Пёс сидел у входа в Центральный парк, неестественно неподвижный. Его глаза блестели странным светом, который не должен принадлежать живому существу. Тем более собаке. Как только я двинулся к нему, животное сорвалось с места и устремилось по вымершим улицам Нью-Йорка.
— Странно, — пробормотал я, следуя за ним неторопливым шагом.
Собака остановилась на перекрёстке, обернулась и уставилась на меня. В её взгляде читалось нечто, от чего мой затылок покрылся мурашками — осознанность. Не животный интеллект, а нечто иное, чуждое, наблюдающее за мной через эти глаза, как через окна.
Я усмехнулся. Сколько много странного в этом новом мире, подумал я, продолжая идти за лабрадором, который снова скрылся за углом здания.
Когда эта игра повторилась в третий раз, я решил перестать забавляться. Запустив суперскорость, я преодолел расстояние между нами за долю секунды, уверенный, что схвачу существо... но моя рука прошла сквозь пустоту.
Пёс исчез. Буквально растворился в воздухе до того, как я успел его коснуться.
Я замер, ошарашенный. Просканировал пространство вокруг — ничего. Покрутившись вокруг не понял, что это было. Как такое возможно? Даже с моей скоростью реакции я не заметил, куда делось животное. Уже на пределе своих возможностей я активировал все свои чувства одновременно, выискивая любой след.
И нашёл его — крошечная аномалия в пространстве, искажение воздуха в паре кварталов впереди. Пёс стоял там, неподвижный, ожидающий. Смотрящий.
— Что ты такое? — прошептал я, устремляясь вперёд.
Мы продолжили эту жуткую погоню через опустевший город. Каждый раз, когда я почти настигал его, пёс исчезал, чтобы появиться дальше. С каждым разом я всё больше понимал — это существо невозможно. Оно двигалось вне законов физики, словно насмехаясь над моими способностями. Даже с моей скоростью, я просто промахивался.
Небо над нами начало темнеть неестественно быстро. Не сумерки — тьма, надвигающаяся со всех сторон. Погоня привела меня к порту, где громадные пустые контейнеровозы качались на черных волнах. Очертания города за моей спиной размывались, словно растворяясь в сгущающемся мраке. Всё вокруг погружалась во тьму.
Пёс остановился у самой кромки воды. На этот раз, когда я приблизился, он не убежал. Он смотрел не на меня, а на воду, где что-то... происходило.
Поверхность залива начала пузыриться и кипеть, хотя вода оставалась холодной. Я ощущал это кожей. Неестественная рябь пробежала по воде, словно что-то огромное двигалось под ней.
Внезапно пёс повернулся ко мне, и его пасть открылась шире, чем это анатомически возможно. Из горла животного вырвался голос — не лай, а звук, который не должен был исходить от живого существа:
— ∞Ęŵ┼ŘҔ₽⅜⌂⌐♦¶łŁ
Звуки складывались в слова, непостижимые для человеческого разума, и всё же я понимал их. Язык существ, стоящих за гранью реальности, язык скоростей, недоступных смертным, язык тех, кто видит миры насквозь. От этих звуков воздух вокруг нас задрожал, и реальность словно треснула.
— ⌂ŁΩ¥Я§≠∆¢⅛∫∞ΘЭA — ответил я, удивляясь тому, что мой голос мог воспроизводить эти невозможные звуки. Ещё одни особенности Таоранийца?
Пёс склонил голову, и его форма начала меняться — шерсть потекла, как чернила, глаза выросли и раскрылись, как бутоны красных цветов. Тело расплылось чернильным пятном, растягиваясь, искажаясь, поднимаясь вверх.
Из чёрной массы проступали фрагменты неправильной геометрии — углы, которые не могли существовать в трёхмерном мире, поверхности, изгибающие пространство вокруг себя. Существо, которое никогда не было собакой, принимало свою истинную форму.
Вода бурлила всё сильнее, и я понял, что *нечто* поднимается из глубины. То, частью чего было существо передо мной. Лишь проводник, аватар, палец колоссальной руки, теперь втягивающийся обратно, чтобы уступить место... целому.
