— Ладно, похоже ваши герои не справляются с твоими злыми версиями... — я отпустил телекинетическую хватку, и оба героя рухнули на колени, жадно глотая воздух. Перегнул палку. Да-а, иногда забываю, что не все оппоненты противники. И не все они сильные.
Марк поднял голову, в глазах полыхала смесь ярости и страха:
— Если они такие же сильные, как эти двое, вся планета в опасности. Ты не можешь нас…
— Они не сильнее, — перебив ответил, сканируя планету. — Твои «близнецы» разбросаны по всему миру, примерно... двадцать. И каждый разносит по городу. Но их сила, на уровне твоей, может ненамного выше.
Ева встала, её пальцы всё ещё дрожали от розового свечения, она была готова атаковать:
— Как ты можешь это знать?
Я усмехнулся:
— Ты можешь менять материю на атомном уровне, а я чувствую их. У каждого свои таланты.
Марк попытался взлететь, но я удержал его за плечо, мгновенно оказавшись рядом с ним. Не телекинезом — просто рукой. Он дёрнулся, но не смог сдвинуть меня ни на миллиметр.
— Пусти! Я должен их остановить! — Он наотмашь ударил меня, но ничего не смог изменить. Его рука просто соскользнула по моему плечу. Я держал его настолько, насколько хватало чтобы тот не выбрался. Ему нужно успокоится.
— И умереть героем? — я покачал головой. — Один против двадцати? Даже с твоей живучестью это самоубийство.
— А что ты предлагаешь? — вмешалась Ева, подходя ближе. Успокоилась, видя, что я не пытаясь навредит им, а говорю разумные вещи. — Сидеть и смотреть, как они убивают людей? Как разрушают планету?
Я отпустил Марка и взглянул на небо. Через плотные облака пробивалось красное зарево — где-то в десятке километров горел ещё один район. В воздухе ощущалась вибрация — где-то там новый «Марк» разносил очередной квартал.
— Предлагаю действовать с умом, — сказал я. — Я помогу. Но нам нужна стратегия. И, возможно, подкрепление.
— Подкрепление? — Марк нахмурился, кровь на его лице уже запеклась бурыми разводами. — Ты не видел, что случилось с Британским Защитником? Эти твари вырвали ему...
— Знаю, — перебил я. — Но на этой планете есть ещё кто-то с силой, верно? В каждом мире, где есть герои, всегда есть... организация. Лига, Щит, Корпус, Стража, «Хранители» — называйте, как хотите. Кто здесь отвечает за глобальные угрозы? Нам нужно организованность.
Ева и Марк переглянулись.
— Глобальная Оборонная Агентство, — ответила Ева. — Сесил Стедман. Но наверняка они уже брошены в бой, и потери должны быть...
Я поднял руку, останавливая её:
— Свяжись с ними. Скажи, что появился кто-то, способный справиться с угрозой. Со всем разом.
Марк смотрел на меня с недоверием:
— Почему ты помогаешь?
Я пожал плечами. Не говорит же ему, что в детстве, когда меня поглощал город, в которым не было света надежды, комиксы про него были единственным светом в моей детской жизни на свалке. Да-а, читать единственный том комикса раз за разом около года, было дело не весёлым. Но хоть что-то доброе было во всём этом.
— Скажем так, мне нравится этот мир. И не хочется, чтобы его разрушила банда летающих идиотов в цветных костюмах.
Ева достала коммуникатор — маленькое устройство, похожее на таблетку аспирина с логотипом ГОА. На голографическом экране появилось изображение мужчины с седыми висками и взглядом, который видел слишком много дерьма. Да-а, воспоминание были мутными, но он был похож на себя из комиксов. Как и все вокруг.
— Сесил, у нас... помощь, — быстро проговорила Ева. — Кто-то очень сильный. Он...
— Я видел записи с камер, — перебил её Стедман, не отрывая взгляда от меня. — Ты уничтожил двух противников за секунды. Кто ты?
— Турист, — ответил я. — И, похоже, у вас тут нашествие.
Стедман молчал несколько секунд, потом кивнул:
— Пятнадцать минут назад мы потеряли связь с Бессмертным. Он пытался остановить одного из этих... Марков... в Лос-Анджелесе. Последние данные указывают на район Малибу. Если ты действительно хочешь помочь, начни с этого.
Я усмехнулся:
— А вы не теряете времени, да? Хорошо. Марк и Ева — со мной. Им нужен отдых и восстановление. Дайте полчаса, и мы начнём зачистку.
Стедман нахмурился:
— Времени нет. Каждая минута...
— ...стоит жизней, я понял, — я посмотрел на избитых героев. — Но эти двое едва стоят на ногах. А мне нужны помощники, которые не отключатся в середине боя. Они мне подскажут если что-то не так. Я в ваших реалиях не сильно то и разбираюсь.
