Пусть моё мастерство во владении техниками Мастерских ударов ещё невелико, сейчас выбора нет – только бой. Если я не смогу защитить семью своего вассала, то не достоин называться рыцарем. Первым делом я вскинул меч над головой, принимая верхнюю стойку – фом Таг. Враги ещё не успели меня окружить, а значит, я смогу рубить их по одному, как только они бросятся в атаку.
Против меня – отребье без капли брони, но и на мне сейчас нет доспехов.
Бить нужно наповал, с первого раза. Стоит клинкам скреститься, как другой нож тут же вонзится мне в спину.
— Ханс! — Крикнул я. — Пока я их отвлекаю, хватай Сабине с мальчишкой и бегите!
— Что вы такое говорите?! Я тоже буду сражаться!
— Ты должен защитить сестру! Это приказ!
Пока я возьму их на себя, Ханс прикроет щитом Сабине и Даниэля. Если в такой свалке они станут заложниками, мне придётся выбирать из двух зол. Сдаться я не могу, а значит, придётся жертвовать кем-то из них.
Отослав Ханса назад, я полностью сосредоточился на бандитах. Те переглянулись и разом кинулись на меня. Однако из-за того, что нападали они по прямой, на краткий миг возникла череда дуэлей один на один.
Первый, завидев мою стойку фом Таг, попытался нырнуть под меч и нанести колющий удар в корпус.
Он не учёл одного: мой длинный меч куда длиннее его короткого клинка.
Я точно выверил дистанцию и, как только он вошёл в зону поражения, обрушил удар ему на голову. Кровь брызнула из рассечённого лица, и я тут же добил его выпадом в горло. Теплые капли окропили мою одежду.
Я впервые убил человека.
Шок был сильным, но времени на рефлексию не оставалось.
Шайтельхау.
Вертикальный, молниеносный удар в темя, за которым следует выпад. Я сбросил обмякшее тело со своего клинка и встретил следующего нападавшего. Второй бандит, обезумев от ярости, начал беспорядочно махать мечом.
Деревенщина, не знающая даже азов фехтования.
В немецкой школе главное – сохранять инициативу, даже если противник атакует первым.
— Дзынь!
— Кха-а-а!
Мгновенно перейдя в позицию Быка, я отбил летящий сверху клинок и тут же вонзил остриё противнику в шею. Шильхау. «Косой удар», идеальный против тех, кто бездумно рубит сверху: он позволяет одновременно парировать и нанести смертельный укол. Я действовал строго по учебнику.
Когда двое их товарищей пали в одно мгновение, оставшаяся троица, поражённая моим мастерством, замялась.
— Проклятье! Нельц и Марко!
— Ты! Тебе отсюда живым не уйти!
— Scheisse! Окружайте его! Не лезьте по одному!
Сердце бешено колотилось.
Чужая кровь, залившая одежду, казалось, жгла кожу, разгоняя мой собственный кровоток.
Я понимал, что значит лишить жизни, и вроде бы готовил себя к этому, но психологический удар всё равно был ощутимым. Колени подгибались, однако я заставил себя стоять твердо – за моей спиной были люди, которых я обязан защитить. Губы пересохли, но концентрация была предельной.
Оставаясь в позиции Быка, я следил за тем, как они пытаются взять меня в кольцо. Это означало, что стоящий прямо передо мной на миг оказался открыт. Окружить втроём – идея хорошая, но они слишком расширили интервал между собой. Ошибка. Я ударю первым.
Основа немецкой школы: перехватить преимущество. Сменив стойку с позиции Быка на фом Таг, я рванулся вперёд. Опешивший бандит попытался отбиться неловким ударом сверху, но я принял его меч на свой клинок и, скользнув вдоль него, провернул кисти, поражая врага в шею. Идеальное, текучее связующее движение.
Цверкхау.
— П-пощади! Пожалуйста!
Из его горла забил кровавый фонтан. Он рухнул на землю, забившись в агонии.
Оставшиеся двое застыли, с ужасом глядя на товарища, барахтающегося в луже собственной крови. Жалеть их я не собирался – оставлять за спиной врагов слишком опасно. Я бросился к тому, кто стоял ближе к выходу из переулка.
— Ы-ы-а-а!
Он даже не успел толком закрыться. Один удар в голову, следом – колющий в сердце. Конец. Мой пульс гремел в ушах, словно канонада. Фух, фух… Спокойно. Остался последний. Надо заканчивать. Последний выживший бандит вдруг метнулся взглядом к Хансу, прикрывавшему Сабине и мальчика.
Решил всё-таки взять заложников?
Но Ханс крепко держал щит, так просто его не пробить.
Пусть он не владел рыцарскими техниками боя со щитом, но закрыться от удара был в состоянии.
Впрочем, его противником был не Ханс, а я.
— Чпок!
— Кх-х-х!
— Бух.
Воспользовавшись тем, что мерзавец отвлекся, я пронзил ему шею, ставя точку в этой схватке.