Из воды поднялась тьма. Не существо из плоти, а нечто, чему я не мог найти определения. Оно было огромным — высотой с небоскрёб, но размер не был его сущностью. Оно искажало реальность вокруг себя, создавая впадины в ткани мироздания. Щупальца, но не щупальца; глаза, но не глаза; плоть, но не плоть. Оно было всем этим и ничем одновременно.
Тварь продолжала изливать свой громоподобный голос, слова ломали воздух, как удары молота по стеклу. Непостижимые звуки, смесь шипения и рёва, от которых реальность дрожала, словно тонкая плёнка. Но мне было плевать. Всё, что она говорила — пустой шум, бессмысленный набор символов от существа, которое считало себя каким-то божком. Так и говорил, на этом непонятным языке. Тварь хвасталась что захватила планету и сожрало всех людей. Мерзкая тварь.
Я медленно поднял правую руку, сжал кулак и резко оттопырил средний палец, глядя прямо в её бесформенную массу. Жест чёткий, понятный даже для такой древней мерзости. Ответа не требовалось — она и так всё поняла.
Тьма взревела, её щупальца-не-щупальца рванулись ко мне с такой скоростью, что воздух завизжал, разрываясь в клочья. Я стоял неподвижно, позволяя им приблизиться. Первое ударило в землю в метре от меня — бетон пирса мгновенно превратился в лужу расплавленного камня, затем испарился в чёрное ничто. Второе метнулось в грудь, но я шагнул в сторону, и оно лишь рассекло пустоту, оставив за собой шлейф искажённого пространства. Тварь атаковала быстро, но я был быстрее. По крайней мере сейчас. Небо над портом окрасилось багровыми сполохами, словно сама атмосфера корчилась от её присутствия. Каждое движение щупалец сопровождалось низким гулом, от которого вода в заливе кипела, выбрасывая в воздух столбы пара, подсвеченные зловещим синим светом, исходящим из глубин её массы.
Ещё минуты нашего противостояния, я анализировал тварь. Все спектры чувств показывало, что я дерусь против пустоты. Ничего не было, буквально воздух, все чувство говорили мне об этом. Но разрушенный порт видный обычным взглядом показывало, что это реальность. По крайней мере, моя защита разума, выученная от Яна, была на месте. Так что вариант ментального контроля я отбросил. Пока я уклонялся, её атаки становились всё более яростными — щупальца били по земле с такой силой, что ударные волны раскалывали асфальт на километры вокруг, превращая его в пыль, а обломки кораблей в порту поднимались в воздух, крушась о невидимые барьеры её искажённой ауры. Вода залива бурлила всё сильнее, выбрасывая фонтаны чёрной жижи, которая шипела и растворяла всё, чего касалась.
Пора заканчивать этот цирк. Я взмыл в воздух, зависнув над бурлящей водой залива. Энергия закрутилась в теле, концентрируясь в глазах. Два ослепительных луча вырвались из зрачков, прочертив небо яркими полосами. Они ударили в центр существа, разрывая ночь вспышкой, от которой тени на воде исчезли, а горизонт окрасился белым. Луч прорезал тьму, как раскалённый нож масло, оставляя за собой шлейф раскалённого пара. На миг показалось, что тварь дрогнула — её масса заколыхалась, разошлась в стороны, но тут же сомкнулась обратно, поглотив мою атаку, как голодная пасть. Лазеры оставили в небе следы раскалённого воздуха, от которых облака разорвались на куски, а верхние слои атмосферы засветились алым, как от ядерного взрыва. Ударная волна от атаки разошлась кругами, снося пустые контейнеровозы в порту, словно игрушки, и вырывая из воды гигантские водяные столбы, подсвеченные отблесками моей энергии.