Стедман сжал губы, но кивнул:
— Сорок минут. Не больше. За это время мы отправим дополнительные силы в Малибу. Координаты сбрасываю.
Экран потух. Я повернулся к паре героев:
— Есть где передохнуть? Желательно подальше от зоны боевых действий.
***
Убежище оказалось подвалом заброшенного склада в промышленном районе. Тесно, темно, пахнет плесенью — но зато безопасно. Марк сидел на ящике с консервами, стягивая изодранный костюм с плеч. Его тело было покрыто синяками, которые на глазах меняли цвет с фиолетового на жёлтый. Быстрая регенерация — впечатляюще, но не сравнится с тем, что я видел в других мирах. А тем более моя.
Ева колдовала над походной аптечкой, её руки слегка светились розовым — она ускоряла регенерацию тканей на микроуровне. Умно.
— Ты так и не сказал, откуда ты, — заметил Марк, морщась, когда Ева прикладывала антисептическую салфетку к рваной ране на его плече.
Я прислонился к стене, наблюдая за ними:
— Из мира, которого больше нет. Или он есть, но я не могу его найти. Долгая история.
— И долго ты... путешествуешь? — поинтересовалась Ева, не отрывая взгляда от работы.
— Сотня миров, — ответил я. — Не знаю, может несколько месяцев? Время понятие растяжимое. Некоторые похожи на обычную Землю. Другие... скажем так, вы бы не хотели там оказаться. Твари, лава и другие ужасы.
Марк хмыкнул:
— Звучит как ад.
— Иногда да, — согласился я. — Но бывают и интересные места. Как ваше. Кстати вы хоть понимаете, что живёте в одном из самых странных миров, которые я видел?
— В каком смысле? — Ева подняла бровь.
— В таком, что ваша планета битком набита сверхлюдьми, монстрами и инопланетянами, но при этом большинство людей продолжают ходить на работу, смотреть телевизор и беспокоиться о кредитах, — я усмехнулся. — Где-нибудь эта хрупкая нормальность давно бы рухнула. А тут всё вроде бы нормально, если не считать этих…
Меня прервал звук коммуникатора. Голос Стедмана звучал напряжённо:
— Мы потеряли Лос-Анджелес. Полностью. Наш «гость» движется на север, к Сан-Франциско. И он не один — судя по всему, к нему присоединились ещё двое.
Я выпрямился:
— Три вильтрумита в одном месте? Интересно.
— Вильтрумита? — Марк резко поднял голову. — Откуда ты знаешь это слово?
Я замер. Чёрт. В пылу событий совсем забыл, что не должен знать местной специфики. Хотя... какая разница?
— Знаю многое, — уклончиво ответил я. — Например, что твой отец — один из них. И что их планета называется Вильтрум. И что они — раса завоевателей.
Глаза Марка расширились:
— Но как...
— Потом объясню, — я оттолкнулся от стены. — Времени мало. Ева, он готов к бою?
Она кивнула, хотя в её глазах читалось сомнение:
— Регенерация идёт быстрее, чем обычно. Я ускорила процесс, но...
— Я в порядке, — Марк встал, расправляя плечи. Его новый костюм — запасной, извлечённый из металлического контейнера в углу — плотно облегал мускулистое тело. — Три вильтрумита — это серьёзно. Даже для тебя.
Я улыбнулся, то что сдерживался, не значит, что эти сильные инопланетяне доставляют мне трудности.
— Кто знает. Но я видел вещи и похуже. Кстати, мы так и не представились нормально. Я — Каин.
— Марк Грейсон. Хотя ты, похоже, и так знаешь.
— Ева Уилкинс, — кивнула девушка, натягивая перчатки. — Но в бою меня зовут Атомная Ева.
— Супегеройские имена, — протянул я. — Как давно я их слышал. Ладно, готовы размяться?
***
Сан-Франциско горел. Дым от пожаров закрывал небо чёрным покрывалом, сквозь которое пробивались красные всполохи. Мост «Золотые Ворота» был разорван посередине, его стальные тросы свисали, как внутренности выпотрошенной рыбы. В заливе плавали обломки кораблей и тела — сотни тел, разбросанных по серой воде, как мусор.
Я скользил над городом, держа на телекинетическом поле Марка и Еву. Подстраховка. Они смотрели вниз с ужасом, который невозможно было скрыть. Марк сжимал кулаки так сильно, что костяшки побелели.
— Они... хуже монстров, — прошептал он. — Даже мой отец не был таким... таким...
— Безжалостным? — подсказал я. — Ты ещё мало видел, парень.
