Глава 97 — Глава 96 (2). Решение

Глава 96 (2). Решение Хрусь! Кусок тёмной железной руды размером с кулак был без труда перекушен огромной иссиня-чёрной клешнёй. Детёныш Железноклешневого краба угрожающе вскинул пару клешней, похожих на кривые сабли, в сторону Лу Сюаня. Его выпуклые глаза-бусинки, казалось, выражали нескрываемое презрение. — Давненько ты ничего не резал, а силёнок-то прибавилось! — со смехом заметил Лу Сюань и пододвинул к крабу расколотый надвое кусок чистого железа. Два куска превратились в четыре, четыре — в восемь. Объём руды на глазах таял. Маленький краб с поразительным упорством кромсал всё, что попадало ему под клешни, демонстрируя завидную неутомимость. Под этот ритмичный хруст Лу Сюань погрузился в раздумья. Во время этой принудительной экспедиции в тайную землю он в полной мере прочувствовал всю беспомощность вольного практика. В обычной жизни он тихо-мирно возделывал землю, ни с кем не враждовал, не ввязывался в конфликты из-за ресурсов, лишь демонстрируя окружающим талант духовного садовода. Ради собственного спокойствия он даже наладил сотрудничество с Павильоном Тысячи Трав, заручившись покровительством алхимика на стадии Возведения Основания. Но когда на пороге появились мастера из клана Ван, у него не оказалось права голоса. Даже не желая отправляться в неизведанную глушь ради опознания трав, он был вынужден согласиться. Горечь положения практика, находящегося на самом дне иерархии, предстала перед ним во всей красе. После этой поездки в его голове зародилась мысль покинуть рыночный город Линьян. Неважно, какими мотивами руководствовался Павильон Тысячи Трав, порекомендовав его клану Ван — очевидно, что это навлекло на Лу Сюаня смертельную опасность. Те крохи взаимного доверия, что успели зародиться между ними, окончательно развеялись. Разумеется, это никак не отразилось на его личном отношении к управляющему Хэ — многолетняя забота и доброта худощавого старика были искренними. Что же до клана Ван, то они потеряли в тайной земле двух мастеров высоких ступеней Закалки основ. В гневе они наверняка примутся допрашивать всех вернувшихся. И пусть совесть Лу Сюаня чиста, он легко мог попасть под горячую руку. Но куда податься? Перебраться в другой рыночный город? Ворон ворону глаз не выклюет. Лу Сюань подозревал, что переезд не избавит его от чужого диктата. Скрыться в глухом лесу и жить отшельником, в одиночку выращивая духовные травы? Звучало нереалистично. Во-первых, растениям нужна чистая энергия, в идеале — грядки у духовной жилы. Во-вторых, одиночку в диких землях сожрут демонические звери или злые духи. И наконец, достать семена высокого ранга будет почти невозможно. Методом исключения оставался единственный и самый надёжный вариант — вступить в крупный орден. С его нынешней восьмой ступенью Закалки основ и непревзойдённым талантом в выращивании духовной флоры он имел все шансы на поступление. Преимущества были очевидны: чистая и густая духовная энергия, идеальная для полей; безопасная и стабильная среда, где можно укрыться от невзгод; а также доступ к редким семенам и детёнышам духовных зверей. Приняв решение, Лу Сюань первым делом вспомнил об Ордене Небесного Меча, о котором упоминала та холодная красавица. Обладая подаренным ею Жетоном Изумрудного Облака, он значительно упростит себе вступительные испытания. К тому же его весьма заинтриговали слова о мутировавшей Меч-траве. «Для начала нужно подготовиться к отъезду, а заодно разобраться с проблемой клана Ван», — мысленно резюмировал юноша. Он поднялся и перевёл взгляд на копошащегося под ногами краба. Парные клешни уже мелко дрожали от усталости, повиснув в воздухе, но стоило Лу Сюаню поднести очередной железный камешек, как краб тут же бросался на него с маниакальным желанием разрезать пополам. Лу Сюань забросил неугомонного питомца в бассейн духовного источника, собрал железное крошево и активировал Иллюзорный Массив Скрывающего Тумана. Наказав соломенному пугалу хорошенько приглядывать за двором, он взял Облачную