Она выросла ещё больше, вытянувшись вверх, словно башня из кошмаров. Щупальца хлестали воздух, каждое движение сопровождалось звуком, похожим на треск ломающихся костей. Одно из них метнулось ко мне, изогнувшись под немыслимым углом. Я уклонился, проскользнув в миллиметре от края, и почувствовал, как волна жара от удара опалила кожу. Пирс подо мной исчез — не просто растворился, а стёрся из реальности, оставив после себя чёрную дыру в ткани мира. Не стоит попадать туда. Щупальце, промахнувшись, врезалось в дальний берег, и земля там взорвалась фонтаном раскалённой породы, словно вулкан пробудился от одного касания. Небо над Нью-Йорком начало трещать — тонкие линии разломов побежали по куполу облаков, из которых вырывались вспышки молний, неестественно чёрных, будто сама тьма била в ответ.
Я рванулся вперёд, окружив себя полем сжатой энергии. Воздух заискрился, земля под ногами треснула, раскалываясь радиальными трещинами. Щупальца летели со всех сторон, но я разрезал их потоками энергии — каждый взмах руки рассекал их, как лазерный клинок, оставляя за собой обрубки, которые тут же растворялись в чернильной дымке. Тварь издавала низкий гул, от которого вода в заливе пошла рябью, но я не останавливался. Удар за ударом, я пробивался ближе к её центру. Энергия вместе Ци вокруг меня пылала, как раскалённая плазма, окрашивая воздух в золотисто-синий оттенок. Каждый разрезанный обрубок взрывался снопом искр, которые падали в воду, шипя и испаряясь, а отсечённые куски твари пытались регенерировать, вытягиваясь из черноты, но я не давал им шанса — новые потоки Ци рассекали их в пыль. Земля подо мной дрожала, словно от землетрясения, а небоскрёбы вдали начали крениться от вибраций, их стеклянные фасады лопались, осыпаясь вниз миллионами осколков, сверкающих в свете моей энергии.
Она изменила форму — стала плотнее, шире, раскинув массу, как сеть. Одно из щупалец зацепило меня за плечо, и я ощутил, как реальность вокруг руки на миг исказилась — кожа покрылась рябью, словно изображение на сломанном экране. Я отшвырнул его телекинетическим импульсом, и оно лопнуло, разбрызгав чёрную субстанцию, которая тут же испарилась. Удар телекинеза был таким мощным, что волна силы пробила тварь насквозь, вырвав из её массы кусок размером с грузовик, который рухнул в залив, подняв столб воды высотой с небоскрёб. Чёрная субстанция, разлетевшись в стороны, прожигала всё, чего касалась — металл контейнеровозов плавился, как воск, а вода вокруг кипела, выбрасывая облака ядовитого пара, подсвеченного красными прожилками энергии твари.
Достало. Я поднялся выше, зависнув над городом. Нью-Йорк лежал подо мной — пустой, мёртвый, освещённый миллионами бесполезных огней. Тварь всё ещё возвышалась у порта, её форма пульсировала, разрасталась, пожирая пространство. Людей ведь нет? Тварь всех сожрала.
Значит, это планета не нужно.
Я вытянул руки вперёд, ладони раскрылись. Тактильный телекинез активировался — невидимая сила сомкнулась вокруг земли, охватывая всю планету, как гигантская рука. Я чувствовал её вес, её плотность, каждый камень и каждый небоскрёб. Это было проще, чем поднять булыжник. Сила текла через меня, обжигая вены холодным огнём, а воздух вокруг завибрировал, искажаясь от напряжения. Небо над Землёй раскололось — огромные трещины побежали по атмосфере, из которых вырывались потоки энергии, подсвеченные золотыми и синими сполохами. Океаны внизу взревели, поднимая волны высотой в сотни метров, которые обрушивались на побережья, сметая всё на своём пути.