Мы замерли, опускаясь к земле. Зависли над районом Финансового центра. Небоскрёбы были превращены в руины — стекло и сталь разбросаны по улицам, как конфетти. И посреди всего этого стояли они. Трое. Одинаковые лица, разные костюмы: чёрный с красным символом, тёмно-синий с золотыми полосами и белый со знаком отличия Вильтрума. Они парили над мостовой, окружив что-то... кого-то.
Я пригляделся. На асфальте лежало тело — окровавленное, изломанное, но всё ещё живое. Мужчина с длинными волосами цвета воронова крыла, в разорванном красном костюме. Его грудь была раскрыта, как консервная банка, рёбра торчали наружу, но каким-то чудом он всё ещё дышал. Каждый вдох был мучением — кровь пузырилась в лёгких, вытекая изо рта.
— Бессмертный... — выдохнула Ева, её руки взметнулись, готовя энергетический выстрел.
Я остановил её:
— Подожди. Смотри.
Трое Марков кружили над Бессмертным, как стервятники. Один — в чёрно-красном — наклонился, схватив умирающего героя за волосы.
— Я вырву твоё сердце и скормлю его тебе, — произнёс он с улыбкой, которая не принадлежала человеку. — Снова и снова. Сколько раз ты можешь умереть, Бессмертный?
— П-пошёл... к... ч-чёрту... — прохрипел герой, кровь хлынула из его рта.
Чёрно-красный засмеялся, запрокинув голову. Его товарищи присоединились — странный, металлический звук, похожий на скрежет стали о стекло. Безумные? Или это игра?
— У вашего мира нет шансов, — сказал Марк в белом костюме. — Никогда не было. Вы слабы, жалки, ничтожны. Вильтрум победит. Всегда.
— Интересный монолог, — я опустился ниже, оставив Марка и Еву парить над нами.
Все трое резко повернулись. Их глаза — одинаковые, холодные — уставились на меня с одинаковым выражением удивления, быстро сменившегося яростью.
— Ещё один герой? — протянул чёрно-красный. — Или... — его глаза сузились, заметив мою одежду. Простую одежду без каких-либо супергеройских заморочек. — Ты не местный.
— Проницательно, — я покачал головой. — И у меня к вам предложение. Убирайтесь с этой планеты. Сейчас же. Или я отправлю вас под землю. Я великодушен и предлагаю всем такое…
Они переглянулись, а потом рассмеялись — синхронно, как хорошо отрепетированный хор.
— Ты? Один? Что ты можешь? Призовёшь свою мамочку? — спросил Марк в синем костюме.
— А мне не нужна мамочка, — я улыбнулся. — Мне достаточно этого.
Я щёлкнул пальцами, и телекинетическая волна ударила по ним, как кувалда. Все трое отлетели, врезавшись в остатки небоскрёба. Стекло и сталь разлетелись, здание содрогнулось, начиная крениться. Но они уже выбирались из обломков, их костюмы были порваны, кожа — поцарапана, но ярость в глазах горело огнём. Славно.
— УБИТЬ ЕГО! — заорал чёрно-красный, и они рванули ко мне, их тела разогнались до сверхзвука, воздух взорвался от ударной волны.
Я уклонился от первого — синего, — поймал за плечо, развернул и швырнул в белого. Они столкнулись с грохотом, их тела сплелись, кости хрустнули. Но третий — чёрно-красный — был быстрее. Его кулак врезался мне в челюсть, сила удара отбросила волну, но я был намного прочнее.
Не плохо, подумал я, подвинув челюсть. Чёрно-красный, удивлённо смотрел на моё лицо и на свою руку.
Захватив его шею, стремительным движением которое тот не заметил, я поднял его держа на руке. Тот пытался выбраться, но не мог. Хм, какие-то манипуляция с гравитацией. Интересное свойство этих созданий, которое только заметил. Это раса и её представители такие интересные.
— Каин! — крикнул Марк, спускаясь ниже. — Нет!
— Да-да, не убивать всё такое… — Вырубив одним движением телекинез прямо в мозг, выбросил эту версию Марка подальше. — Лучше займитесь Бессмертным! Вытащите его отсюда, а то ещё умрёт…
Марк пока я разговаривал в синем атаковал сбоку, его кулак летел к моей голове. Я поймал удар ладонью, сжал — кости хрустнули, он зарычал, но не отступил, вторая рука впечаталась мне в рёбра. Сильно, но не действенно. Получив ладонью по лицу, он отлетел. Вырубился? Ладно.
Белый Марк спикировал сверху, его тело было снарядом, летящим на сверхзвуке. Я перекатился в сторону, и он врезался в асфальт — мостовая треснула, кратер разошёлся на десятки метров, осколки камня разлетелись, как шрапнель. Но он уже выпрыгивал из-под земли, его кулаки были сжаты, глаза горели ненавистью.
Я поднял правую руку:
— Значит, по-быстрому.
