улице под десятками внимательных взглядов.
— Вы тут…
Десяток голосов сказали одни и те же слова, словно марионетки, их голоса усилились от пустоты улиц и громкости голосов. Это должно было быть страшно, испугать нас, заставить чувствовать нас в опасности. Но я просто закатил глаза. Опять двадцать пять.
***
В бесконечной пустоте, где не было ни земли, ни воздуха, ни планет, три сущности собрались для разговора. Здесь, в самом сердце Тьмы и Света, где рождались и умирали вселенные, где переплетались нити судеб миллиардов существ, царила абсолютная тишина.
Ангел преклонил колено, его крылья из чистого света простирались на десятки метров позади него, складываясь в покорном жесте. Каждое перо излучало Святую энергию, но сейчас их сияние было приглушённым, словно сама суть существа выражала смирение перед теми, кто стоял выше.
Перед ним, в завесе непроницаемой тьмы, возвышались две фигуры. Их истинный облик был скрыт за пеленой мрака, который поглощал даже свет ангельских крыльев. Но их присутствие ощущалось как тяжесть целых планет, как притяжение чёрных дыр, способных поглотить всё вокруг.
— Госпожа, — начал Ангел, его голос звучал как хор тысячи голосов, но в нём слышались нотки неуверенности. — Я провинился.
Тишина, которая последовала за его словами, казалась вечностью. Тьма перед ним колыхнулась, словно живая, и когда наконец прозвучал ответ, каждое слово отдавалось болью в самой сути ангельского естества.
— Провинился, — голос Госпожи не был громким, но он пронизывал всё сущее, заставляя дрожать всё пространство вокруг. — Объясни.
— Пространственный сдвиг произошёл в самый критический момент, — Ангел не поднимал головы, продолжая смотреть в бездонную пустоту под собой. — Демон активировал какую-то древнюю магию, которая разорвала ткань реальности. Я успел лишь перенести их в безопасное место, но след генерала... немного потерялся.
— Безопасное место, — в голосе Госпожи появилась насмешка. — Ты называешь мир, кишащий паразитами, которые создали свой мерзкий рай, безопасным местом?
— Я... — Ангел сжал кулаки, его крылья затрепетали. — Выбора не было. Демон был слишком близок к полному поглощению генерала. Ещё мгновение, и мы потеряли бы его навсегда.
Тьма сгустилась, образуя нечто похожее на силуэт. Госпожа шагнула вперёд, и пустота вокруг неё искривилась, словно сама реальность не выдерживала её присутствия.
— Миллионы лет, — каждое слово падало как молот по наковальне. Миллионы лет я ждала. Генерал должен был пройти через испытания, закалиться, переродиться. И теперь он заперт в мире, где каждое существо стремится пожрать его душу.
— Госпожа, я понимаю ваш гнев, — Ангел осмелился поднять взгляд, его светящиеся глаза встретились с бездной тьмы. — Но демон... он был не просто одержим жаждой Души. Он был чем-то большим. Я чувствовал в нём отголоски Древних…
Госпожа замерла. Вторая фигура, которая до этого момента хранила молчание, слегка подалась вперёд, но не произнесла ни слова.
— Древние, — Госпожа произнесла это слово с такой ненавистью, что пустота вокруг них содрогнулась. — Значит, они всё-таки решили вмешаться. Думали, что мы забыли о их существовании.
— Возможно, демон был их агентом, — предположил Ангел. — Его цель могла быть не просто поглощение генерала, а нечто большее. Срыв наших планов, возвращение Хаоса.
— Хаоса, который они так любят, — Госпожа медленно обошла коленопреклонённого Ангела, её присутствие заставляло даже его сущность трепетать. — Но они просчитались. Генерал сильнее, чем они предполагают. Даже в том мире он найдёт способ выжить и стать сильнее.
— Я всё ещё могу попытаться проследить его, — предложил Ангел. — Создать связь, направить его...