Тварь замерла, её масса заколыхалась, словно в недоумении. Я сжал пальцы в кулак, и Земля дрогнула. Континенты сдвинулись, океаны вздыбились, небоскрёбы Манхэттена накренились, падая в пустоту улиц. Сила текла через меня, холодная и чистая, без малейшего напряжения. Я толкнул планету вперёд, направляя её к Солнцу. Атмосфера загорелась от трения, небо окрасилось алым, затем белым. Тварь рванулась вверх, пытаясь достать меня, но её щупальца рассыпались в пыль, не выдержав ускорения. Земля начала вращаться быстрее, раскалённая до предела — тектонические плиты трещали, извергая лаву в космос, а города превращались в пылающие пятна, оставляя за собой шлейф из раскалённого металла и камня. Атмосфера пылала, как факел, выбрасывая в пустоту языки пламени длиной в тысячи километров, а магнитное поле планеты искажалось, создавая вокруг неё сияющий ореол из заряженных частиц.
Земля превратилась в гигантский снаряд, несущийся через космос. Огненный шлейф тянулся за ней, сжигая остатки воздуха. Я висел в пустоте, наблюдая, как голубой шар становится всё меньше, пока не врезался в солнечную корону. Взрыв был грандиозным — вспышка ослепила даже мои глаза, волна плазмы разошлась кольцом, испепеляя всё на своём пути. Планета растворилась в солнечном огне, став частью звезды, а тварь исчезла вместе с ней, поглощённая бесконечным жаром. Солнце дрогнуло от удара — его поверхность взорвалась протуберанцами, каждый из которых был размером с луну, а кольцо плазмы разлетелось на миллионы километров, превращая ближайшие астероиды в пар. Яркость взрыва была такой, что тени от обломков планеты отпечатались на звезде, как мимолётный рисунок, прежде чем раствориться в её недрах.
Я развернулся и полетел прочь, оставив за спиной пылающее Солнце. Пустота космоса сомкнулась вокруг, но мне было всё равно. Земля была пустой, а теперь её просто не стало. Конец.
Последнее что я увидел после перемещения, была тьма космоса, в обломках и взрывах, а после свет от прыжка. Опять ослепило.
***
Я завис в пустоте космоса, глядя на Землю перед собой. Она была жива — яркая, голубая, с белыми спиралями облаков, медленно вращающаяся под солнечным светом. Люди копошились на её поверхности, как муравьи, не подозревая о моём присутствии. Как и всегда. Не моя Земля, но всё же что-то знакомое. Жаль. В памяти всплыли обрывки — другая голубая сфера, превращённый в раскалённый шар, когда я швырнул его в звезду. Не то чтобы мне понравилось кидать родную планету в Солнце. Но надежда на то, что я найду свой дом, не угасала во мне. По крайней мере, я всё ещё верил, что найду путь обратно. Ну ладно. Этот мир — просто очередная остановка. Надо двигаться.
После всего, что произошло, мне нужен был перерыв. Заклинание перехода выжало из меня последние капли энергии — не физическая усталость, а какое-то внутреннее опустошение. Ещё и бой с этой тварью. Всё же странное было это магия, иногда брала буквально крохи, а иногда, как сейчас, буквально выпивала меня полностью. Последний противник — странная тварь. Пришлось выжечь её Солнцем, потратив больше, чем планировал. Теперь я висел тут, пустой, как выгоревший реактор. Надо восстановиться. Я направил себя вниз, к планете, выбрав точку на карте в голове: Америка, штат Вашингтон, Портленд. Почему бы не посмотреть, чем живёт этот мир? Название всплыло из обрывков знаний — ничего особенного, просто точка на карте.
Вход в атмосферу прошёл гладко. Медленным темпом, чтобы ничего не сломать, спустя несколько минут уже пересёк верхние слои стратосферы. Воздух стал плотнее, давление нарастало, но для меня это было не сложнее, чем прогулка по улице. Огненный шлейф тянулся за мной, пока я снижался, но быстро рассеивался в ветрах. Температура вокруг достигла тысяч градусов, раскалённый воздух шипел, но поле телекинеза держало его на расстоянии. Земля приближалась — сначала размытые очертания континентов, затем чёткие линии берегов, зелёные леса и серые пятна городов. Я замедлил падение, выровнял траекторию и полетел на запад, к Тихоокеанскому побережью. Скорость — около трёхсот километров в час. Мог бы быстрее, но не хотелось привлекать лишнее внимание.