Телекинетическая волна ударила со всех сторон, сминая воздух, как бумагу. Марк закричал, его тело скрутило, кости затрещали, кровь хлынула из носов и ушей. Я сжал кулак, усиливая давление —крик стал выше, костюм рвался от напряжения.
— Вы сильны, — сказал я, приближаясь. — Но я видел вещи, которые вам и не снились.
Он дёрнулся, пытаясь вырваться из телекинетической хватки:
— Мы... не одни! — прохрипел он, кровь текла из глаз. — Нас... десятки!
— И я найду каждого, — я наклонился ближе. — Разгромлю вас всех.
Поднявшиеся рука, была последней что видел Марк в белом костюме. После импульсы в мозгах на доли секунды остановились и тот потерял сознание. Экспериментальный трюк, который на обычных людях не стоило проводить. Позже надо будет посмотреть влияние на организм Вильтрумита такой атакой. Может станет овощем, а может ничего не будет.
Я поднял глаза, видя, как Марк и Ева спускались, бережно держа между собой Бессмертного. Его тело всё ещё было изломано, но раны начали затягиваться — медленно, слишком медленно. Ева делала всё, что могла, её руки светились розовым, ускоряя регенерацию.
— Он выживет? — спросил я, хотя знал ответ. Энергия похожая на магию крутились в тело Бессмертного. Похоже источник его сил лежит в плоскости магии. Ничего особенного.
— Должен, — кивнула Ева. — Его способности...
— Знаю. Бессмертие. Но даже его можно убить, если знать, как. — Перекрыть Ци магию не сложно, если знать, как.
Марк смотрел на останки своих клонов с смесью отвращения и страха:
— Ты... просто...
— Вырубил их? — я пожал плечами. — А ты бы предпочёл, чтобы я их убил? Конечно не будь тебя здесь, я бы их убил, но помню твоя просьбу, хотя считаю это ошибкой. Это аукнется.
Трое поверженных Вильтрумитов лежали в кратере, их тела дёргались в бессознательном состоянии, но я знал — это ненадолго. Их регенерация уже начала восстанавливать сломанные кости, зашивать разорванные мышцы. Мозги. Вильтрумиты — как тараканы: раздави одного, и он всё равно поползёт дальше. С какой-то стороны они были похожи на меня, только вот источники наших сил были разными.
Я повернулся к Марку и Еве, которые опустили Бессмертного на относительно ровный участок мостовой.
— Каин, ты уверен, что они не очнутся через минуту? — Ева нервно оглядывалась, её руки всё ещё светились розовым, поддерживая регенерацию Бессмертного. Его грудь поднималась чуть ровнее, но кровь всё ещё сочилась из ран.
— Уверен, — ответил я, сканируя их тела. — Я замкнул их нервные импульсы. Это как выключатель. Но времени у нас мало. Час, может, два. После регенерация приведёт их в сознание.
Марк встал, его лицо было напряжённым, глаза метались между мной и поверженными клонами.
— Ты знаешь слишком много, — сказал он, сжимая кулаки. — Вильтрум, мой отец, эти... твари. Откуда? Ты не просто турист.
Я вздохнул. Чёрт, парень, ты слишком любопытный для того, кто только что был на грани смерти. Но он прав — я выдал больше, чем следовало. Пора приоткрыть карты, но не все. Сюжеты придуманные на ходу полны дыр, но правду говорит не было желание.
— Скажем так, я видел миры, где Вильтрум уже победил, — начал я, глядя на дымное небо. — Миры, где твой отец не остановился. Где ты не сказал «нет». И миры, где таких, как эти, — я кивнул на клонов, — Вообще не было, но были другие. Я знаю, что такое Вильтрум, потому что я видел, что он оставляет после себя. Пепел. И ничего больше.
Ева нахмурилась:
— Ты говоришь, будто это личное.
Я усмехнулся, но без веселья. Страницы комиксов в реальности видеть мне уже приходится не впервой.
— Всё личное, Ева. Всегда. Но сейчас не время для историй у костра. Нам нужно двигаться. Если Стедман прав, в Сан-Франциско ещё не конец. Эти трое — только начало.
Марк шагнул ближе, его голос стал жёстче:
— Ты хочешь, чтобы я тебе доверял, но ты даже не сказал, кто ты на самом деле. Что за сила у тебя? Телекинез? Суперсила? Или что-то ещё?
Я посмотрел ему в глаза. В них была не только злость, но и страх — не за себя, а за мир, который он поклялся защищать. Он видел мою силу и понимал, что даже он сам ничего не может мне противостоять. Но он стоял прямо, даже если и боялся. Это и делало его Марком Грейсоном, тем самым Неуязвимым, которого я знал из комиксов. Истинный Герой.
Да-а-а…Чёрт, ладно, он заслуживал хотя бы части правды. Делаю ему поблажки как тому, кем восхищался в детстве.
