Госпожа Кун неторопливо подошла к левому книжному шкафу и вынула две книги. За ними показался еще один тайник, запечатанный формацией.
— В этом тайнике ничего нет! — поспешно сказал господин Кун.
— Ты откроешь сам, или мне применить грубую силу?
— Сам, сам! — он подбежал и снял печать.
Госпожа Кун просунула руку в тайник и достала оттуда ветхий мешочек из ткани, в правом нижнем углу которого была вышита маленькая красная хризантема. Увидев его, она замерла. Казалось, на нее нахлынули приятные воспоминания.
— Си-эр, ты помнишь, что это? — ласково спросил господин Кун.
Щеки госпожи Кун залились румянцем.
— Это мой первый подарок тебе. Я думала, ты его потерял! — прошептала она.
— Си-эр, как я мог потерять твой подарок? Это же свидетельство нашей любви! Я всегда хранил в этом мешочке духовные камни для нашего сына. К сожалению, все они ушли на покупку того нефрита. Если бы у меня было чуть больше денег, а не нынешняя нищета, в этом тайнике тебя бы ждал второй подарок.
— Дорогой, этот мешочек и есть лучший подарок.
Господин Кун улыбнулся. После такого, его еще долго не будут ни в чем подозревать. Он бросил на сына многозначительный взгляд. «Учись, щенок! Такими методами можно любую женщину охмурить!»
«Вот это да! Слива цветет дважды!» — Кун Тяньцзяо старательно впитывал урок. Такой тонкий расчет поражал воображение. «Неудивительно, что батя до сих пор жив. Талант у него определенно есть».
— Дорогой, я не должна была сомневаться в нашей любви. Я была неправа!
Господин Кун нежно обнял жену.
— Моя драгоценная, ты ни в чем не виновата. Виноваты те клеветники, что сеют смуту.
— Точно! — госпожа Кун посмотрела на сына. — Сынок, я тут подумала, твой отец, пожалуй, прав. Мальчики должны быть самостоятельными. В Ордене Сюаньтянь тебе нужно учиться независимости, а не привыкать полагаться на семью. Так что... больше никаких духовных камней!
Кун Тяньцзяо словно громом поразило. «Постойте! Я только что узнал, что мне полагались деньги, и, не успев получить ни одного камня, уже всего лишился?»
Господина Куна тоже словно громом поразило. «Дело — труба! Я лишился самого крупного ежемесячного источника дохода для своей заначки?»
Отец и сын обменялись взглядами, полными товарищеского сочувствия.
— Кстати, сынок, а когда ты снова станешь нормальным? — нахмурившись, спросила госпожа Кун. В такой романтической атмосфере пялящаяся на них горилла с выпученными глазами сильно портила пейзаж.
«Наконец-то вспомнила, что у тебя есть сын!» — со вздохом подумал Кун Тяньцзяо.
— Не знаю. Может, когда действие пилюли пройдет. Эффект от такой мощной пилюли, мгновенно увеличивающей силу в несколько раз, не может длиться долго. Думаю, максимум две четверти часа.
Он спокойно сел, принял целебную пилюлю и начал медитировать, чтобы залечить раны. За всем этим представлением он и забыл, что его изрядно поколотили.
Через две четверти часа госпожа Кун нетерпеливо прервала его:
— Сынок, почему ты до сих пор не меняешься?
Его раны уже почти зажили. Он посмотрел на свою шерсть, и его тоже охватила паника. «Черт, неужели я не смогу вернуться в прежний облик?! Это все тот проклятый человек в плаще! Я же говорил, что он не похож на хорошего человека! У него точно есть противоядие. Братья в ордене, превратившись в это, наверняка пойдут к нему... Но... у моей семьи есть лучший лекарь в городе! Мы специально выписали его из Зала Сотни Лекарей за огромные деньги! С такой мелочью он точно справится».
Тысячелетняя история семьи придавала ему уверенности.
— Сынок, может, сходим к лекарю? — с тревогой предложила мать.
— Дорогая, не волнуйся. В крайнем случае, родим нового! — беззаботно бросил господин Кун. Практики жили гораздо дольше смертных, и они оба были еще в расцвете сил.
— Не умеешь говорить — зашей себе рот! — сверкнула на него глазами госпожа Кун. Она схватила сына за руку и потащила к дому лекаря. Идти самим было быстрее, чем ждать, пока тот придет, а потом вернется за нужными травами.
Они втроем поспешили к жилищу лекаря.
— Господин Ли, господин Ли! — забарабанила в дверь госпожа Кун.
Дверь открылась, и на пороге появился мужчина средних лет в темно-сером халате, от которого исходил легкий аромат трав.
— Глава семьи, госпожа, что привело вас ко мне в столь поздний час?
— Господин Ли, мой сын внезапно превратился в это! Посмотрите, можно ли его вылечить!
Кун Тяньцзяо шагнул вперед.
Господин Ли отшатнулся. «Ну и забавы у этих богачей! Слышал, что некоторые держат кошек и собак за детей, но чтобы гориллу... К тому же, могли бы выбрать и посимпатичнее...»
Но, получая от них деньги, он не мог высказывать свое мнение вслух.
— Глава семьи, госпожа, — вежливо начал он, — строение тела духовного зверя и человека сильно отличается. Я, к сожалению, не ветеринар...
— Старый хрыч, ты сам духовный зверь! Я — Кун Тяньцзяо! — огрызнулся тот. С детства он недолюбливал господина Ли, который постоянно прописывал ему горькие отвары и вызывающие зуд и боль лечебные ванны. Он даже как-то раз подсыпал ему в чай сушеные овечьи катышки.
— Так это молодой господин Кун! — изумился лекарь. — Не знал, что вы в столь юном возрасте уже овладели техникой захвата тела, доступной лишь великим мастерам! Воистину гений!
«Захватить тело... и выбрать гориллу? — мысленно хмыкнул он. — Должно быть, у него какие-то особые пристрастия... Эх, нравы падают, сердца черствеют! Нынешняя молодежь совсем распустилась!»
Чувствуя, что взгляд лекаря становится все более странным, господин Кун поспешил объяснить:
— Это не захват тела! Мой сын пал жертвой интриг, съел какую-то пилюлю и превратился в это!
— А, так это из-за пилюли! Значит, молодой господин отравился ядом пилюли! — господин Ли погладил бороду, внутренне ликуя. «Небеса все видят! Наконец-то этот мелкий паршивец получил по заслугам!»
— Этот яд можно вывести?
— Всего лишь яд от обычной пилюли, — усмехнулся лекарь. — Если я с этим не справлюсь, мне будет стыдно оставаться в поместье Кун!
Услышав такую уверенность, все трое вздохнули с облегчением. Господин Ли был выходцем из Зала Сотни Лекарей. С такой низкоуровневой пилюлей для стадии Переработки Ци он должен был справиться играючи!
— Молодой господин, присаживайтесь! Я сначала прощупаю ваш пульс!
Час спустя.
Господин Ли с дорожной сумкой за плечами стоял на пронизывающем ветру и смотрел, как за ним медленно закрываются ворота поместья Кун.
— Эй! Я же сказал, что могу его вылечить! Просто я считаю, что быть гориллой весьма полезно! Сила увеличивается, тело становится крепче, и одежду носить не надо! Это же прекрасно! Вы что, не понимаете моих благих намерений?!
— Катись отсюда! — донеслось из-за ворот.
Обновлено: 18.02.2026