Штат Вашингтон открылся подо мной густыми хвойными лесами, тянущимися до горизонта. Горы Каскадного хребта высились вдали, их вершины блестели снегом даже в апреле. Река Колумбия извивалась через ландшафт, её воды отражали солнечный свет. Я просканировал местность — никаких следов магии или аномалий. Обычный мир, на первый взгляд. Я направился к Портленду, городу, который, судя по обрывкам знаний из моего мира, славился странной смесью природы и городской жизни. Приземлившись на окраине, я убрал силы и вдохнул воздух — свежий, с ноткой хвои и сырости. Температура около 15°C, влажность высокая, типичная для этих мест. Приятно.
Портленд раскинулся передо мной — не такой огромный, как Нью-Йорк, но живой. Улицы пересекали мосты через реку Уилламетт, деля город на восток и запад. Здания невысокие, много стекла и кирпича, перемежаются зеленью парков. Люди ходили по тротуарам, машины гудели на перекрёстках. После мёртвой тишины прошлого мира этот шум был почти оглушительным. Я заметил вывески кофеен на каждом углу — местная одержимость кофе, видимо. Интересно. За последнее время у меня появилось хобби — пробовать еду разных миров. Почему бы не начать здесь? Всё равно нужно было время, чтобы восстановиться. Надо растянуть время.
Я прошёл к центру города, к району Перл. Узкие улицы, старые склады, переделанные под галереи и рестораны. На глаза попался фуд-карт — местная фишка, судя по всему. Десятки тележек стояли в ряд, предлагая всё подряд: от тако до вьетнамских блюд. Я подошёл к одной с надписью "Nong’s Khao Man Gai". Продавец, невысокий парень в фартуке, протянул мне тарелку — курица, сваренная на пару, с рисом, пропитанным бульоном, и острым соусом из ферментированных бобов. Запах был пряный, с ноткой чеснока и имбиря. Я попробовал. Курица мягкая, рис липкий, соус обжигает язык, но не перебивает вкус. Неплохо. Состав простой — белки, углеводы, немного жира. Энергия для тела, но не для меня. Быстро отыскав в своих штанах завалившиеся доллары, передал парню. Хорошо, что валюта почти что одинаковая. Бумажки остались с прошлого мира — чуть другая печать, но никто не заметил.
Дальше я нашёл тележку с пончиками — "Blue Star Donuts". Взял один с кремом из бурбона и кленовым сиропом. Тесто плотное, но не тяжёлое, крем сладкий, с лёгкой горчинкой алкоголя. Интересная штука. Запах вокруг — жареное тесто, кофе из соседних ларьков, мокрый асфальт. Портленд явно знал толк в еде — ничего вычурного, но всё с характером. Я прошёл мимо рынка на набережной, где продавали копчёного лосося — местная рыба, жирная, с дымным привкусом. Взял кусок, завёрнутый в бумагу. Соль, дым и нежная текстура — класс. Жир — хороший источник калорий. Я сжал кусок в руке, проверяя плотность, потом съел за два укуса.
Город сам по себе был любопытным. Я много глядел вокруг, сильно похожий на туриста. Так проходило время. Хотелось просто ходить и слушать людей. После тишины мёртвого мира, это был расслабляющий массаж разума. Шум толпы, обрывки разговоров — "где мой кофе", "ты видел прогноз?" — всё это сливалось в фоновый гул. Много велосипедов — люди крутили педали даже под мелким дождём, который начался ближе к вечеру. Книжные магазины, вроде Powell’s, занимали целые кварталы, набитые полками до потолка. Я зашёл внутрь — запах бумаги и чернил, тысячи книг, от старых томов до комиксов. Взял одну — какой-то детектив, пролистал. Сюжет банальный, но бумага плотная. Положил обратно. Уличные музыканты играли на углах, собирая мелочь. Один бренчал на гитаре что-то про дождь — неплохо, но ритм сбивался. Атмосфера спокойная, но не сонная — люди жили своей жизнью, не замечая чужака вроде меня.