рысь и отправился в Павильон Тысячи Трав. *** Внутри лавки стоял густой аромат целебных снадобий. Едва переступив порог, Лу Сюань увидел за прилавком худощавого старика, задумчиво глядящего в пустоту. Подойдя ближе, юноша помахал рукой у него перед глазами. Управляющий Хэ встрепенулся. Увидев Лу Сюаня, он просиял, и его лицо собралось в радостные морщинки: — Мальчик мой, ты наконец-то вернулся! Как услышал, что ты отправился в эту проклятую тайную землю, так места себе не находил. Главное, что живой, главное — живой! — старик ласково похлопал юношу по плечу. — Спасибо за заботу, господин Хэ, — с теплотой в голосе ответил Лу Сюань и почтительно склонил голову. Старик настороженно огляделся по сторонам и, убедившись, что никто не подслушивает, зашептал: — Один из вернувшихся духовных садоводов болтал, что в тайной земле на вас напала скверна. Что там произошло? — Всё так и было, — тяжело кивнул Лу Сюань. — Мы собирали и сортировали духовные травы под надзором мастеров клана Ван. Вдруг мы заметили, что один из садоводов бесследно исчез. А следом мастер высоких ступеней клана Ван обнаружил, что его товарищ заражён и одержим тёмной скверной. Между ними завязалась битва не на жизнь, а на смерть. Мы, садоводы, люди мирные, в боевых искусствах не сведущи. Боясь попасть под удар, все бросились врассыпную. Лу Сюань сделал горестную паузу: — Что было дальше — не знаю. Выбравшись из той зоны, я умудрился наткнуться на отряд наёмников. Мне повезло: они захватили меня с собой и вывели из тайной земли обратно в город. Он рассказал всё как есть, утаив лишь несколько «незначительных» деталей. Например, то, что именно он вычислил скверну и донёс Ли Цзяньфэну; то, что он лично добил заражённого мечника; то, как он ловко обошёл призрачную тварь и заодно вырезал парочку отрядов мародёров… Самая лучшая ложь — это не девять слов правды и одно ложное. Самая надёжная ложь состоит исключительно из правдивых фактов, которые, будучи сложенными воедино, создают нужную картину. От управляющего Хэ он узнал, что помимо него в город уже вернулись пять или шесть садоводов. Из двух людей, отправленных самим Павильоном, не вернулся только Хэ Пин. На душе у Лу Сюаня немного отлегло: раз свидетелей несколько, его слова звучат убедительнее, да и гнев клана Ван распределится на многих выживших. Он изобразил на лице мучительные сомнения, затем, словно решившись, стиснул зубы и произнёс: — Управляющий Хэ, боюсь, брат Хэ Пин уже не вернётся. Когда я убегал, то бросил взгляд через плечо и увидел, что скверна нацелилась прямо на него. Вероятнее всего, он погиб. — Вот как? В таком случае клану Ван придётся дать нам очень веские объяснения, — мрачно произнёс старик. Хэ Пин состоял в родстве с одним из алхимиков Павильона и занимал не последнее место в их иерархии. — И ещё кое-что, о чём я обязан сказать, — добавил Лу Сюань. — Во время сбора трав Ван Жухай, который должен был охранять наш лагерь, самовольно отправился исследовать тайную землю. Именно там он подцепил тёмную скверну и привёл её к нам. — Это правда?! — голос управляющего Хэ заледенел. — Прочие духовные садоводы могут подтвердить. — Если всё так, то дело принимает совершенно иной оборот. Одно дело — случайное нападение скверны. Это можно списать на непредвиденные обстоятельства, и тогда клан Ван имел бы полное право допрашивать выживших. Но если трагедия произошла из-за халатности Ван Жухая, который не только нарушил свой долг защитника, но и сам стал причиной заражения, то ни Лу Сюань, ни другие садоводы здесь ни при чём. Всю вину за смерть ценных мастеров придётся взять на себя клану Ван. Более десятка духовных садоводов, отправившихся в ту экспедицию, были бесценным ресурсом для каждой фракции в рыночном городе. Потеря любого из них — огромный удар. Узнав, что причиной всему стала безалаберность клана Ван, влиятельные семьи этого так не оставят и обязательно потребуют компенсации. В пылу этой междоусобной грызни до маленького вольного практика вроде Лу Сюаня никому не будет дела.