Напряжение начало спадать, и я едва не рухнул – ноги вдруг стали ватными. Но упасть сейчас, когда всё закончилось, было бы верхом позора.
Я должен сохранить достоинство рыцаря в глазах Ханса и его сестры.
Уняв дрожь в руках, я убрал меч в ножны.
— Ханс, ты цел?
— Д-да! Господин Вольфганг, а вы? Вы не ранены? Столько крови!
— Кровь не моя, так что не поднимай шумиху.
Голова слегка кружилась, но я не подал виду. Сабине всё ещё дрожала от ужаса. А вот мальчишка рядом с ней смотрел на меня совсем иначе. Хм, неужели это восхищение? Я невольно расправил плечи.
Тщеславие – не лучшая черта, но сейчас было трудно сдержать самодовольство.
Эмоции всё ещё били через край.
— Ханс. Уходим отсюда.
— А как же тела?
— Нужно сообщить городской страже. Сначала отведи Сабине домой.
— Н-но как же вы, господин Вольфганг… — Ханс замялся, но безопасность сестры была в приоритете.
Я тем временем собрал разбросанные по земле короткие мечи нападавших.
Если их продать, бюджет станет чуточку солиднее.
— Я сам разберусь. Иди, успокой родных. И рану парня нужно перевязать.
У мальчика на руке была резаная рана. Видимо, отчаянно защищал Сабине.
Настоящий пример для юного рыцаря. В итоге Ханс, хоть и неохотно, подчинился моему приказу и увел ребят. Я же направился к ближайшему посту стражи. Прохожие в ужасе шарахались от меня – вид человека, с ног до головы залитого кровью, не располагал к общению. Стражники при виде меня вытаращили глаза.
— Эй! Ты! Откуда столько крови?
— Я Вольфганг фон Штрайт.
Услышав имя, стражники опешили. Появление окровавленного дворянина для них было подобно грому среди ясного неба.
— И всё же, господин, что произошло?
— Бандиты из трущоб напали на сестру моего слуги. Если пойдете по кровавому следу, найдете пять трупов. Заберите их и уберите там всё потише. Это была самооборона.
— Слушаемся! Вызывай дежурную группу!
Убийство простолюдина дворянином не было чем-то из ряда вон выходящим, а поскольку я защищал семью своего вассала, дело закрыли, не начиная. Лишняя шумиха мне ни к чему. К тому же, раз убитые были отребьем из трущоб, стража даже не стала проводить расследование, полностью приняв мою сторону.
Правда, была мысль, что за этих парней может вписаться какая-нибудь банда. Но мой дом находится в северо-восточном квартале – там криминальным элементам не разгуляться, патрули ходят регулярно.
— Ха-а, вымотался. Ну и денёк.
Вернувшись домой, я первым делом отмылся от крови.
Переоделся и рухнул на кровать. Мягкое одеяло стало лучшим лекарством для уставшего тела.
Как только я прилёг, система уведомила о завершении квеста. Я получил 1000 очков и 10 серебряных монет, но шок от первого убийства долго не отпускал. Думать о том, что я мог упасть перед вассалом от слабости в ногах, было неловко. И всё же, как я умудрился победить с таким низким навыком?
Наверное, те болваны вообще ничего не смыслили в фехтовании. Будь на их месте настоящий рыцарь, я бы проиграл всухую. Этот бой высветил все мои слабые места, но главное – я выжил.
Хотя… Пять против одного – и это всего «одна звезда» сложности? Да у системы драконовские требования! Если бы я хоть на секунду ошибся, всё могло закончиться плачевно. Но победа есть победа. Теперь я хотя бы морально готов к пути рыцаря. На том и успокоился.
— Раз уж привалило целых 1000 очков, можно и отпраздновать.
Больше всего на свете я любил соджу и макколи. А на закуску – пачжон.
Решено, сегодня гуляем на всю катушку.
В тот вечер я уговорил пять бутылок соджу, три бутылки макколи и вырубился.
Наутро я проснулся с раскалывающейся головой. Похоже, вчера я малость переборщил.
Столько выпить и не помереть… Ох, голова… Кое-как заказал себе похмельный суп. У-ух, полегчало. Если честно, вчерашнее происшествие сильно меня встряхнуло.
Я выстоял только потому, что мне было кого защищать.
Это долг дворянина – раз уж нанял людей, обязан оберегать их до конца. Если не можешь защитить своих, как они будут тебе служить?
Так и создается репутация. Я заключил договор с Хансом и его сестрой. Ханс стал моим верным слугой и солдатом, а я сражался за них. Это и есть честное исполнение контракта.
Средневековье – это эпоха договоров. Дворянство зародилось как воинское сословие для защиты подданных. Те платили налоги и несли службу, а феодал обязан был проливать кровь за их безопасность. Таков негласный общественный порядок.
Вчера я почувствовал, что стал на шаг ближе к истинному величию. К тому же, помимо ранга «Управляющий F-класса» (управление +20%), я получил звание «Рыцарь F-класса» (боевая мощь +20%, доблесть +20%).