Когда солнце село, я решил прогуляться по набережной. Фонари отражались в реке, воздух стал прохладнее, около 10°C. Дождь прекратился, оставив после себя влажный блеск на асфальте. Я шёл вдоль воды, разглядывая городские огни, когда заметил движение в тени под мостом. Скорость, очень быстрая. Прям тень в глазах людей. Но не моих. Я остановился, активировал зрение — тепловой след, холодный, почти отсутствующий. Не человек. Не монстр из порталов. Что-то другое. Хм-м. Опять какая тварь? Сканирование показало — температура тела ниже окружающей среды, около 10°C. Не Ци, не мана — что-то местное.
Фигура вышла из тени — высокий мужчина, бледный, с тёмными волосами и глазами, блестящими красным в темноте. Одежда простая — джинсы, кожаная куртка. Он двигался плавно, слишком плавно, как хищник. Вампир. Но не такой, как в моём мире — те были звероподобными, с когтями и клыками, больше похожими на монстров, чем на людей. Этот выглядел почти живым, если не считать мраморной кожи и органов, вид от которых волосы вставали дыбом. Он был как статуя. Я провёл анализ — сердце не бьётся, но что-то течёт внутри, холодное, плотное. Не кровь в обычном смысле. Интересно.
Он не заметил меня — его внимание было приковано к девушке, идущей по тротуару в сотне метров отсюда. Она слушала музыку в наушниках, не подозревая о тени, скользящей за ней. Вампир ускорился, сокращая расстояние. Я рванулся вперёд на сверхскорости, оказавшись между ними за долю секунды. Он замер, удивлённый, его глаза сузились. Скорость реакции — около 0,1 секунды. Неплохо.
— Отойди, — бросил он низким голосом. Акцент лёгкий, американский.
Я шагнул ближе, глядя ему в глаза. Его аура была сильной, но не сравнимой с моими прошлыми противниками. Скорость и сила — да, но ничего сверхъестественного для меня. Максимум — уровень младшего вампира.
— Попробуй тронуть её, — сказал я спокойно.
Он оскалился, показав клыки — длинные, острые, но не такие массивные, как у вампиров моего мира. Девушка прошла мимо, не заметив нас, и свернула за угол. Вампир рванулся ко мне, его рука метнулась к горлу. Я перехватил её, сжал запястье — кости хрустнули, но он даже не дрогнул. Регенерация сработала мгновенно, рука восстановилась. Интересно. Скорость восстановления — около двух секунд. Прочность костей — выше человеческой, но ниже титанового сплава.
Он ударил второй раз, кулаком в грудь. Я не уклонялся — удар был сильным, около тонны силы, но тело поглотило его, распределив энергию по телу. Я толкнул его телекинезом — он отлетел на десять метров, врезавшись в бетонную опору моста. Камень треснул, но вампир тут же вскочил, стряхнув пыль. Удар пришёлся не сильным — для него мелочь.
— Кто ты? — прорычал он, готовясь к новому прыжку.
— Путешественник, — ответил я, складывая руки за спиной. — А ты кто? Не похож на вампиров, которых я знал.
Он замер, оценивая меня. Красный блеск в глазах потускнел, сменившись золотистым оттенком. Странно. Переключение режима? Я просканировал — уровень агрессии снизился, но напряжение осталось.
— Меня зовут Кайл, — сказал он наконец. — Я не охочусь на людей. Обычно. Это была... ошибка.
— Ошибка? — Я кивнул на девушку, уже скрывшуюся из виду. — Выглядело целенаправленно.
Он стиснул челюсти, но не ответил. Я шагнул ближе, сканируя его. Температура тела около 10°C, ниже окружающей среды. Сердце не бьётся, но что-то циркулирует — не Ци, что-то другое, холодное и плотное. Его кожа отражала свет, как стекло, едва заметно. Структура — кристаллическая, не органика. Я смотрел на Кайла, стоящего передо мной. Его золотистые глаза сузились, тело напряглось, как у зверя перед прыжком. Он не собирался отступать так легко — это было видно по тому, как его пальцы сжались в кулаки, а клыки слегка выдвинулись.
