Взяла телефон, всмотрелась в непривычно-мелкие цифры и буквы на желтом экране. Так и есть: суббота, 10:07.
Прижавшись лбом к прохладному дереву шкафа, я еще немного постояла, соображая, что делать. Вспомнились слова Эдуарда о необходимой магам воздуха регистрации. Интересно, учреждение, которое ею занимается, работает по субботам?
Раздумывая о том, как бы не нарушить местное магическое законодательство из-за банального незнания, я натянула какую-то линялую одежду, которую, видимо, Марго не носила прежде даже дома, и направилась на кухню. Поставила на плиту чайник и посмотрела в окно.
Какая-то дама в небрежно наброшенном на плечи черном пальто выгуливала собаку. Куда-то тащился, вихляя из стороны в сторону, неопрятно одетый мужчина, голуби устроили драку за хлеб возле мусорного бака. Ну совершенно обычный российский двор, и как же неуместно, глядя на него, думать о магии.
Когда вода закипела и по дому разнесся запах чая, девочки тоже вылезли из кроватей и присоединились к завтраку. Готовить мне было лень, поэтому я накормила их бутербродами с колбасой, про себя отметив, что надо бы сходить в магазин. Заодно и к местным ценам присмотрюсь, чтобы понять, чего на самом деле стоит моя зарплата.
Усевшись за стол, девочки сонно моргали, но заметив почтальона, который зашел в подъезд с огромной сумкой, оживились.
— Я схожу, — Марта подпрыгнула, набросила на плечи платок, сунула ноги в растоптанные туфли и выскочила за дверь.
Кажется, сестры знали, что делали, потому я препятствовать не стала. Уж среди бела дня в подъезде с ней ничего не случится.
Младшая сестра вернулась с ворохом журналов. Я едва не застонала, прикидывая, сколько стоила подписка на всю эту макулатуру. И сильно ли расстроятся сестры, если я не стану ее продлевать?
Девочки тут же начали перелистывать хрустящие страницы, я едва успевала замечать, что на них изображено. Какие-то фасоны платьев, некоторые даже с выкройками, что-то про светские сплетни, афиши каких-то то ли фильмов, то ли спектаклей на разворотах. В общем, обычные дамские журналы.
Когда Марина стянула со стола последний, на пол полетел белый конверт. Она тут же ойкнула, подняла его и вчиталась в подпись.
— Это тебе, — сестра протянула письмо и я, заинтригованная тем, что готовит мне грядущий день, взяла его.
Судя по надписи на конверте, сделанной торжественно, но почему-то от руки, мне пришло некое предписание от одного из отделов магического министерства. Распечатав конверт, я сразу поняла, что одной проблемой в жизни стало меньше: в письме сообщалось, куда и в какие дни мне необходимо явиться, чтобы зарегистрироваться по всем правилам как маг воздуха и записаться на курсы по контролю за силой.
По субботам отделение, куда мне следовало прийти, работало до трех часов дня. Если потороплюсь – еще успею до закрытия.
— Пойдешь сегодня? – Марина кивнула на письмо. Марта, дожевывая последний бутерброд, заинтересованно смотрела на меня.
Я кивнула, допивая чай.
— Найдете, чем без меня заняться? Когда вернусь, вместе сходим в магазин, — я думала, что новость о походе за покупками если не вызовет восторгов, то хотя бы немного поднимет сестрам настроение: они же взаперти сидят целыми днями, бедненькие. Но Марта скривилась, будто я предложила ей килограмм лакричного мармелада.
— За покупками же всегда Аглая ходила. Она что, теперь совсем-совсем не будет нам помогать? – жалобно пропищала сестра.
— Совсем не будет, — отрезала я, пресекая нытье.
— Если проголодаетесь – разогрейте капусту и нарежьте еще колбасы. Долго еду на плите не держите, иначе пригорит, и постоянно мешайте лопаткой, — проинструктировала я.
И все-таки надо купить хотя бы курицы. Не дело кормить подростков одними полуфабрикатами, их рацион должен быть здоровым.
До министерства я добралась довольно быстро. На остановке рядом с домом висела старая и потрепанная, но все еще годная к использованию карта города. Побродив по ней взглядом, я быстро нашла улицу, на которой располагался отдел магминистерства по контролю за одаренным. Он находился совсем рядом с университетом, буквально за углом, поэтому я спокойно села в тот же автобус, на котором добиралась до работы.
Отчего-то чувствуя волнение, проверила документы, которые прихватила с собой, предполагая, что местная бюрократия вряд ли сильно отличается от той, к которой я привыкла в своем мире, но мандраж все равно не проходил. Преследовало дурное предчувствие, от которого я никак не могла избавиться и которому не находила логических объяснений.
Уже на пороге министерства, которое располагалось в ничем не примечательном сером здании, я усилием воли заставила себя успокоиться и отворила дверь.
В коридоре меня встретила равнодушная секретарша. Услышав имя, указала на дверь в самом дальнем конце первого этажа.
За ней я ожидала еще десятка два инстанций, после которых в мой паспорт поставят так необходимую для жизни печать, но увидела только широкоплечего мужчину с черными волосами и неаккуратной щетиной. Он поднял на меня усталый взгляд серых глаз и осмотрел с ног до головы.
Вообще-то в присутствии дамы он должен был встать и проводить ее до кресла – по крайней мере, Маргарита считала, что это необходимо. Но раз чиновник не спешил соблюдать великосветские политесы, я тоже не стала и беззастенчиво разглядывала его в ответ. Нос ему, по-видимому, сломали когда-то давно: явная горбинка выглядела неестественной, слишком нарочитой на гармоничном в общем-то лице. Костюм из хорошей ткани сидел по фигуре, но все равно как-то неуместно, будто его владелец больше привык носить что-то попроще и чуть свободнее.
— Вторая проблема на мою голову. Княжна Соколовская, старшая. Верно? – спросил мужчина, указывая на кресло напротив его стола.
Обновлено: 20.01.2026