Бонусы приятные. Проверим их в деле при случае.
«Учебник немецкого фехтования.»
«Квест по обучению: Этап 2.»
«Освоить 5 Мастерских ударов (Шайтельхау, Зорнхау, Шильхау, Цверкхау, Крумпхау)»
«Корректировка базовой стойки.»
«Степень освоения: 70/100.»
«Награда – 1000 очков, 1 серебряная монета.»
Удивительно, но владение Мастерскими ударами скакнуло с 35 до 70. То, что не желало расти во время скучных тренировок, взлетело после одного боя. Видимо, практика – лучший учитель. Пока я изучал свои успехи, пришёл Ханс.
— Спасибо, что спасли Сабине! Я в неоплатном долгу перед вами!
— Пустяки. Ты мой слуга, а я обязан защищать тебя и твою семью.
— И всё равно, огромная благодарность! Я клянусь жизнью служить роду Штрайт!
Преданность Ханса теперь зашкаливала. Уровень его симпатии достиг максимума в 100 единиц. Его глубоко тронуло то, что господин, рискуя собой, в одиночку раскидал бандитов ради спасения его сестры.
Конечно, защищать своих – обязанность лорда, но многие ли так поступают на самом деле? Именно из таких поступков и складывается мнение о человеке.
В этом смысле я могу гордиться собой. Я – правильный дворянин.
— Я хотел привести Сабине поблагодарить вас, но она пока ещё… — Ханс замялся.
— Понимаю, после такого она меня побаивается. Ничего страшного. Но скоро перевози вещи сюда. Я подберу вам дом поблизости.
— Благодарю вас!
Если те пятеро были не просто случайными бродягами, их банда может захотеть поквитаться. А кто станет их целью? Ответ очевиден. Но в северо-восточном районе им не развернуться.
Здесь живут богатые купцы и рыцарство. Мой дом стоит ближе к проспекту Кислинг, где селятся люди попроще, но порядок здесь строгий. Простолюдинам из юго-западных районов здесь селиться не положено, но если их нанимает дворянин – отношение совсем другое. Для многих такая служба – предел мечтаний.
— А кто тот парень? Юный рыцарь, защищавший «принцессу»?
— Это Даниэль. Сосед моей тетушки, они с Сабине дружат. Я и не знал, что они настолько близки.
— Смелый малый. Небось, не ту партию ты ей прочил?
— Ох, и не говорите. Был бы он из семьи побогаче… А то отец у него – горький пьяница. Даниэль-то парень хороший, но жизнь с таким тестем… Тяжело это.
Похоже, Ханс ценит Даниэля, но не в восторге от перспектив такого родства. Я же не собирался выдавать свою будущую горничную в семью алкоголика. Мой статус не позволяет, да и за девочку обидно. Поэтому я велел Хансу привести Даниэля ко мне.
Надо рассмотреть парня получше.
— Меня зовут Даниэль Бауман.
— Рад знакомству, Даниэль. Спасибо, что не бросил Сабине.
— Что вы! Я обязан защищать Нель!
— …Нель? — Я покосился на Ханса.
Эй, сискон, не надо так сверлить пацана взглядом.
— Как плечо?
— Хорошо, мне оказали помощь.
Простолюдины редко ходят к врачам. Обычно они лечатся у цирюльников в банях – там и рецепт выпишут, и пулю вытащат. Церковь, конечно, объявила бани рассадником чумы, и культура эта поувяла, но народ по старинке доверял банщикам.
Услышав это от Ханса, я только хмыкнул и выделил два серебряных на нормального доктора. Даниэль был в полном восторге – он впервые в жизни побывал в настоящей больнице. За спасение сестры моего вассала это была честная цена.
— Я тоже хочу служить дому Штрайт.
— Хочешь быть поближе к Сабине?
— И это тоже, но больше всего я хочу следовать за вами, господин Вольфганг.
Похоже, широкая душа (и две серебряные монеты) покорили сердце подростка. Содержать троих слуг я вполне мог, так что позволил ему остаться. Парень он светлый, 13 лет от роду – самый возраст для воспитания.
Скаут администратора подтвердил: и у Сабине, и у Даниэля склонность к добру и честности. А я таких людей люблю. Их стоило поддержать.
Семья Фламм съехала от моей тетки.
Разумеется, я отблагодарил тетю двумя серебряными за приют для них. Заодно договорились, что ткань для нужд моего дома я буду закупать у её мужа-торговца. Тетка, которая раньше переживала из-за косых взглядов мужа на нахлебников-родственников, теперь сияла от счастья. Её авторитет в семье заметно вырос – как-никак, её племянник теперь настоящий господин с собственным штатом.
Для жилья я выделил Фламмам пустующий склад при доме, который я арендовал. Хозяин дома, финансовый управляющий из знати, был только рад лишнему доходу от аренды подсобного помещения.
Конечно, в планах у меня значился собственный особняк, но для начала нужно было заработать на него честным (или не очень) рыцарским трудом.
Обновлено: 23.01.2026