— Ты не ответил, — сказал я, не меняя позы, руки всё ещё сложены за спиной. — Зачем ты здесь? И что за ошибка? Хочешь сказать, что не хотел убивать бедную девочку?
Кайл шагнул в сторону, пытаясь обойти меня, но я сдвинулся, перекрывая ему путь. Его взгляд метнулся к улице, где девушка давно исчезла, затем обратно ко мне.
— Это не твоё дело, — бросил он, голос стал ниже, с ноткой рычания. — Уйди с дороги, или пожалеешь.
— Попробуй, — повторил я, без тени угрозы.
Он рванулся вперёд, быстрее, чем в первый раз. Его рука метнулась к моему плечу, пальцы сжались с силой, способной раздавить бетон. Сильно. Около двух тонн давления. Я не сопротивлялся — пусть думает, что поймал меня. Кожа под его хваткой осталась невредимой, я даже не почувствовал давление. Кайл нахмурился, явно не ожидая этого, и тут же ударил второй рукой — кулак врезался в рёбра. Удар был резким, точным, но для меня не сильнее хлопка. Я даже не пошатнулся.
— Ты крепче, чем кажешься, — процедил он, отпрыгивая назад. — Что ты за тварь?
— Уже говорил. Путешественник. Твой ход.
Он оскалился шире и бросился снова, на этот раз целясь в ноги, чтобы сбить меня с ног. Я шагнул в сторону, его пальцы скользнули по воздуху в сантиметре от меня. Кайл развернулся, не теряя скорости, и ударил локтем в спину. Я поймал его руку телекинезом, остановив движение в воздухе. Он дёрнулся, пытаясь вырваться, но невидимая сила держала крепко.
— Хватит, — сказал я. — Говори, кто ты, или я сломаю тебе шею.
Кайл замер, тяжело дыша, хотя воздуха ему не требовалось. Его глаза сверкнули, оценивая ситуацию. Наконец, он расслабился, и я отпустил его руку. Он отступил на шаг, потирая запястье, хотя следов повреждений уже не было.
— Ты не человек, — сказал он, прищурившись. — Вампир? Но не из наших. Откуда ты?
— Не угадал. Я не вампир. Отвечай на вопрос.
Он стиснул зубы, явно не желая говорить. Я сделал шаг вперёд, и он инстинктивно отшатнулся, упёршись спиной в опору моста.
— Ладно, — выдавил он наконец. — Меня зовут Кайл. Я из клана, который живёт неподалёку. Карлайл... он мой друг. Вызвал меня. Сказал, что нужна помощь.
— Какая помощь? — Я склонил голову, сканируя его. Никаких следов лжи — только напряжение и раздражение. Пульс отсутствует, но мимика выдавала правду.
Кайл помолчал, глядя мне в глаза, словно проверяя, стоит ли доверять. Потом продолжил:
— Вольтури. Они идут сюда. Из Италии. Карлайл хочет, чтобы мы были свидетелями. Они что-то затевают, и он думает, это связано с ними. С его семьёй.
— Вольтури? — переспросил я, не особо вникая в местные названия. Какое-то сборище тварей? — Кто это?
— Старейшины. Они эквивалент королевской семьи. Вампиры, которые правят нашим миром. Сильные. Жестокие. Если ты не один из нас, тебе лучше уйти, пока они не появились. Ты не знаешь, во что ввязываешься.
Я усмехнулся. Его слова звучали как предупреждение, но для меня они были пустым звуком. Старейшины, кланы — всё это мелочь по сравнению с тем, что я видел в других мирах.
— А ты думаешь, я один из вас? — спросил я, шагнув ближе.
Кайл прищурился, изучая меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, рукам, осанке.
— Ты двигаешься как мы. Быстрее, может быть. И кожа... не совсем человеческая. Но ты не пахнешь кровью. Не знаю, что ты, но ты не обычный смертный.
— Хорошая догадка, — сказал я. — Но ошибочная. Последний вопрос: где этот Карлайл?
— Форкс, — ответил он, указав на северо-запад. — Два часа отсюда, если бежать. Он ждёт нас в доме у леса. Но если ты не с нами, зачем тебе туда?