— Я — тоже пришелец, — сказал прямо. — Как и ты, я вырос на Земле. Своей Земле. Но судьбы у нас совсем другие. Я не герой, Марк. И не злодей. Я просто тот, кто пытается вернутся домой, по пути помогаю кому хочу и могу. Можешь считать меня эгоистом с большой силой. Я не враг, ни тебе, ни этой планете.
Он молчал, переваривая мои слова. Ева положила руку ему на плечо, словно призывая успокоиться.
— Ладно, не время для слов. — Ева, взяв руку Марка, повернулась ко мне. — Хочешь помочь? Тогда останови всех Марков, но, как и Марк, прошу… — Она посмотрела на лицо Марков которые лежали без сознания. — Не убивай их.
Эх, святая невинность. Думаю, с возрастом и с их продолжительностью жизни это пройдёт. Мне понадобилась всего лет десять убийств чтобы понять, что врагов нужно убивать сразу. Им же нужно дольше. Разное взросление, разное мировоззрение. Разные миры.
Вздохнув сказал.
— Ладно, свяжитесь с координаторами, и полетели дальше. Нам ещё нужно поймать остальных…
***
Связь с координаторами оказалась проблемой — большинство спутников были сбиты. К счастью, у Евы был прямой канал с ГОА, и вскоре голографический экран ожил. Стедман выглядел ещё хуже, чем час назад — лицо осунулось, в глазах застыл тот особый вид усталости, который приходит только после массовой гибели людей.
— Сан-Франциско? — спросил он без предисловий.
— Три обезврежены, — ответила Ева. — Временно. Бессмертный ранен, но выживет. Где следующие?
Стедман нахмурился, его пальцы забегали по невидимой клавиатуре:
— Москва, Вашингтон и Париж. В Вашингтоне двое, остальные по одному. Есть сигналы бедствия из Токио и Лондона... но до них вы не доберётесь вовремя. Нам нужно помощь.
— Доберусь, — возразил я. — Но сначала зачистим континент. Вашингтон ближе? Значит, туда. Не забудьте забрать этих…
Я взглянул на этих ребят. Злые версии одно человека. Интересно есть ли мои?
— Через 5 минут. — Ответил мне Сесил.
Ева взглянула на Бессмертного, которого мы уложили в относительно безопасном месте — за обломками бетонной стены, укрывшей его от обзора с воздуха.
— Его нельзя оставлять, — сказала она. — Даже с его способностями. Без меня за эти пять минут он может умереть.
Я кивнул:
— Берём с собой. Всё равно медики сюда не доберутся вовремя, а ваша база?..
— Разрушена, — горько ответил Марк. — Один из первых ударов.
— Тогда полетели.
***
Над Вашингтоном стоял тот же дым — чёрный, густой, со вкусом пепла. Город был не настолько разрушен, как Сан-Франциско, но всё горело, превращая небо в ядовито-серую пелену. Я летел первым, удерживая телекинезом Еву и бессознательного Бессмертного, чьи раны постепенно затягивались. Марк летал на своей силе.
— Там! — Марк указал на столб дыма, поднимающийся из центра города. — У реки!
Я изменил курс, набирая высоту для лучшего обзора. И действительно — у реки кипела битва. Двое Марков сражались против... светящейся фигуры в красно-синем костюме, вокруг которой вращалось что-то похожее на миниатюрную солнечную систему. Ядро, окружённое электронами? Интересно.
— Это же Атомный Череп! — воскликнула Ева, её голос дрогнул от удивления и, пожалуй, облегчения. — Он жив!
— Атомный Череп? — переспросил я, спускаясь ниже. — Не самое вдохновляющее имя.
— Он контролирует ядерную энергию, — объяснил Марк, его глаза не отрывались от сражения. — И он хороший парень, несмотря на прозвище.
Я усмехнулся:
— Везёт вашему миру на имена.
Мы опустились на полуразрушенную крышу небоскрёба, откуда открывался вид на битву. Атомный Череп держался неплохо — его энергетические лучи отбрасывали нападающих, создавая между ними дистанцию. Но было очевидно, что он слабеет — одежда обгорела, на лице кровоточили раны, а главное — свечение вокруг него стало тусклее. Ядерная энергия опасна, но вильтрумитов она не ранит.
— Помогите ему, заберите подальше, — сказал я, опуская Бессмертного на крышу. — Я пойду за ними.
Марк и Ева переглянулись, но кивнули. Их лица стали серьёзными, собранными — они уже не были теми измученными героями, которых я встретил час назад. Передышка и первая победа вернули им боевой дух. Хорошо.
