— Вернитесь и сядьте, Маргарита, — Краузе махнул рукой в сторону дивана.
Я повиновалась, и хотя все сильнее убеждалась, что магу известно о моем своеобразном раздвоении личности, опасалась задавать вопросы.
— Итак, прежде чем я смогу передать вам стоящие знания, необходима серьезная подготовка, — заговорил мой теперь уже наставник.
Я полезла в сумку, почему-то уверенная, что в ней должен лежать какой-нибудь блокнот и карандаш, но ничего, кроме книжечки с судоку и шариковой ручки там не обнаружила. Пришлось открывать последние, почти не занятые текстом страницы.
Когда я приготовилась записывать рекомендации, Краузе скользнул одобрительным взглядом по книжке. Затем облокотился на подлокотник кресла и задумчиво оперся подбородком на сжатую в кулак ладонь.
— Вижу, сила сама подталкивает вас к действию. И раз уж так, то первое, на чем вам следует сосредоточиться – тренировка ума. Некоторые теоретические концепции нашей с вами силы постичь не так уж просто. Пробегитесь заново по трудам античных и немецких философов, купите в дополнение к судоку еще и кроссворды.
Рекомендация звучала странно. Каким образом Кант и Гегель помогут мне в освоении магии? А кроссворды тут вообще причем? Впрочем, я послушно записала этот совет, обозначив его цифрой один. Вечерами в этом мире все равно нечего делать, так почему бы и не проверить, так ли сильно местная философия отличается от той, которую я изучала в другом мире.
— Во-вторых, вам необходимо заняться развитием своего дыхания. Я покажу несколько упражнений: некоторые из них используют певцы, другие больше подходят для бегунов. И разумеется вам надо заняться своим физическим состоянием, делать упражнения и главное — бегать. Олимпийские рекорды ставить нет нужды, но повысить выносливость – обязательное условие, — продолжил перечислять Краузе, с каждым словом все сильнее погружаясь в собственные мысли.
Я вздохнула и записала «дыхательные упражнения, спорт и бег» под номером два. Еще лучше. Если чтение хотя бы не бросается в глаза в обществе, то бегать мне как прикажете? Я же княжна, будь он неладен, этот титул. И хоть в местных порядках разобралась еще не до конца, но что-то мне подсказывает, что не могу просто надеть спортивный костюм и выйти утром в соседний парк. Есть ли тут, в этом городе, какие-нибудь специальные заведения, в которых женщины могут позволить себе занятия спортом?
— Я свяжусь с одним своим хорошим знакомым, он тренирует магов в университете. Будете заниматься с группой огненных или земляных колдунов, принципы их и вашей физической подготовки несколько схожи, — заметив мое замешательство, добавил Краузе.
— Прекрасно! – не выдержала я и саркастично улыбнулась. – Мало того, что я прославлюсь на весь университет как сошедшая с ума княжна, которая вместо поисков мужа по вечерам бегает, так еще и собственно бегать мне придется на глазах у целой толпы студентов! Кант – еще куда ни шло, но это уже слишком!
Я захлопнула книжку с судоку и бросила ее в сумку, туда же полетела и ручка. Чувствовала, как от возмущения трясутся руки. От возмущения, которое принадлежало, кажется, не совсем мне. Или мне, но ощущалось таким новым и непривычным, что становилось даже чужим. Страх перед позором и общественным осуждением, боязнь потерять остатки и без того испорченной репутации – все это оказалось для меня прежней новым и непривычным. Интуиция подсказывала, что в прошлой жизни я о таких вещах не заботилась. Но здесь они имели гораздо большее значение, и отчасти я готова была согласиться с возмущением Марго. Мне ведь еще в этом университете работать!
— К тому же, разве мои занятия бегом не оповестят всех вокруг, что я намерена развивать дар? – добавила я уже спокойнее.
— А разве ваше желание развивать дар должно быть тайной? – Эдуард вскинул седые брови в притворном удивлении. – Тут кроется третья задача, которую вам необходимо решить, прежде чем вы овладеете первыми навыками: вам придется отринуть свой статус-кво. Маг воздуха – всегда несколько эксцентричная личность. Женщина, будучи магом воздуха… — Краузе мечтательно прикрыл глаза.
Я замерла в ожидании продолжения, но он, будто очнувшись, резко выпрямился в кресле и окинул меня острым взглядом.
— В общем, вам придется заявить миру о том, что ваша жизнь больше не будет прежней. Удачи, Маргарита, — сказал он и, отвернувшись к столу, склонился над бумагами.
Обновлено: 20.01.2026