— Любопытство, — пожал я плечами. — И мне нужно знать, что происходит в этом мире. Может, ваш Карлайл знает что-то полезное.
Кайл кивнул, всё ещё настороженно глядя на меня.
— Тогда идём. Но если ты врёшь или попытаешься что-то выкинуть, я разорву тебя на куски.
— Удачи с этим, — ответил я сухо.
Он развернулся и рванул вперёд, его фигура мелькнула в темноте. Я полетел следом, держа его скорость без усилий. Мы пересекли городскую черту, оставив огни Портленда позади. Леса сомкнулись вокруг, деревья мелькали внизу, пока мы двигались к Форксу. Кайл бросал на меня взгляды, явно пытаясь понять, кто я такой. Он всё ещё думал, что я вампир — какой-то странный, не вписывающийся в его картину мира.
Через час пути он заговорил снова, не сбавляя темпа:
— Ты не пьёшь кровь, да? Как ты выживаешь?
— Не твоё дело, — отрезал я. Энергия, но тебе это не понять, мраморный.
— Карлайл разберётся, кто ты. Он умный. Если ты угроза, он найдёт способ тебя остановить.
— Пусть попробует.
Кайл промолчал, но его напряжение чувствовалось даже на расстоянии. Он вёл меня дальше, через густые леса, пока впереди не показались очертания небольшого городка. Форкс. Дома, утопающие в зелени, редкие фонари вдоль дорог. Кайл свернул к окраине, к одинокому дому у кромки леса. Белые стены, большие окна, окружённый деревьями. Там ждали.
Он остановился у крыльца и повернулся ко мне.
— Всё. Мы на месте. Карлайл внутри. Иди за мной, но без фокусов.
Я кивнул, но в голове уже созрел план. Кайл был полезен, пока вёл меня сюда, но его подозрительность и угрозы начинали раздражать. Мне не нужны лишние свидетели, пока я выясняю, что к чему. И если этот Карлайл действительно знает что-то о магии этого мира, я разберусь сам. Кайл — лишний фактор.
— Спасибо за дорогу, — сказал я, глядя ему в глаза.
— Не за что, — буркнул он, всё ещё настороженно. — Ты так и не сказал, кто ты на самом деле.
— Не сказал, — согласился я. — И не скажу.
Прежде чем он успел среагировать, я поднял взгляд на него. Энергия закрутилась в глазах, концентрируясь в узкий луч. Кайл дёрнулся, его скорость была молниеносной, но не для меня. Тонкие лазеры вырвались из зрачков, ударив прямо в его лицо. Голова вампира взорвалась без звука — кожа, кости и плоть испарились в мгновение, оставив лишь облачко пепла, которое осело на траву. Тело рухнуло на землю, дёрнувшись раз, прежде чем застыть. Мощность — 50 мегаватт, температура — 20 000°C. Эффективно.
И вправду как статуя. Прям мрамор. Другая ветвь развития и эволюции вампиров или деградация? Кто бы знал. Я провёл сканирование останков — кристаллическая структура разрушилась, регенерация не запустилась. Полное уничтожение.
Я опустил руку, глядя на останки. Гори. Быстро, чисто, без лишнего шума. Его регенерация не успела сработать — слишком мощный удар. Температура луча достигла десятков тысяч градусов, испарив всё за долю секунды. Никаких следов, кроме кучки пепла и обугленной куртки. Та спустя мгновение также сгорела. Я поджёг её желанием — мелочь, но порядок есть порядок.
— Прости, Кайл, — сказал я без особого сожаления. — Ты был слишком любопытным. И бесящим. Поменьше вопросов — дольше живёшь.
Я повернулся к дому. Окна светились мягким светом, внутри двигались тени. Карлайл и его семья, видимо. Пора выяснить, что они знают о Вольтури и этом мире. Я шагнул к двери, готовый к любому повороту событий. Может даже меня ранят? Как интересно. Вероятность — меньше 0.00001%, но проверить стоит.
***
Обновлено: 15.02.2026