Я соскользнул с крыши, телекинетическая сила окутала меня невидимым коконом. Рванул вниз, как метеор, направляясь прямо к месту схватки. Атомный Череп заметил меня первым — его глаза расширились, он инстинктивно направил энергетический луч в мою сторону. Я отклонил его телекинезом, продолжая снижение.
— СВОЙ! — крикнул я, надеясь, что он услышит. — Я С МАРКОМ!
Он замер на секунду, затем кивнул, возвращаясь к бою. И вовремя — один из Марков, в зелёном костюме с чёрными вставками, атаковал его сзади. Атомный Череп развернулся, создавая защитное поле, но второй Марк — в золотом костюме — прорвал его ударом.
Я приземлился между ними, телекинетическая волна разбросала нападающих в стороны. Но они были готовы — вильтрумиты учатся быстро. Золотой увернулся от второй волны, обходя меня по дуге и примериваясь для удара. Зелёный атаковал в лоб, его кулак был нацелен мне в голову.
Я поймал руку зелёного, выворачивая её и впечатывая его лицом в асфальт. Раз, два, три — бетон трескался при каждом ударе, кровь брызгала из разбитого носа. Но он всё ещё сопротивлялся, его свободная рука била меня по рёбрам с силой пневматического молота. Больно должно быть, но я не чувствовал. Когда же ты потеряешь сознание? Опять использовать телекинез?
Золотой атаковал сзади, его удар пришёлся мне между лопаток. Я не удержал равновесие, выпустив зелёного, и покатился по земле. Он использовал что-то на вроде телекинезе, перекрыв мой контроль на мгновение. Проклятье, эти двое работали слаженнее, чем предыдущие! Как будто... тренировались вместе?
Я вскочил на ноги, сканируя противников. Оба были потрёпаны — видимо, Атомный Череп постарался до нас, — но двигались синхронно, с почти механической точностью. Золотой атаковал справа, зелёный — слева, их движения были рассчитаны как у единого организма.
— Вы не похожи на остальных, — заметил я, уклоняясь от их ударов. — Умнее? Или старше?
Золотой оскалился:
— Мы элита. Первая волна. Он послал нас первыми, потому что мы лучшие. Даже не верится, что Земля всё ещё не захвачена.
— Он? — я перехватил руку зелёного, вывернул и ударил коленом в живот. — Кто — он?
— Узнаешь, — прохрипел тот, сплёвывая кровь. — Когда падёшь перед нами на колени!
Я усмехнулся:
— Не в моём стиле.
Телекинетическая волна ударила в зелёного, отбросив его на десяток метров. Золотой воспользовался моментом, его кулак врезался мне в челюсть — я почувствовал, как хрустнула кость. Боль прострелила голову, в глазах потемнело. Интересно, они как-то убирают мою защиту. Но я устоял, перехватывая его руку и ломая в локте одним движением. Он закричал, отступая.
— КАИН! — голос Марка прозвучал над нами. Он и Ева спускались, готовые вступить в бой. Атомный Череп парил рядом с ними, его энергия клубилась вокруг рук — видимо, они успели объяснить ситуацию.
Зелёный поднялся из разлома в мостовой, его лицо было изуродовано — нос сломан, скула вдавлена, один глаз заплыл. Но он улыбался — странной, безумной улыбкой.
— Вы опоздали, — прохрипел он. — Всё...
Он не договорил. Воздух за его спиной вдруг вспыхнул зелёным светом, разрываясь, как ткань. В пространстве возник круг — ярко-зелёный портал, напоминающий рваную рану. Зелёный Марк дёрнулся, его глаза расширились от удивления, а затем... что-то схватило его. Тень, рука, щупальце — я не разглядел, всё произошло слишком быстро. Даже для меня. Он исчез в портале, крикнув что-то неразборчивое.
— Что за... — начал золотой, но не успел закончить. Второй портал открылся прямо под его ногами, и он провалился в зелёное сияние, не издав ни звука. Разрыв схлопнулся так же внезапно, как и появился.
Мы замерли, ошарашенные. Марк приземлился рядом со мной, его лицо выражало крайнее недоумение:
— Что это было? Ты видел? Куда они делись?
Я покачал головой, сканируя пространство. Ничего. Никаких следов порталов или их создателей. Кто-то вмешался в наш бой? Кто-то достаточно могущественный, чтобы открыть межпространственные разрывы и утащить вильтрумитов? И чтобы я не заметил?
Не могу вспомнить кто вообще прислал этих Марков. Что связанное с Нилом Армстронгом. Не могу понять причём тут этот космонавт?
— Не знаю, — честно ответил я. — Но мне это не нравится. Это слишком... удобно.
Ева опустилась рядом с нами, поддерживая Атомного Черепа. Его свечение стало ещё тусклее, лицо побледнело.
— Он истощён, — сказала она. — Нужен отдых и восстановление.