— Нет, — Ответила она быстра. — Вмешательство лишь ослабит его. Он должен пройти этот путь сам. Но...
Она остановилась прямо перед Ангелом, и тот почувствовал, как её взгляд пронизывает его насквозь, изучая каждую частицу его бытия.
— Ты сказал, что лишил демона физической оболочки. Что стало с его сущностью?
— Я... сохранил её, — Ангел протянул руку, и из небытия материализовалась идеально чёрная сфера размером с человеческую голову. Она не отражала свет, наоборот, поглощала его, создавая вокруг себя область абсолютной тьмы. — Его душа заперта здесь.
Госпожа протянула руку, и сфера медленно поднялась в воздух, зависнув между ними. Из неё исходило едва слышное шипение, словно заключённая внутри сущность пыталась вырваться на свободу.
— Интересно, — пробормотала Госпожа, изучая артефакт. — Очень интересно. В этой душе действительно есть отголоски Древних. Их печать, их сила. Но есть и нечто ещё...
Она сжала кулак, и сфера треснула, выпуская наружу тонкие струйки чёрного дыма.
— Страх, — с удивлением произнесла Госпожа. — Этот демон боялся. Боялся генерала. Не его нынешней силы, а того, кем он может стать. Значит, Древние знают больше, чем мы предполагали.
— Что это означает, Госпожа? — осмелился спросить Ангел.
— Это означает, что наш генерал ещё более важен, чем мы думали, — Госпожа медленно раздавила сферу, и душа демона с протяжным воем растворилась в ней словно пропав в пустоте её фигуры. — Если Древние готовы рисковать своими агентами, чтобы остановить его развитие, значит, они видят в нём угрозу своему возвращению.
Она повернулась к молчащей фигуре:
— Что думаешь?
Вторая сущность кивнула, но по-прежнему не проронила ни слова.
— Хорошо, — Госпожа снова обратилась к Ангелу. — Ты справился с задачей лучше, чем я изначально предполагала. Демон уничтожен, генерал жив и получил новый вызов. Теперь нам остаётся только наблюдать и ждать.
— А что касается мира, где он оказался? — спросил Ангел. — Те паразиты...
— Пусть попробуют его сломать, — в голосе Госпожи прозвучала насмешка. — Каждое испытание только закалит его дух. А если он погибнет... значит, возродиться вновь. Смерть не посмеет трогать моего сына.
Ангел поднялся с колен, его крылья расправились, снова начиная излучать яркий свет.
— Должен ли я продолжать наблюдение?
— Издалека, — предупредила Госпожа. — Не вмешивайся, не направляй, не помогай. Пусть идёт своим путём. Но если Древние попытаются послать ещё кого-то...
— Я буду готов, — заверил Ангел.
— Тогда иди. И помни — от того, что происходит с генералом сейчас, зависит судьба этой войны. Они станут нашими Всадниками, когда придёт время.
Ангел поклонился и начал растворяться в пустоте, его крылья оставляли за собой искры света, которые медленно угасали в бесконечной тьме.
Когда он исчез, Госпожа повернулась к своему молчаливому спутнику:
— Покажи мне, — её голос стал мягче, почти просящим.
Вторая фигура протянула руку, и в пустоте появилось изображение — далёкий мир, маленький городок, пикап, едущий по ночной дороге. В машине сидели двое — молодой человек за рулём и девушка рядом с ним.
— Он изменился, — заметила Госпожа, всматриваясь в лицо генерала. — Стал сильнее, увереннее. Демон, сам того не желая, подарил ему то, чего мне не удавалось добиться тысячелетиями — развития без моей силы.
Изображение мерцало, показывая, как генерал без малейших усилий уничтожает тварь, овладевшую телом женщины.
— Да, — прошептала Госпожа. — Он готов. Почти готов. Осталось совсем немного.
Видение погасло, и две фигуры остались одни в бесконечной пустоте.
***
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 15.02.2026