— Лучше... продолжайте без меня, — прохрипел Атомный Череп, его голос звучал так, словно каждое слово причиняло боль. — Я... замедлю вас.
Я оглядел разрушенный город. После планету. Дым всё ещё поднимался, но звуки боя утихли. Что-то не так. Слишком тихо. Все Марки исчезли. Но я видел одного интересно человека. Над каким-то домом, летал человек с огромным мозгом.
— Свяжитесь со Стедманом, — сказал я. — Узнайте последние новости. Эти порталы... что-то изменилось. А я пока покину вас ненадолго.
Я исчез в скорости, буквально став невидимым для всех вокруг.
***
— Исчезли, — голос Стедмана звучал напряжённо, но в нём уже не было той отчаянной усталости. — Все они. Просто... исчезли.
Мы расположились на крыше одного из немногих уцелевших зданий в центре. Атомный Череп лежал, опираясь на какой-то металлический ящик, его дыхание постепенно выравнивалось. Рядом Ева работала над ранами Бессмертного — его регенерация уже залечила большую часть повреждений, но она ускоряла процесс. Марк стоял рядом со мной, глядя на голографический экран коммуникатора.
— Когда? — спросил я. — Все одновременно?
Я знал, что случилось, но пленник, которого я схватил над домом Марка, нужен был мне, так что теперь приходилось изображать незнание.
Стедман кивнул:
— Примерно пятнадцать минут назад. Мы фиксировали всплески энергии неизвестного типа по всей планете. Зелёное свечение, а потом... пусто. Все Марки, все вильтрумиты — просто испарились.
Я актёрски нахмурился, с моим идеальным контролем тело это было не сложно.
— Это не похоже на совпадение. Кто-то их забрал. Вопрос — зачем?
— И кто, — добавил Марк, сжимая кулаки. — Кто может контролировать порталы такой мощности? Был один, но я его…
Я посмотрел на него. В его глазах читался страх, но не за себя — за свой мир, за людей, которых он поклялся защищать. Злость и гнев. Эх, Марк, твоя чистота даже поражает. Думал убил этого Ангстрома Леви, но этот безумный гений выжил.
— Кто бы это ни был, он сделал нам одолжение, — сказал я. — Но долго это не продлится. У вас есть время подготовиться. Восстановить силы, спасти выживших. Организовать оборону. Возможно будет снова атака.
Стедман поднял бровь:
— Ты говоришь так, будто собираешься уйти.
Я не ответил. С исчезновением клонов Марка угроза временно миновала. Я мог бы двигаться дальше, искать путь домой через следующий мир, следующий разрыв. Но что-то подсказывало мне, что история не закончена. Слишком легко всё разрешилось. Слишком удобно. Не могу вспомнить что было дальше после войны Неуязвимых. А ещё нужно решить что делать с моим пленником.
— Нет, — наконец сказал я. — Пока нет. Сначала нужно понять, что произошло. И помочь вашему миру оправиться.
А ещё понять, как работают силы этого Ангстрома. Его порталы были интересны для меня. Может он сможет мне помочь.
Марк улыбнулся, впервые с нашей встречи — открыто, искренне:
— Спасибо, Каин. Мы... я благодарен. Без тебя мы бы не справились.
Я пожал плечами, немного смущённый его откровенной благодарностью.
— Не преувеличивай. Вы бы что-нибудь придумали. Герои всегда так делают.
***
Следующие дни превратились в безостановочный марафон спасательных операций. Мы разделились: Марк и Ева работали с военными и спасателями, вытаскивая людей из-под завалов, доставляя припасы, организуя эвакуацию. Я сосредоточился на тяжёлой работе — расчищал обломки, поднимал рухнувшие здания, чтобы спасатели могли добраться до погребённых под ними. Телекинез оказался незаменим — я мог удерживать тонны бетона и стали, пока команды медиков вытаскивали выживших.
Был эпизод с каким-то звонко кричащим парнем, который управлял электричеством, но его быстро убрали. Тупица.
В Сан-Франциско была хуже всего. Город лежал в руинах, береговая линия изменилась из-за обрушений, и казалось, будто апокалипсис здесь прорепетировали дважды. Но даже там мы находили выживших — спрятавшихся в подвалах, сбившихся в группы в метро, чудом уцелевших под обломками.
Я работал без остановки, пока Марк и Ева настаивали на перерывах. Они не понимали, что моя выносливость не имеет почти ничего общего с вильтрумитской. Я мог бы работать сутками, не чувствуя усталости — но они этого не знали. И я не собирался объяснять. Спасая людей, я чувствовал какое-то странное чувство удовлетворение. Будто был героем. Хотя давно им перестал быть.
На третий день после исчезновения Марков я сидел на краю крыши временного командного центра ГОА в Вашингтоне. Солнце садилось, окрашивая небо в тревожные оттенки красного и пурпурного. Напоминание о том, сколько крови было пролито за эти дни. Столько смертей, а всего лишь месть одного взятого безумца. Да-а, страшно представить сколько ещё предстоит Марку пережить.
— Не спится? — голос Евы раздался за спиной. Она подошла и села рядом, её костюм был измазан пылью и копотью, но глаза светились ясно. Девочка была на радость исполнительный.
— Не устал, — ответил я. — А ты должна отдыхать. Человеческие тела не рассчитаны на такие нагрузки.
Она усмехнулась:
— Я тоже не обычный человек, а ты, говоришь, как настоящий инопланетянин.
— Ты же помнишь, что я и есть инопланетянин?
— Иногда забываю, — она посмотрела на меня. — Ты слишком... понимающий. Не как другие вильтрумиты. Марк многое рассказывал про других пришельцев. Ты понимаешь людей.
Я пожал плечами, глядя на закатный горизонт:
— Может, потому что я жил среди них дольше, чем эти... пришельца. Вырос среди людей. В каком-то смысле.
Ева кивнула, не требуя продолжения. В этом была её сила — она умела слушать, не требуя больше, чем собеседник готов дать. Мы сидели молча несколько минут, наблюдая, как последние лучи солнца исчезают за горизонтом.
— Что будешь делать дальше? — наконец спросила она. — Когда всё здесь... успокоится?
Я усмехнулся:
— Буду искать путь домой. Как всегда.
— А если не найдёшь?
— Найду другой мир. И ещё один. И ещё. Пока не доберусь.
Она задумалась на мгновение:
— Звучит одиноко.
— Так и есть.
Прозвучала грустно, но как оно есть. Я заблудился и теперь искал путь домой. Может стоило всё отпустить?
Но я не мог.
Мы снова замолчали. Внизу кипела работа — сновали медики, спасатели координировали действия по рациям, кто-то раздавал еду и воду. Жизнь продолжалась, как всегда после катастроф. Люди умеют подниматься — это я понял, путешествуя между мирами. Всегда поднимаются, всегда идут дальше.
— Каин! — голос Марка раздался откуда-то снизу. Мы с Евой перегнулись через край крыши. Он стоял во дворе, глядя вверх. — Стедман хочет нас видеть! Срочно!
***
В командном центре — переоборудованном бункере под зданием Капитолия — царила атмосфера напряжённого ожидания. Десятки экранов мерцали на стенах, отображая данные со спутников, показания датчиков и координаты спасательных операций. Стедман стоял в центре, его лицо было бледным, но решительным. Костюм чистый, как и всегда, за всё время что я видел его, тот не разу был неопрятным.
— У нас проблема, — сказал он без предисловий, когда мы вошли. — Новая угроза.
— Марки вернулись? — напрягся Марк, его руки сжались в кулаки. Не могли ведь. Мой пленный лежал в определённом месте, и я держал его телекинезом тот двинуться даже не мог.
Стедман покачал головой:
— Нет, возможно хуже. Смотрите.
Он жестом активировал главный экран. На нём появилось изображение со спутника — чёрный космос и маленькая точка, движущаяся к Земле. Изображение увеличилось, и мы смогли разглядеть... человеческую фигуру. Просто человек, летящий через космос, без скафандра, без корабля. Невозможно? Для обычного человека — да. Но не для существа с вильтрумитскими генами.
— Один? — спросил я, всматриваясь в изображение. — Или есть ещё?
— Пока обнаружен только один, — ответил Стедман. — Но наши спутники повреждены, и мы видим только часть картины.
Изображение стало чётче. Теперь мы могли различить детали: мускулистая фигура в белом узнаваемым костюме. Лицо, скрывалось тьмой космоса, но что-то в его очертаниях было смутно знакомым. И самое главное — правая рука... блестела золотом. Протез? Киборг? Хм.
— Это не Марк, — сказал Марк, хмурясь. — По крайней мере, не такой, как те, что напали на нас.
— Согласен, — кивнул я. — Но он вильтрумит. Или кто-то похожий. И он направляется прямо к нам.
Ева шагнула ближе к экрану:
— Сколько у нас времени?
— При текущей скорости, — Стедман сверился с данными, — двенадцать часов до входа в атмосферу. Может меньше, если ускорится.
Я покачал головой:
— Он уже ускоряется. Смотрите.
И действительно, фигура на экране начала двигаться быстрее, огненный след от трения о разреженные слои атмосфер планет удлинился. Кто бы это ни был, он не спешил, но ускорялся.
— Что нам известно о нём? — спросил я. — Есть предположения?
Стедман покачал головой:
— Никаких. Но если он связан с теми Марками...
— Я кажется что-то знаю… — сказал Марк, его лицо стало жёстким. — Возможно это кто-то из Империи…
***
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 15.02.2026